Ксандер - Нения Кэмбелл

— Ха. — Я рассмеялась, в голове у меня помутилось. — Ты не смог бы угнаться за моими движениями.

Уголок его рта приподнялся.

— Я хороший танцор. Моя мать позаботилась об этом.

Он завел двигатель, и после короткой поездки, которая показалась мне всего лишь секундой, перед нами вырисовался дом — большой и внушительный. Внезапно я испугалась прекрасного поместья, которое стало моей одиночной тюрьмой, где даже солнечный свет не мог добраться до меня.

Ксандер заглушил двигатель, но из машины не вышел.

— Тебе было весело сегодня?

Я кивнула еще до того, как он закончил говорить. Он даже не представлял, что значил для меня сегодняшний день.

Ксандер отстегнул мой ремень безопасности, когда я не пошевелилась. В процессе его рука задела мое платье и задержалась там на мгновение. Жар окатил мое лицо горячей волной. Я отвернулась от него, теребя свой рукав.

— Ты заслуживаешь того, кто не будет держать тебя на полке, как какой-то пыльный трофей, — мягко сказал он.

Я выдавила улыбку, игнорируя подтекст.

— Все не так… эй, что ты делаешь?

В одну секунду он сидел на месте. А следующую уже наклонялся, как будто собирался… поцеловать меня?

Какого черта?

Ксандер был на полпути через центральную консоль, его лицо почти коснулось моего. Я испустила панический вздох, отчаянно обшаривая руками позади себя, пока не нащупала дверную ручку и не вывалилась наружу. По коже побежали мурашки, когда ветер подхватил моё льняное платье, обдавая холодом спину.

— Э-э… спасибо… за обед. — быстро проговорила я в панике. — Увидимся позже. — Я захлопнула дверь.

О, Боже. Как этот день за считанные секунды превратился из веселой прогулки в ад?

Я чуть не съежилась, когда услышала, как Ксандер выходит из машины и следует за мной по пятам. Я бросилась вверх по лестнице к главному входу в особняк.

— Джордан. — Он произнес мое имя тихим, ласкающим тоном. Затем загородил своим телом входную дверь и поднял обе руки. — Остановись. Я просто хочу поговорить.

Я покачала головой.

— Ты с ума сошел? Т-ты пытался поцеловать меня!

Он не стал отрицать этого.

— Да.

Как он мог говорить так спокойно? Может, я и была слегка пьяна, но не настолько, чтобы обсуждать с ним переход границ.

— Как ты смеешь? — выплюнула я. — Я жена твоего отца…

— Не надо, — прошипел он. Предупреждение в его голосе подсказало мне, что он на пределе. — Не говори этого. Я терпеть не могу, когда ты называешь себя так.

Женой его отца?

Я попыталась протиснуться мимо него, но он встал между мной и дверью, как живая баррикада.

— Ты знала, что я ненавидел тебя еще до того, как встретил? — спросил он.

Я напряглась.

Значит, его грандиозный план состоял в том, чтобы унизить меня? Он считал меня золотоискательницей и теперь вернулся, чтобы доказать свою правоту. Сегодня был первый хороший день за последние годы, и он оказался полным фарсом.

— И это твое оправдание? Ты все еще ненавидишь меня после стольких лет и хочешь, что, подставить меня, чтобы увидеть, предам ли я твоего отца?

Он насмешливо хмыкнул.

— Все совсем не так.

— Тогда как?

Тишина поглотила нас на несколько долгих мгновений, прежде чем он, наконец, заговорил.

— Я ненавидел тебя до встречи с тобой, — повторил он. — Но ты оказалась совсем не такой, какой я себе представлял. Я не ожидал, что ты проявишь теплоту или найдешь время, чтобы узнать обо мне всё. Я всегда был тем, кто заботился об остальных. Я знал, что Джаспер любит поесть или выпить. После несчастного случая с мамой я ознакомился с ее предпочтениями. Я должен был держать засранца-отца подальше от них, поэтому выяснил то, что нравится и ему.

Он стоял там, его грудь быстро поднималась и опускалась под накрахмаленной белой тканью рубашки. Уверенная ухмылка, которая обычно украшала его черты, куда-то пропала.

— Но никто никогда не спрашивал, что нравится мне, — тихо сказал он. — До тебя никто не заставлял меня чувствовать себя особенным, — сказал он так, словно это было обвинение.

Я ошеломленно смотрела на красивый сад перед нами. Зачем он мне все это рассказывал?

— Ты была забавной, самобытной, независимой, — продолжил он. — Я никогда не встречал никого, похожего на тебя. И у тебя больше общего со мной, чем с ним. Почему ты продолжаешь держаться за него? — с горечью спросил он. — Он обращается с тобой как с дерьмом.

Мой темперамент грозил вырваться наружу.

— Ты серьезно? — выкрикнула я. — Ты не можешь уехать на годы, а потом вернуться, чтобы осудить меня за мой брак.

— Я уехал, потому что ты выбрала выйти за него замуж, — заорал он. — Мне была невыносима мысль видеть вас двоих вместе, а ты отказалась уйти со мной. Я думал, что, если расстаться на некоторое время, все изменится. Или, может быть, твои чувства изменятся.

— Почему ты так решил? — спросила я, расстроенная.

— Потому что я думал, ты увидишь, что я создал самостоятельно, и, наконец, тоже захочешь меня.

Если это возможно, температура между нами упала еще на несколько градусов. Я прижала руку к груди, где сердце колотилось с глубокой болью. Значит, это была правда — мой худший страх относительно Ксандера.

Я усмехнулась.

— А, ясно. Ты решил, что я золотоискательница и продамся тому, кто больше заплатит.

Он нахмурился.

— Я не это имел в виду.

— Ты точно это подразумевал. И что, по-твоему, должно было произойти? Теперь, когда у тебя есть деньги и слава, я бы прибежала, чтобы удовлетворить твой фетиш мачехи?

— Заткнись, — процедил он.

— Вот оно что, да? Ты думал, что я перепрыгну из постели твоего отца в твою и раздвину ноги, чтобы исполнить твои грязные фантазии…

Ксандер оказался быстрее, чем я думала. Крепко схватив меня за плечи, он толкнул меня к входной двери.

— Что за черт? — вскрикнула я.

Я не ожидала, что его пальцы сомкнутся на моей шее. Он сжал мое горло с недвусмысленным предупреждением. Если я издам еще хоть звук, он усилит хватку. Он шагнул вперед, его тазобедренные кости вдавились в меня и фактически поймали в ловушку.

Я уставилась в его пылающие глаза, пытаясь высвободиться из толстых пальцев.

У меня скрутило живот. Я поискала глазами сотрудников, чтобы кто-нибудь меня спас. Кто угодно. Я выдохнула с облегчением, когда он наконец ослабил хватку, думая, что это безумие вот-вот закончится.

Но не успела я порадоваться этому, как его рука переместилась к моей щеке и сильно сжала ее.

А потом его губы оказались на моих.

Волна жара прокатилась