Поспешный суд - Дана Хадсон

Выпив приготовленный Фангом кофе с испеченными им же горячими французскими рогаликами и съев омлет с зеленью по-португальски, Зак немного приободрился, но ненадолго. Совесть не просто возмущалась его непорядочностью, она вопила, требуя немедленной сатисфакции. Чувство было мерзким, и Рассел решил сегодня же во всем признаться Рифу, хотя точно знал, что услышит в ответ «негодяй!», «бедная малышка» и даже «убирайся вон!». Все эти излюбленные Рифом выражения ему на сей раз придется испытать на себе. И что самое противное, все это будет совершенно заслуженно.

На душе было премерзко, и Зак принялся искать себе оправдание. В чем он, если посмотреть беспристрастно, виноват? Просто поиграл с Тори в ее же игру, которую даже до конца не довел. И зря не довел… Но оставаться с ней после того, как она назвала его чужим именем, он не смог. Ей, видимо, все равно, кто ублажает ее в постели, но ему это не по нраву.

Вынув сотовый, долго тупо смотрел на дисплей, прежде чем нажать на номер друга. Тот ответил не сразу и заговорил с ним таким обеспокоенным голосом, что Зак невольно начал беспокоиться тоже.

— Что случилось, Риф?

— Это не телефонный разговор, Зак. Поговорим, когда вернусь.

— А когда ты вернешься? — Заку было необходимо знать точно, сколько у него осталось спокойной жизни.

— Я уже возвращаюсь. Лечу на «Цессне». Если есть время, подъезжай на аэродром к нашему ангару.

— Куда ты летал?

— В Чикаго. По своим делам. — И в телефоне запищали гудки отбоя.

Рассел давно знал, что, кроме фирмы, у его компаньона есть и другие деловые интересы, но чтобы так пренебрегать ради них их общим детищем — такое было впервые. К тому же единолично гонять по собственным надобностям принадлежащий компании «Бакстер & Рассел» шестиместный самолет — такого уговора у них не было.

Чертыхаясь Рассел вышел из дома и завел «мерседес». Через сорок минут подъехал к частному аэродрому, где фирма арендовала ангар для «Цессны». Поздоровавшись с охранником и показав пропуск, он припарковался на автостоянке.

Вышел из машины и, не включая сигнализацию — здесь краж не было, — зашел в диспетчерскую, где Майкл, диспетчер аэродрома, приветственно помахал ему рукой и, не снимая наушников, объявил:

— Все нормально, Риф уже подлетает. Еще минут пять — и он прибудет.

Кивнув ему в знак того, что все понял, Зак внутренне приготовился к неприятному разговору. Почему-то сейчас его вроде бы такой логичный и продуманный замысел стал казаться ему подловатой местью удачливому сопернику. Но ведь он никогда и не пытался соперничать с Рифом! Или все-таки пытался?

В полном раздрае чувств Зак вышел к посадочной полосе и посмотрел на ясное небо. Ярко светило солнце, и он пожалел, что не взял с собой темные очки. Вдали, на выцветшем от солнца небе, возникла маленькая черная точка и еще через пару минут послышался ровный гул самолета. Прикрыв глаза от солнца ладонью, Зак не отрывал от нее взгляда.

Точка быстро приближалась, и вот уже можно было различить, что это небольшой пассажирский самолет.

Все шло нормально, но вдруг в какой-то момент Зак понял, что самолет потерял управление и падает. Он схватил телефон, как будто тот мог чем-то ему помочь, и в этот момент «Цессна», войдя в штопор, стремительно понеслась к земле.

Она рухнула на поле, и от взрыва во всех окрестных строениях вылетели стекла. Рассел не мог поверить своим глазам и стоял молча, не в состоянии выйти из охватившего его ступора.

Мимо бегали люди, что-то кричали, а Зак все стоял и смотрел на клубы черного дыма, медленно рассеивавшиеся над местом взрыва. Руки и ноги у него странно онемели, и он не мог бы сделать ни одного движения, даже если б и захотел. Но он не хотел. Ему казалось, что это только дурной сон, кошмар, один из тех, что снились ему времени от времени после особо напряженного рабочего дня. И он вот-вот проснется в своей постели и окажется, что никакого взрыва не было и в помине.

Но вот пожарные машины залили остатки пламени, и Майкл осторожно тронул его за рукав.

— Я не понимаю, что произошло. Похоже на террористический акт. Полет проходил в штатном режиме. До последнего момента все было нормально. Мы были на связи, но Риф даже слова не успел произнести, когда в салоне раздался странный хлопок и самолет начал падать.

Рассел сразу вспомнил слова Рифа о проблемах. И какого же рода эти проблемы, если за них человека отправляют к праотцам? Или здесь что-то другое?

Заставив себя встряхнуться, Зак медленно побрел к дымившимся обломкам самолета. Там уже работали пожарные и специалисты по обеспечению безопасности полетов.

Один из них, в форменном костюме, подошел к нему и показал полицейский жетон.

— Я Чарлз Лэм, следователь. Вы знали Рифа Бакстера?

Зак смог только молча кивнуть.

Лэм горестно вздохнул.

— Боюсь, при таком взрыве от него ничего не осталось. Он шел обратно с полными баками. Чертовски опасно, надо сказать. Единственное, что мы нашли на месте, где была кабина пилота, так этот перстень.

Он протянул руку, и на ладонь Зака упал закопченный полурасплавленный кругляшок, в котором он едва признал перстень Рифа с темно-синим камнем и гравировкой «Р от С».

— Знаете этот перстень?

— Это перстень Бакстера, — кивнул Зак. — Он с ним никогда не расставался.

— Я так и думал. Что ж, попробуем установить причины аварии. Вы не могли бы связаться с его родными? Тяжелая обязанность, я понимаю, но необходимая.

Рассел нахмурился. Приходилось признать, что родных Бакстера он не знал. Да и есть ли они у него? Во всяком случае, Риф о них никогда не говорил.

— Хорошо, я попробую.

Постояв на месте трагедии еще полчаса и бездумно понаблюдав за восстановительными работами, заставил себя действовать. Пробравшись через оцепление полиции, призванное оградить от любопытных место падения самолета, сел в машину и поехал домой, чувствуя себя не в состоянии хоть что-то делать.

Зайдя в квартиру, в нескольких словах описал Фангу случившееся и распорядился:

— Позвони Нику Миллеру, он знает, что нужно делать в таких случаях.

Мне ли позвонить Тори или пусть это за меня это сделают другие? — мучительно размышлял он. Поняв, что не в силах принести ей столь страшное известие, махнул на все рукой. Пусть все идет своим чередом.

Он подошел к бару, налил себе полный стакан виски и выпил. Алкоголь зажег внутри настоящий пожар, но немного притушил горевшую в душе боль. Зак сел в кресло, откинул голову на спинку, прикрыл глаза и попытался примириться с непоправимым. Неужели больше рядом с ним не будет нетерпимого, веселого, ужасно невоспитанного и такого обаятельного Рифа?

Что же все-таки произошло в том полете? Случайность или в самом деле диверсия? Узнает ли он это когда-нибудь? Он прекрасно знал манеру спецслужб скрывать от населения все, что могло бросить тень на их работу.