Наслаждение и боль - Барбара Делински

Грэм мягко отстранил стоявшую на пути Гретхен.

— Пойду проверю.

Гретхен хотела было последовать за ним, но Аманда удержала ее и взяла за дрожащую руку.

— Пусть он один сходит. Мало ли что.

Аманда отвела Гретхен на кухню, позвонила в полицию, а потом они вдвоем вышли на улицу. Они остановились на обочине напротив дома Гретхен. Грэм все не появлялся, и Аманда начала беспокоиться.

— Извините меня, — сказала Гретхен. — Я испортила вам вечер. Но ничего другого мне в голову не пришло.

— Не говори глупости, — тихо ответила Аманда. — Для таких случаев и нужны соседи. Что-нибудь украли?

— Не знаю. Я увидела картину и убежала. Наверное, надо было сразу звонить в полицию, но мне захотелось как можно скорее уйти.

— Я бы поступила точно так же, — уверила ее Аманда.

Она волновалась все сильнее. Ей представлялось, как на Грэма кто-то выскочил из кладовки, как Грэм неподвижно лежит в луже крови.

Гретхен была выше Аманды на полголовы, но казалась совсем ребенком, несмотря на выпирающий животик. Окинув ее взглядом, Аманда почувствовала укол зависти.

Решив не думать об этом, Аманда спросила:

— Как повредили картину? Измазали краской?

— Порезали, — ответила Гретхен. — Мне перед этим звонили и молчали в трубку. Я думала, это один из сыновей Бена. Но вряд ли они стали бы портить вещь, которая была дорога их отцу.

Тут из дома вышел Грэм, а из-за поворота показался автомобиль. Аманда, облегченно вздохнув, побежала к мужу. Гретхен последовала за ней.

— Внутри никого, — сказал Грэм, когда они встретились на дорожке. — Я осмотрел весь дом. И не заметил ничего подозрительного, кроме испорченных картин.

— Картин? — спросила Гретхен. Голос ее звучал еще более испуганно. — Не только той, которая висит в холле?

— Этой и еще двум в гостиной.

Гретхен побежала к дому и быстро поднялась по ступенькам. Тихонько выругавшись, Грэм поспешил за ней. Аманда тоже вошла в дом, прошла мимо испорченной картины в холле и оказалась в гостиной.

Гретхен смотрела на картину. По ее бледным щекам текли слезы. Больше всего была повреждена «La Voisine». Удары ножа сделали прекрасную женщину почти неузнаваемой.

У входной двери раздался звонок полиции.

— Входите, — откликнулся Грэм.

Когда полицейские появились в гостиной, он поприветствовал обоих по имени, обменялся с ними рукопожатиями и представил женщинам. Старший из полицейских, Дэн Миан, был спокойным пятидесятилетним мужчиной. Его напарник, Бобби Чапизи, лет на двадцать моложе, был одет в наглаженную форму и сам казался накрахмаленным.

Подойдя вместе с ними к картине, Грэм рассказал им все, что знал.

— Да, — сказал Дэн. — Кто-то был в ярости. Значит, эта картина и еще две. — Он повернулся к Гретхен: — Что-нибудь еще?

— Не знаю, — прошептала она.

Гретхен опустилась на диван, не сводя глаз с картины.

— Я осмотрел весь дом и ничего подозрительного не заметил, — сказал Грэм, — но Гретхен хорошо бы проверить, не пропало ли что.

— Я вышла совсем ненадолго, — вставила Гретхен. — Самое большее на полчаса.

Дэн посмотрел на Аманду с Грэмом:

— Никто ничего не видел?

Оба отрицательно покачали головами. В этот момент в дверях гостиной появилась Карен.

— Что стряслось с картиной? — спросила она.

— У нас тут был незваный гость, — сказал Дэн. — Вы ведь миссис Коттер, верно?

Карен кивнула в ответ, и он задал следующий вопрос:

— Вы живете поблизости?

— Рядом.

— Вы не видели, чтобы за последний час кто-нибудь проходил мимо дома?

— Только Гретхен. — Карен не могла отвести глаз от «La Voisine».

Позади нее возникли Джорджия и Расс.

— Что тут делает полиция? — спросил Расс, прежде чем его взгляд упал на картину.

Грэм принялся объяснять, а Дэн присел на корточки рядом с Гретхен. Аманда подсела к ней на диван.

— У вас есть предположения, кто бы мог это сделать? — спросил полицейский.

Гретхен покачала головой.

— Возможно, отец ребенка?

— Нет. Он не мог этого сделать.

— Но если вы назовете нам его имя…

— В этом нет необходимости, — ответила Гретхен со спокойной решимостью.

Почувствовав неловкость, Аманда обратилась к Дэну:

— Вы будете снимать отпечатки пальцев?

— Так полагается. — Он взглянул на своего напарника.

Бобби Чапизи сказал без энтузиазма:

— Если на ручке двери и были отпечатки, то все затерлись. За нее успела подержаться половина соседей.

И в самом деле, уже появились Элли и Томми, а прежде, чем кто-нибудь успел сказать хоть слово, позади них замаячил Ли.

— Я что-то пропустил? — спросил он и осекся, увидев картину.

Дэн Миан поднялся на ноги:

— Пусть миссис Танненвалд пройдет по дому и проверит, не пострадало ли что-нибудь еще.

— Здесь, в доме, мне дорога только одна вещь, — прошептала Гретхен.

Аманда взяла ее за руку.

— Я думаю, надо позвонить в вашу страховую компанию, — посоветовал старший офицер. — Они пришлют оценщика ущерба. Вы получите деньги и сможете купить новую картину.

Аманда взглянула на Гретхен и сказала:

— Не думаю, что ей хочется новую картину. Эта была ей особенно дорога.

— Мы попробуем выяснить, кто это сделал, — пообещал полицейский. — Сделаем все, что можем.

— Спасибо вам, — произнесла Аманда.

Аманда покинула дом последней из соседок. С Гретхен еще оставались полицейские, Грэм и Ли. Остальные разошлись. Из детей был виден только Джорди, который наблюдал за происходящим с крыльца дома Коттеров.

Когда Аманда подошла к Карен и Джорджии, Карен спросила:

— Что ты там так долго делала?

— Я прошлась по всему дому вместе с Гретхен, чтобы проверить, не пропало ли что. Если бы у меня случилось что-нибудь подобное, я бы предпочла, чтобы со мной кто-то был.

— Что-нибудь пропало? — поинтересовалась Карен.

— Нет. Гретхен не думает, что тот, кто влез к ней в дом, поднимался наверх. У него была цель — картина.

— Значит, это не кража, — сделала вывод Джорджия, — отсюда следует, что кто-то имеет на нее зуб. — Она слегка улыбнулась Карен: — У тебя, например, есть все основания.

В другой ситуации они бы все расхохотались, но сейчас Карен даже не улыбнулась.