Последний - Эрика Стим

Прошло два месяца с момента обращения. За это время произошло столько событий, которые полностью ее изменили. Она не была уже той Лэей, которая вела себя как божий одуванчик, мечтала о вечной любви, романтике, подвергалась моральному насилию со стороны тёти и обходила странные компании и шумные тусовки стороной. Сейчас это была уверенная девушка, с огромной силой и большим горьким опытом за спиной. Ее поглотила ночная жизнь, клубы с барами стали обыденностью, а люди-средством удовлетворения. Она уже не мечтала о любви до гроба, она нашла другое определение — страсть. Однако, что-то между этими двумя Лэями было общее — желание иметь дом и семью. Это именно то, чего не хватало им обоим, поэтому Лэя решила вернуться. Да, она натворила много глупостей, которые никогда не сможет себе простить, но ведь семья — это другое. Семья принимает друг друга такими, какие они есть. Вот почему, через два дня, как и обещала, Лэя стояла под воротами особняка.

В первую очередь ей нужно было решить вопрос с самим близким вампиром, поэтому она направилась к Крису.

— Ты вернулась. — Умиротворённо улыбаясь, произнес Крис и встал, чтобы приобнять Лэю, но та жестом показала, оставаться на месте.

— Да. Но для начала, нам нужно обсудить один вопрос. — Она села напротив него. — Как я уже говорила, я не могу теперь воспринимать тебя как предмет воздыхания. Я вижу в тебе только члена своей семьи и не больше, поэтому давай забудем, что было между нами и станем просто братом и сестрой. Я не буду отрицать, что чувствую к тебе привязанность, но теперь, зная правду, я понимаю с чем она связана. Мы оба виноваты в произошедшем, но как ты и сказал, еще можно все исправить, поэтому я здесь. Если ты согласен, то я остаюсь. — Крис посмотрел прямо на нее.

— Не скажу, что меня не огорчают твои слова. Но если ты так этого хочешь, я согласен — буду просто твоим братом.

— Спасибо. — они встали и обнялись, по-дружески, как и подобает брату и сестре. Крису придется проделать большую работу над собой, но какая разница, если дорогая ему вампирша, останется с ним.

Выйдя во двор, Лэя столкнулась с только что приехавшим Аликом. Они дружелюбно поприветствовали друг друга, обменялись саркастичными шутками и поздравив Лэю с возвращением, Алик ушел в особняк. Лэя почувствовала себя действительно дома. Вроде бы прошло всего пару месяцев, но она успела привязаться к этому месту. С облегченной душой она снова пошла на повисшее над оврагом дерево и снова застала там курящую Агату.

— Это твое любимое место? — Улыбнулась Лэя, подсаживаясь к Агате.

— Какие люди! С возвращением, рада, что для тебя все хорошо закончилось. — Грустно улыбнулась Агата и выдохнула пар. В эту секунду Лэя почувствовала знакомый запах, на который не обратила внимание в первую их встречу. Заметив округленный глаза Лэи, Агата ухмыльнулась, — Что, теперь узнаешь запах?

— Агата, это же наркотик!

— Ну да. Для меня все закончилось не так красочно. В нужный момент у меня не было тех, кто бы мог меня остановить.

— Что произошло? — Спросила Лэя. Агата сделала последнюю затяжку и потушив сигару, выкинула прямо в пропасть.

— Ну, с чего бы начать? Все началось в моем родном клане, в котором я родилась и выросла. Наш клан оставил значительный след в мистической истории нашей планеты, только вот люди так и не поняли, что в истории были замешаны вампиры. — Агата усмехнулась, — Мы были независимым кланом, и многие вампиры обращались к нам, так как клан Франкенштейнов хранил множество знаний, в основном в научных областях.

— Подожди, как ты сказала назывался клан? Франкенштейны? Разве это не просто выдуманная история Мэри Шелли 4?! — удивилась Лэя.

— Ничего не бывает написано или сказано просто так, для всего ест причины, и в основном эти причины визуальны. Мэри просто увидела то, что не следовало. Ее поймали для питания, но ситуация вышла из-под контроля. Когда она выбежала из подвала, так и не догадалась, что похитителями были вампиры, а не ученые, пытающиеся создать монстра. Итак, продолжим.

До своих 210 лет, я жила в клане и готовилась перенять знания — стать наследницей, пока на нас не напал другой клан, который претендовал на наши познания и титул. Мы были учеными, а не войнами, а внезапное нападение еще сильнее нас подкосило, в итоге почти всех убили. Удалось сбежать лишь мне и еще четверым вампирам. До 1900х годов мы просто пытались выжить. Ночью выходили на охоту, подрабатывали докторами, воровали. В общем не жизнь, а ад на яву. Последней каплей стало желание Остина. В клане мы почти не общались, но после побега мы стали ближе, можно сказать он стал тогда моей первой любовью. Когда он сказал, что такая жизнь не для него, и что его миссия — развивать науку, спасать человечество, я пошла на отчаянные меры, чтобы достать денег ему на обучение. Думаю, сама поняла, о чем речь. — Агата отвела взгляд и тяжело вздохнула. — Сначала было противно, потом свыклась. Клиент за клиентом, и тут у одного травка нашлась. В итоге, я раздобыла денег, но жизнь в «цвете» была намного притягательнее, чем совместное будущее с Остином. Тогда я уже сильно сидела на этом, что никакие убеждение не могли изменить моего решения. Я сама его бросила тогда, но, если честно, не жалею. Если бы я ушла с ним, все бы деньги ушли на лечение, а так он добился больших высот.

— И как он живет теперь?

— Не знаю. — С тяжестью в душе ответила Агата. — В 1950х он исчез, как и подобает всем вампирам, которые около 50 лет прожили в мире людей. Мы же стареем намного медленнее. В газетах писали, что лауреат нобелевской премии исчез при загадочных обстоятельствах. Не думаю, что он погиб, но и в научных кругах о нем не слова. Возможно, он тоже присоединился к клану, а может начал возрождение нашего. Этого я уже сказать не могу.

— Но как же ты тогда попала к Тудорам?

— Как ты уже поняла, мои приключения в 1900х не остановились, я пошла дальше. Путешествовала с разными труппами. Потом я прибилась к растаманам и как-то добралась до этого городка. Когда я пришла в единственный тогда бар, то столкнулась с Дэниалом. Я буду вечность ему обязана за помощь. Если бы не он, возможно, я бы была уже мертва.

— И что потом произошло?

— По моему виду он сразу понял, что я зависима,