Убийство Короля Нага - Джессика М. Батлер

Саланка что-то готовила. Большой омлет из утиных яиц, грибов тул, весеннего лука и розового шнитт-лука.

— Я проспала! — начала Рея. — Я не…

Саланка покачала головой, выражение ее лица было созерцательным.

— Решила дать тебе выспаться. Все равно мало что можно сделать.

— Сейчас поздний вечер. — Она медленно встала, ее тело было жестче, чем обычно. Как она проспала так долго? Даже если бы ее не разбудили, она должна была проснуться сама.

Ох. У нее болела спина. Она спала неправильно.

— Тиеро нашел яйца, когда пытался охотиться. Принес половину. Подумал, что это будет здорово. — Саланка взяла две тарелки, ее рука дернулась.

Рея бросилась за третьей.

— Ну, это очень мило. Я потом все уберу.

Саланка слабо улыбнулась. Прошедшие годы сильно состарили ее, наложив годы на лицо и плечи.

— Всегда готова помочь всем.

Вошел Тиеро. Он тоже выглядел намного старше, его взгляд стал более впалым, а в длинных фиолетово-черных волосах появились густые серебристые полосы. Тем не менее он улыбнулся, и улыбка лишь слегка дрогнула в конце.

— Добрый день.

— Добрый ли? По-прежнему нет ответа на вопросы, — хмуро ответила Саланка. Она резко поставила тарелки на пол. Они зазвенели по столешнице. — Они отказались от нас.

— Что-то мешает им. — Тиеро сел за стол. Опираясь локтем на столешницу и положив подбородок на ладонь, он коснулся коленями ее нижней стороны. — Они бы не сдались. Это более половины населения миров и более половины руководства. Говорят, это начинает влиять и на Вавтрианов и Шивеннаны. К тому времени, когда все закончится, возможно, останутся только Унаты и Авдаумы, да еще те немногие, у кого обнаружится иммунитет.

— Они найдут лекарство, — как можно тверже сказала Рея.

Киллоту казалось, что он близок к тому, чтобы найти компоненты, которые позволят им заземлиться и найти источник или решение. Но какая-то ее часть отчаялась, что это ничего не даст.

— Что это вообще делает с Вавтрианами и Шивеннанами? — спросила Саланка, нахмурившись. Она ткнула деревянной вилкой в омлет. — Думаю, это просто слухи. Ничего из того, что я слышала, не имеет смысла.

Тиеро дернул плечом.

— А в наши дни? Похоже, это происходит только при длительном воздействии тумана.

Разговор затих. Наступила томительная неловкая тишина. Что еще можно было сказать? Это было невозможно.

— Может быть, нам всем стоит прогуляться к реке и попытаться насладиться тишиной в этот день? — предложила она.

Саланка оставалась мрачной, ее взгляд был прикован к омлету. Она не съела и трети.

— Если мы будем наслаждаться этим, то до следующего мучения пройдет еще меньше времени. Я уже даже не знаю, куда смотреть. Я не знаю… не знаю, что делать.

— Мы молимся. Мы надеемся. Мы терпим, пока уже не сможем, — ответил Тиеро.

Если бы только ей было что предложить своей семье. Она нахмурилась.

— Саланка, твоя рука. Ты в порядке? Она дрожит.

Саланка нахмурилась. Когда она подняла руку, дрожь усилилась. Она открыла рот, чтобы заговорить, но потом попятилась в сторону. Дрожь пробрала ее руку, глаза закатились, и она смогла произнести лишь придушенное бульканье.

Тиеро поднялся.

— Саланка! — Рея встала и потянулась к ней.

Тело Саланки извивалось и вырывалось из ее рук. Ее нога зацепилась за стол, и он затрясся, когда она рухнула на стул. Тарелки соскользнули, одна разбилась вдребезги. Чай пролился на подушки.

Тиеро, пошатываясь, обошел стол, а затем подхватил ее, когда Рея попыталась не дать ей удариться головой об пол.

— Саланка! — закричала Рея.

Тело Саланки дергалось и искажалось, словно ее поразила какая-то огромная энергия. Но когда ее оттащили подальше от всего, что могло причинить ей вред, она затихла.

Неподвижно и без сознания.

Тиеро провел рукой по ее горлу, а Рея проверила запястье.

— Она дышит, но пульс слабый, — сказала она, глядя на него. — Почему она не просыпается?

Тиеро встал. Он провел рукой по волосам и направился к шкафу. Порывшись, он нашел банку с имбирным и мятным чаем. Принеся банку, он поставил ее прямо перед ее носом.

Саланка вздохнула, но не пошевелилась. Ее ноздри даже не свернулись и не раздулись, как если бы она узнала запах. Неужели ее пульс ослаб? Как она могла так быстро ослабеть?

Рея выровняла голос. Ужас сковал ее.

— Мы должны доставить ее к Хотаху. Он знает, что делать, или, по крайней мере, сможет помочь ей, пока кто-нибудь не сделает это.

Тиеро покачал головой, его челюсть сжалась.

— Они упрячут ее под землю. Они унесут ее в темноту…

— Тиеро. — Она смотрела ему прямо в глаза, не отрываясь. Не было времени на паранойю любого рода. — Я никогда не видела таких приступов, и ты тоже. Мы не знаем, что делаем. Если у нее будет еще один или если она упадет и ударится головой, что тогда? Я знаю, что вы боитесь, но это ее лучшая надежда. Это может быть что-то совсем другое, а она слабее, чем нам хотелось бы.

Хотя она и не говорила этого, но это был единственный шанс, если Тиеро тоже упадет. Она не могла сдвинуть их обоих в одиночку. Она даже не могла сдвинуть Тиеро в одиночку. С помощью Саланки она могла бы это сделать.

В его глазах разгорался конфликт, а челюсть подрагивала.

— Это разумно, Тиеро. Ты знаешь это. Ты знаешь, что Хотах только и делал, что помогал нам. Это из-за кошмаров, которые наводят ужас. Но они не убьют ее. Мы можем случайно. Особенно если… особенно если сегодня ночью наступит туман. Никто никогда не говорил о подобных припадках. Если случится что-то еще, мы не сможем отправиться в путь ночью. Мы не можем рисковать и ждать до утра, как мы планировали.

Сжав челюсти, он склонил голову.

— Я соберу кое-какие вещи, — хрипло сказал он. — Мы пробудем там какое-то время.

Возможно, так и есть. Но лучше так, чем навсегда.

Она откинула волосы с лица Саланки, оглядывая крошечный домик. О, пожалуйста, Элонумато, пусть все они смогут покинуть Дохахти. Даже если они не вернутся сюда. Даже если все они разойдутся, а она вернется одна, только со своими мечтами и рисунками.

Сбор вещей, необходимых для путешествия в Дохахти, не занял много времени. В случае, если кто-то из них не очнется от кошмаров, планировалось дождаться утра, а потом один из них — вероятно, Рея — побежит в Дохахти и возьмет тележку или что-то еще, чтобы помочь им перевезти спящего в безопасное место. Больше рисковать было нельзя. Особенно учитывая, насколько слабым выглядел сейчас