Девчонкам здесь не место! - Маргарита Александровна Гришаева

— Коротышка, у тебя что, период линьки? — донеслось возмущенное мне в спину уже на пороге комнаты. — Тут все в твоих волосах!

А еще капитану предстоит узнать суровую правду жизни — проживая на одной территории с девушкой с длинными густыми волосами, привыкай, что «период линьки» у нее постоянно. Честно, вот это уже было не намеренно — просто устала и забыла убрать после себя волосы. Но не сознаваться же теперь.

Ответная месть настигла меня следующим утром. Вот вроде и встала рано, предчувствуя ответную гадость и надеясь ее избежать, а все равно не успела первой в ванную. Смирившись, я плюнула и ушла еще подремать минут двадцать. Но когда Уинстон разбудил меня вновь — дверь в заветную комнату все еще оставалась закрыта. А мне уже было очень туда надо.

— Зан… Грейсон, открывай, я скоро опаздывать буду!

— Не слышу, вода шумит! — отозвались издевательски из-за двери.

Я прорычала себе под нос, но право на месть за ним признала. И подождала еще пять минут.

— Грейсон, имей совесть! Месть — местью, но не утром же перед занятиями!

— Что? Не слышно!

Ногти с отчаяньем заскрипели по косяку двери.

— Слышь, Темный пластилин, еще мгновение и я сама эту дверь вскрою! В отличие от тебя, я знаю, как обойти защиту на ней.

— Да вскрывай на здоровье, мне стесняться нечего, — прозвучало глухо и едва различимо.

— Грейсон… мать твою! Мне надо! — отчаянно краснея прорычала я, и правда готовясь прорываться в ванную комнату боем и выставить его оттуда хоть голым.

Почти сразу шум воды затих и дверь распахнулась, являя умытого и невозмутимого капитана, снова в этом ужасном бархатном халате.

— И не зачем так рычать, я как раз собирался выходить, — заметил он с непроницаемым лицом, но искорки в синих глазах его выдали — это было натуральное издевательство. Но мне уже было наплевать, лишь бы пустил уединиться.

Так что едва парень посторонился в дверном проеме, как я рванула внутрь, чтобы тут же застыть, сделав лишь шаг внутрь.

— Ты что тут делал?

Пол залит водой, аж хлюпало под тапочками (только теперь заметила, что сам Зануда был предусмотрительно бос), зеркало все обляпано, на раковине остались ошметки пены.

— Брился, зубы чистил — обычные утренние дела, — дернул Зануда плечом и удалился.

— А такое чувство, как будто битву с кракеном в раковине разыгрывал.

Но, как и я прошлым вечером, парень предпочел сделать вид, что не услышал моей реплики. И я поняла — война за ванную комнату только началась.

Конечно, после всего этого, на завтрак я прибежала последней, из-за чего едва успела перехватить пару бутербродов, да еще и на встречу с Вирой опоздала. Про то, чтобы узнать, как сообразить ей пропуск на преподавательскую территорию я тоже благополучно забыла — дырявая голова. Впрочем, после начала занятий я вовсе все выбросила из головы.

Учеба не стала брать себе разгон, чтобы немного растрясти сонных после каникул студентов, а сразу навалилась ворохом заданий. Планы занятий на семестр по всем предметам, перечни литературы, темы для рефератов и контрольных, и, в конце концов, сами лекции. Я едва успела перебросится парой фраз с Альвиной в перерывах. Девушка любезно поделилась информацией о некоторых преподавателях, с которыми уже успела столкнуться в учебе, и посоветовать, на что стоит обращать особое внимание. И да, опять пыталась выяснить, в каком же общежитии обосновалась я, чтобы скооперироваться в учебе. Пришлось отговориться, что меня поселили в другой корпус, к подруге, потому что мест не хватало. А там, думаю, если что Вира меня прикроет. Можно и правда иногда собираться у нее с заданиями, против она точно не будет. Если, конечно, у меня вообще будет время на это.

Назойливые фанатки продолжали заглядывать к нам в кабинет, чтобы удостовериться, что среди заучек потенциальной соперницы за сердца университетских звезд не наблюдается, но их стало поменьше. А вот с Вирой я за день больше и не увиделась — ведь после занятий сразу побежала переодеваться, быстро перекусить и на тренировку. А там снова — сначала мучения с шестом от капитана, а после разбор заклинаний с его подручными.

Такой заколдованной круговертью пролетела вся первая учебная неделя. Утренняя битва за ванну, короткая прогулка с подругой до корпуса, попытка выплыть из океана новой информации на занятиях, выматывающая тренировка, вечерняя битва за ванну, и разгребание навалившихся на меня заданий до поздней ночи. А на следующий день все по новой.

Пожалуй, только глупая война с капитаном за территорию и поддерживала во мне задор к концу недели. Пусть мелочно и нелепо, но она немного разгоняла кровь и проясняла сознание от вороха новой академической и боевой информации, заставляя чувствовать, что я все же живу, а не только существую ради учебы и тренировок. Я продолжала сыпать волосами, Зануда оставлял мокрые полотенца, которые я вечно путала со своими. Я перетащила в ванну ворох баночек с косметикой: кремами, шампунями и прочим, стремясь занять все ровные поверхности, он систематически ронял их на пол или в раковину. Я занимала ванну на час по вечерам, он мотал мне нервы по утрам. В общем, жили мы весело, не давая друг другу заплесневеть от скуки.

Очередное утро началось для меня с яркого солнечного луча, засветившего мне в глаз, и нервного подскока на кровати:

— Проспала! Уинстон, ты почему не разбудил!

Запутавшись в одеяле, я едва не рухнула с кровати, но кое-как удержалась, схватила со стула халат и спешно завернулась в него.

— Сколько времени?

— Сколько-сколько… — недовольно пробурчал друг со спинки стула, вытаскивая голову из-под крыла. — Десять утр-р-ра.

— С ума сошел — я же первую пару проспала! И эти тоже, товарищи по команде, называются, неужели не могли разбудить! — взвыла я, распахивая дверь.

— Дур-р-ра, — донеслось мне обреченное в спину, — выходной!

Я так и застыла в проеме. Точно… выходной, а я так потерялась в этом ворохе учебной недели, что и забыла, что они у нас есть. Неудивительно, что так тихо — парни тоже, наверное, отсыпаются. Я хоть и была погружена в собственные заботы, но все же отметила, что они не прохлаждались в свободное время, а тоже были заняты учебой. Хоть и в меньшей степени, чем я. Но этим утром даже госпожа Навира не шуршала на кухне, готовя нам завтрак. Неужели тоже выходная? Боги, какое вкусное и прекрасное слово — выходной.

Мне бы