Я не твоя невеста - Ника Лебедева

— Цветы? — вслух удивилась я. — Разве здесь не слишком холодно для них?

Хессенгард улыбнулся. Он аккуратно вложил бутон в мои ладони. Нежные лепестки казались бархатными на ощупь.

— Это особенные цветы, — пояснил герцог. — Единственные, которые могут пережить местные морозы.

Хессенгард снял перчатки и отложил их в сторону. Его ладони, шершавые от старых шрамов и мозолей, нежно легли поверх моих и с теплом сомкнулись вокруг них. Светло-голубые лепестки, похожие на хрусталь, неожиданно дрогнули под моим прикосновением. Из самой середины бутона к краям лепестком начал распространяться глубокий черно-фиолетовый оттенок. Цветок постепенно наполнился чернилами от центра к краям, раскрываясь не только насыщенной краской, но и ощутимым теплом. Оно согрело мои озябшие руки.

— Ого, — ахнула я.

Через считанные мгновения из нежно-голубого бутон стал почти черным. Изменился до неузнаваемости.

— Как это возможно? — поразилась я.

— Эти цветы называют слезой дракона, — объяснил Хессенгард. — Люди с магическими способностями могут наполнять такие бутоны своей маной.

Он убрал руки и снова надел перчатки. На мгновение мне стало почти грустно; его ладони были очень теплыми. Но слеза дракона настолько привлекла внимание, что я забыла думать о другом.

“Поразительно…” — Я наклонилась, рассматривая чудесный бутон. Теперь он окончательно раскрылся, демонстрируя сердцевину с тонкими белыми усиками.

Мне много раз доводилось слышать про магические растения, особенно от Ардиана, но я никогда не видела их своими глазами. Почему-то всегда казалось, что такие вещи невозможно встретить вот так легко, в придворном саду. Я представляла, что за магическими растениями нужно долго и целеустремленно идти по какому-нибудь зачарованному лесу или вверх по крутым склонам. А тут любуйтесь, пожалуйста; целые кусты волшебных цветов.

— И энергия сохранится в бутоне? — Я улыбнулась. — Он теперь такой теплый. Какая прелесть.

— Именно так, — кивнул герцог, и его лицо посветлело от мягкой ухмылки. — Он согревает вас?

Я осторожно провела большим пальцем по краю хрупкого лепестка.

— Да… никогда бы не подумала, что такое возможно.

— И я, — отозвался Рейган, тоже внимательно рассматривая бутон в моих ладонях. — Моя магия еще никогда никого не согревала.

Его слова повисли в воздухе между нами.

Мне вспомнился отчаянный восклик Ардиана. Да, вся страна — возможно, даже весь мир, — считал Рейгана холодным, отстраненным монстром. Его страшились, кто-то презирал, а остальные старались никак не взаимодействовать с ним. Один его титул вызывал самые неоднозначные реакции, но в конечном счете все сторонились его. Избегали. И разве может быть что-то хуже этого — вечного одиночества вдали от остальных, пока ты вынужден каждый день рисковать жизнью среди холодных, жестоких земель?

Люди не видели в Рейгане то, что теперь открылось мне.

— Ну вот, видите. Ваша магия умеет защищать, — негромко сказала я. — Может, вам просто стоит чаще показывать это окружающим.

Плечи Рейгана, обычно всегда широко расправленные и непоколебимые, едва заметно расслабились, словно сбросили невидимый груз. Легкий пар от его дыхания вырвался более порывистым облачком в морозный воздух. Герцог снова смотрел на меня так же странно пристально, как пару минут назад, когда только вернулся в сад.

“Может быть, я сказала что-то лишнее?...” — пронеслось в моей голове. “Мы ведь все-таки не друзья. Мне не положено ему ничего советовать…”

Внезапный порыв ветра донес до нас из бального зала не только музыку, но и приглушенный гул голосов.

Прочистив горло, Хессенгард протянул мне свою руку.

— Вы не замерзли? — осведомился он тихим голосом, словно боялся нарушить покой сада. — Нам лучше вернуться внутрь, пока гости нас не потеряли.

— Очень жаль.

Я вздохнула и грустно взглянула на бутон в руках. Он все еще хранил магическое тепло внутри, и оставлять его позади сейчас, после таких честных слов Рейгана, казалось преступлением. Поэтому я, немного подумав, аккуратно вплела цветок в свою прическу.

Не осознавая веса собственных слов, я вдруг вслух призналась:

— Я бы с удовольствием осталась здесь подольше.

Моя рука легла на предплечье герцога, он накрыл ее своей ладонью.

— Этот сад всегда открыт для вас, леди, — сказал Рейган и неторопливо повел меня обратно в зал.

12 глава

После тяжелого разговора с братом посреди тихого сада возвращаться в шумный и сверкающий хаос бального зала казалось настоящей пыткой.

Громкая музыка резала слух. Сквозь нее прорезался не тихий шорох листьев в саду, а притворный, фальшивый смех местных аристократов. Вместо нежного запаха волшебных цветов в нос ударял густой аромат воска горящих свечей и самых разных женских духов, смешанных во что-то приторное и отталкивающее. Яркие платья и костюмы сливались в неразборчивые пятна. Эта смесь ощущений ударила по моему и без того встревоженному разуму.

“Хочется просто куда-нибудь спрятаться,” — отчаянно подумала я и на мгновение закрыла глаза.

На месте удерживала только крепкая, надежная хватка Рейгана.

— Если вы чувствуете себя получше, можем поздороваться с действительно важными людьми. — Герцог кивнул в ту часть зала, где стояли мужчины в офицерских официальных мундирах. Этих серьезных джентльменов под руку держали женщины в утонченных шляпках. В отличии от молодых леди, они не стремились в центр зала для энергичных танцев.

— Почему бы и нет, — не очень охотно согласилась я. По крайней мере, это было лучше, чем растерянно стоять посреди суеты бала.

Прежде чем мы смогли дойти до той части зала, к Рейгану неожиданно подошел сэр Шурбант. Он был одет в обычную форму северного рыцаря и даже казался немного взъерошенным. Вряд ли он прибыл на бал как гость.

— Ваша Светлость, Ваше Высочество, — поздоровался он с поклоном. — Прошу прощения, что прерываю. Я бы не стал вмешиваться, если бы дело не было таким срочным.

— В чем дело? — сразу нахмурился Рейган.

Сэр Шурбант растерянно взглянул в мою сторону.

“Насколько же это серьезное дело, раз мое присутствие вдруг смущает?”

Мешать мне ни в коем случае не хотелось, поэтому я без лишних вопросов выпустила локоть герцога и коротко улыбнулась рыцарю.

— Пожалуй, оставлю вас.

— Вы не обязаны, — тут же вмешался