Разожги во мне магию. Заговор судьбы - Вера Амулетова

Дейрон развернулся на месте и стал метать словно из воздуха материализующиеся ножи в зеленую листву.

Его движения были быстрыми и при этом мягкими, как у тигра. Вместо того чтобы думать о том, кто же прячется в этих кустах, и сможем ли мы выбраться отсюда живыми, я завороженно смотрела, как работает тело Дейрона, как мышцы послушно исполняют команды своего хозяина, напрягаясь под одеждой, как сильные руки ловко обращаются с клинками.

Из-за того, что на поляне было темно — луна почти полностью скрылась за черным облаком, и светилась только аура варвара — я в основном видела лишь силуэт Дейрона, стремительно вращающийся на месте.

Это напоминало какой-то бой с тенью, где варвар не сделал ни одного лишнего движения. Каждый его разворот, каждый бросок, каждая остановка были частью целой, только ему известной композиции, подчинявшейся единому замыслу.

В какой-то момент в руке Дейрона появились сразу пять ножей и все пять разлетелись в разные стороны.

Я ахнула от того, как это было неожиданно и красиво.

«Отвлекись же ты от него, найди себе какое-нибудь укрытие!», — просто вопил мне рациональный голос. Но был еще и иррациональный, который пока громко ничего не говорил, но уже начинал что-то неясно нашептывать.

Я стояла, загораживая собой Рикель, как будто бы была способна ее защитить.

Варвар метнул еще два клинка, и из ближайших ко мне кустов выпало тело паучихи. Нож торчал в ее единственном глазу. Эта особь была в два раза больше той, которую мне удалось убить.

Это что же получается? Тут весь лес кишит монстрами? И Дейрон в очередной раз спас мне жизнь?

Я перевела взгляд с мертвого чудовища на варвара.

— Глаз — единственное уязвимое место у этих тварей, — сказал Дейрон.

Отлично, спасибо, что предупредили. Тоже мне совет, я и сама уже догадалась.

Магическая аура вокруг варвара стала постепенно угасать. Он стоял в центре поляны, сжимая кулаки. Волосы его растрепались, грудь вздымалась под рубашкой.

Дейрон замер на несколько секунд, словно прощупывая пространство. Удостоверившись в том, что опасность миновала, он тут же бросился к Рикель.

Меня же не удостоил даже взгляда. Впрочем, как обычно.

— Что с ней? — спросил он, прислушиваясь к дыханию девушки. — Что, во имя Пламенного Йора, вы делаете в саду?

В его ладони что-то сверкнуло, и он стал выписывать рукой неведомые мне знаки над телом Рикель.

Я сбивчиво попыталась рассказать события последних часов, правда, умолчала о зелье, которое мне пришлось изобрести на месте. Показалось, что это вызовет у Дейрона еще больше вопросов.

— Залезли туда, куда не следует. Нарушили все правила, — резко оборвал меня магистр.

Я замолчала и опустилась рядом с ним на траву. В чувствах и в мыслях творилась полная чехарда.

С одной стороны, страх, наконец, отступил. Как бы там ни сложилось дальше, я больше была не одна в этих дебрях, не нужно было мастерить носилки для Рикель и тащить ее через весь лес (как выяснилось полный пауков, поджидающих своих жертв), вздрагивая от каждого шороха.

С другой стороны, я понимала, что мне снова влетит, и полоса препятствий в ближайшие пару недель — это самое легкое, что меня ждет. Наверняка о случившемся будет доложено ректору, и тогда… Тогда меня могут отчислить. Своим поступком мы подвели магистров. Дейрон получит очередной выговор. А если еще сообщат обо всем отцу… Краска стыда залила мои щеки.

Может, я до конца и не признавалась себе в этом, но где-то в глубине души мне было обидно. Я все же спасла человеческую жизнь. Это же достойно какой никакой поблажки? Хотя зная варвара, ему важнее то, что я нарушила правила и оказалась у черта на куличках в полночь, а не то, что я в одиночку справилась с лесным пауком.

За своими мыслями я не заметила, как склонилась над Рикель вместе с варваром.

Непроизвольно вдохнула запах его волос и кожи.

От Дейрона веяло югом — песчаными бурями и палящим солнцем, огнем, который уничтожает все на своем пути и в то же время способен возродить тебя из пепла, замотанными в цветные чалмы старцами, морщинистыми прорицательницами в длинных покрывалах, древними преданиями, драконьей силой, таящейся в красных пещерах, исписанными магическими письменами.

Меня как будто окутал зыбкий туман, в невидимых клубнях которого проявлялись оранжевые барханы южных пустошей, прохладные оазисы с бьющими из самого сердца земли фонтанами и покачивающимися на ветру балдахинами.

Мне показалось, что еще чуть-чуть и непонятно откуда взявшиеся миражи заставят меня окунуться в небытие. А две девушки в бессознательном состоянии — это уже перебор даже для варвара.

Заставила себя отстраниться и отодвинуться подальше. Только сейчас почувствовала, что в саду было прохладно, я бы даже сказала холодно, просто до этого момента у меня не было времени это ощутить. Поежилась и поплотнее затянула пояс своего кимоно.

Тут среди зелени я увидела свет факелов и услышала голоса, а через минуту к нам подбежал главный знахарь Академии.

— Она дышит? Она жива? — спросил старик, вынимая из своей котомки пучок травы и баночки, заполненные жидкостью. — Давайте сюда носилки! — крикнул он слугам и старшекурсникам, которые его сопровождали.

— Дейрон, — вдруг услышала я знакомый голос, проявившийся из темноты ночи, — не самое удачное время для поздних прогулок. Тебя разве не предупреждали, что нельзя пускать своих студентов в Сад Грез?

Обернулась и вгляделась в знакомый силуэт. Рядом с нами стоял ректор Академии, собственной персоной.

Глава 17

Дейрон тоже обернулся в сторону ректора. Поднялся с земли и подошел к Адриану.

— На девушек напали циклопы, — спокойным голосом сказал мой учитель, — им повезло, что смогли отбиться от одного, а остальные не сразу бросились в атаку. Пауков здесь не должно быть вообще,