Тайная жизнь полукровки - Дарья Адаревич

полезли купаться. Ехали мокрые через весь город, кричали песни на всю улицу. Потом я просто переночевала у Нолана. Ничего не было. Просто переночевала. Что с макияжем? Он видел мое лицо?! Переодетая в его футболку. Длинную белую. Проклятье! Он что все-таки видел мое лицо? Дотронулась колечка в носу. Ладно, хотя бы сережка на месте. Хорошо.

— Я пошел, до вечера! — Нолан заглянул ко мне, помахал на прощание.

Одетый в темно-серый пиджак и рубашку, зализанные волосы, очки. Скорее всего он ожидал от меня бурной реакции на свой внешний вид, возможно, подколов… Но я лишь растерянно кивнула, и профессор Парис ушел. Проклятье! Он же не узнал меня?

Я вскочила, бросилась к единственному зеркалу в ванной. Дикое облегчение. Не узнал! Конечно, не узнал! Мы вернулись слишком поздно, и я даже не стала смывать макияж. Какая умница. В тот момент я восхваляла лень! Пела оды лени, благодарила ее за существование.

Зазвонил телефон.

— Лилия, займешь мне место? — послышался в трубке голос Стины, — опаздываю на пару.

— На пару, — растерянно повторила я, — какую пару?

— К профессору Парису.

— Проклятье!

— Не ругайся, просто займи место, ладно?

Моя подруга собиралась бросать трубку, но я успела:

— Нужна твоя помощь! — сказала я.

— В чем дело?

— Возьми одежду!

— Какую одежду?

— Какую-нибудь, обычную одежду. И обувь! Обувь обязательно!

— Лилия, у тебя все в порядке? — подруга забеспокоилась.

— Не знаю, — пробормотала я, — то есть, да, в порядке. Но нужна одежды. Встретимся у Академии, за забором, хорошо?

— Ладно. Значит, опоздаем вместе.

— Спасибо, ты лучшая!

— Знаю-знаю, до встречи.

Я смотрела в зеркало на свое отражение. Долго смотрела. А потом рассмеялась. Внезапно стало так хорошо. Так легко. Вчера я проплакала полночи. Вчера я позволила себе слабость. Вчера я позволила Нолану решать за себя. И вчера я повеселилась.

На кухне он оставил мне горячий завтрак. Настоящий завтрак. Не консервы, а омлет с колбасой. Я заулыбалась. Встал пораньше, сходил в магазин, купил все к завтраку. Но времени было мало. Профессор уже в пути, а я еще даже не вышла из дома. Оставалось надеяться, что он не забрал мотоцикл. Я умяла омлет. Очень вкусно. Потрясающе вкусно. Умыла лицо, превращаясь в пай-девочку, сняла все сережки и замерла.

Мое лицо. Настоящее лицо. Я, спрятанная под тонной косметики. Я, спрятанная под панцирем силы и наглости. Я считала себя без макияжа беззащитной, слабой, но это было не так.

— В тебе есть страсть жизни, сила, жажда, поэтому ты красивая, — сказал вчера Нолан.

— Во мне есть страсть жизни и жажда, поэтому я красивая, — повторила я, и, улыбнувшись своему отражению и стала собираться.

Сумку с пробирками и зельем решила оставить у Нолана. Потом отдаст. Вылетела на улицу. Должно быть, пара уже началась. Проклятье! Прогуливать нельзя, профессор Парис следит за мной. Не за мной, за Лилией. Проклятые ролевые игры. Мотоцикл стоял на месте. Я завела, поехала. Оставалось надеяться, что никто не станет присматриваться к моему лицу, и не узнает в дерзкой девчонке на мотоцикле Лилию из Академии Света.

Моя подруга стояла у забора и переминалась с ноги на ногу.

— Спасибо огромное! — воскликнула я, глуша мотор и слезая с мотоцикла.

— С ума сойти, — прошептала пораженная Стина, — ты водишь байк.

— Вожу.

— А шмотки откуда такие?

— Из шкафа.

— С ума сойти!

— Давай я переоденусь и все объясню.

Стина передала мне рюкзак с обычной девочкиной одеждой. Белая кофточка с длинным рукавом, джинсовый сарафан. Расчесала волосы, заплела косичку. Шмыгнула носом. Выдохнула. Ну все. Перевоплощение удалось.

— Чокер сними, — посоветовала Стина.

— Проклятье!

— Сними и мне подари.

— Дарю, — я передала ей в руки чокер.

— Я пошутила.

— А я нет, правда дарю.

Мы побежали в Академию.

— Спасибо огромное, — на ходу говорила я, — не представляешь, как выручила меня.

— Ты водишь мотоцикл! — отвечала Стина, — это твой?

— Нет, чужой.

— Ты что его украла?

— Не я, а… другой человек украл, я пользуюсь.

— Если за тобой придет полиция, я скажу, что незнакома с тобой!

Я рассмеялась, побежали быстрее. Ступеньки, ступеньки. Мы столкнулись нос к носу с госпожой Аполоной. Старуха поглядывала на меня исподлобья.

— Опаздываете, девушки? — покачала она головой.

— Простите, пожалуйста.

— Лилия, когда принесешь рыбок?

— Рыбок?

— Не прикидывайся, что забыла.

Золотых рыбок. Точно! Я обещала, что зачарую их и принесу. Проклятье!

— К концу недели будут, — пообещала я.

— Постарайся сдержать слово, Лилия.

И мы ворвались в аудиторию. Все студенты обернулись на нас. И профессор обернулся. Холодный, сосредоточенный. Было сложно поверить в то, что вчерашний Нолан и сегодняшний Парис — это один и тот же человек.

— Опаздываете, — сказал профессор Парис равнодушно.

— Нас задержала госпожа Аполона, — сориентировалась я, — по поводу золотых рыбок.

— Ах, золотых рыбок, — профессор усмехнулся.

Но я решила больше на него не обижаться. Это просто спектакль. Нолан играет злого профессора, а я непутевую ученицу. И мы будем играть до последнего. Будем играть профессионально.

— Раз уж у нас есть опоздавшие, — продолжал профессор, — тогда вы и продемонстрируете нам снятие защитных чар.

— Каких чар?

— Защитных, — повторил профессор, — ты знаешь, Лилия, как их установить?

Я не знала, так что…

— Не знаю, — сказала я с легкой улыбкой, — каюсь, но не знаю.

Профессор улыбнулся в ответ. Улыбнулся улыбкой Нолана. На безумное мгновенье мне показалось, что профессор узнал меня. Но скоро наваждение прошло. Просто показалось.

— Тогда поступим иначе, — сказал профессор Парис, — Стина будет говорить тебе, что делать, а ты будешь следовать указаниям.

— Но я не… — проглотила возражение, — давайте попробуем.

— Я наложил защитные чары на дверь, — сказал профессор, — пара продлится до тех пор, пока вы не снимете чары.

Аудитория вздохнула.

— Так что начинайте, — профессор снова улыбнулся, — а я прослежу, чтобы магию использовала только Лилия, Стина — ты лишь советчик.

— А если мы не успеем до конца пары? — спросила я.

— Тогда вы познаете гнев своих одногруппников, которые будет учиться до тех пор, пока двери не откроются.

— А если кто-то захочет в туалет? — послышалось с последней парты.

— Тогда сочувствую.

Да, я узнавала Нолана. Рискованный парень, не думающий о последствиях. Преподаватель, который плевал на безопасность, преподаватель, который развлекался.

— Продолжим тему лекции, — продолжил профессор Парис, обращаясь к остальным студентам, — как защищаются люди с разной жизненной энергией…

— Это просто, — прошептала Стина, — ты ведь видишь печать?

Я тронула светлую магию внутри меня. Просто увидеть печать. Просто увидеть. И я увидела. Белые линии, обматывающие дверь.

— Конечно, вижу, — сказала я.

— Хорошо. Теперь сосредоточься на печати.

— Сосредоточиться?

— Да, внимательно посмотри и напрягись!

— Ну ладно…

Я сделала, как просила подруга.

— Ты видишь линии? — спросила Стина.

— Вижу.