Пожар сердца - Стефани Блейк

– Доброе утро, дамы. Вы сегодня прекрасно выглядите.

Он обращался ко всем, но смотрел только на Доун. Она была в белом платье со свободным лифом и широкими рукавами, обшитыми кружевом от плеча до манжеты. Распущенные волосы спадали по спине длинными рыжевато-каштановыми локонами, придавая девушке очарование невинности и чистоты, пронзившее сердце Джека. На голове у нее была соломенная шляпка с широкими полями и цветами. Джек не отрываясь смотрел в ее зеленые глаза, которые искрились золотистыми огоньками, как озерная гладь на солнышке.

– С возвращением, мисс Робертс! Рад вас видеть.

– Спасибо, Джек. А тебя с повышением.

Она протянула ему руку, и он нерешительно пожал ее. От одного прикосновения к ее бархатистым пальцам его обдало жарким волнением.

Девушка взглянула на два маленьких коттеджа, стоявших бок о бок на склоне холма, примерно в четверти мили от них.

– Какие чудесные домики! Мне не терпится посмотреть, как они обставлены.

Джек неуклюже переминался с ноги на ногу.

– Что ж, – сказал он, пнув камень мыском сапога, – буду очень признателен, если вы зайдете ко мне после церкви. Я устрою вам экскурсию. Хотя «экскурсия» – это громко сказано. Если встать посреди коттеджа и раскрутить кота за хвост, у него будет полная экскурсия.

Оба расхохотались.

– Поехали, Доун, а то опоздаем! – поторопила дочь Тесс Робертс из экипажа. – Ты же знаешь, преподобный Питерс не любит, когда опаздывают.

– Увидимся, – пообещала Джеку Доун, усаживаясь в элегантный экипаж, запряженный четверкой лошадей и снабженный передним сиденьем для кучера.

– Пока кот спит, мышка шалит, – уколола Пег сестру, намекая на то, что Деннис уехал на похороны своего дяди.

Доун окинула ее надменным взглядом.

– Собираешься учиться в Вассарском колледже, а ведешь себя как маленькая.

– Девочки, не ссорьтесь! – вмешалась мать. – Все-таки сегодня воскресенье.

Пег фыркнула:

– Мне кажется, приличной молодой женщине непозволительно ходить одной в гости к незнакомому мужчине. Особенно к такому, как Сильвер Джек Макхью.

– А чем плох Сильвер Джек? – огрызнулась Доун.

– Ты шутишь? А непристойные баллады, что по всему болоту распевают лесорубы у костров? Ведь это в основном про его подвиги!

В разговор вмешался Уолт, сидевший на кучерском месте:

– Народные любимцы, такие, как Сильвер Джек Макхью, обычно пользуются незаслуженно раздутой дурной славой. Истории об их похождениях передаются из уст в уста, обрастая небылицами. Теперь Джек остепенился, осел на одном месте. На днях он сказал мне, что не поедет этим летом ни в Сагино, ни в Бей-Сити на ежегодный слет лесорубов. Он собирается остаться здесь помочь мне с канцелярией и почитать книги. Ты представляешь, Доун? С тех пор как ты подпустила его к книгам, он стал заядлым читателем. Наверное, скоро перечитает всю нашу библиотеку.

– Когда это случится, я поговорю с Сарой Уэтсон. Ее тетя заведует большой библиотекой в Сагино. Может быть, нам удастся договориться, чтобы Джек брал книги оттуда.

– Для девушки, которая помолвлена и собирается замуж, довольно странно проявлять такой повышенный интерес к Сильверу Джеку, – выдала Люси.

Доун улыбнулась:

– Как только я увидела в Джеке ум и желание учиться, у меня появилась идея сделать из него совершенно другого человека.

Сестры покатились со смеху, а Тесс Робертс покачала головой.

– Слышишь, что говорит твоя дочь, Уолтер? Она с детства считала себя способной сделать все, что задумала. А теперь ей взбрело в голову взять на себя роль Господа Бога. – Сказав это, Тесс углубилась в свои мысли.

– О чем ты задумалась, мама? – спросила Люси.

– Скорей бы вернулся Деннис! – отрезала Тесс, в упор глядя на Доун.

Вернувшись из церкви, Доун надела новый костюм для верховой езды, купленный в Чикаго: облегающий жакет и слегка расклешенную двойную юбку чуть ниже колен, обшитую по подолу плетеным шнуром. Она стянула волосы сзади черной бархатной ленточкой и озорно сдвинула набок жокейскую шапочку.

Она устроила Дасти неплохую разминку, пустив его быстрым галопом по верховой тропе, которая тянулась на две мили вдоль берега Сагино, а потом дала мерину отдохнуть, возвращаясь медленным шагом.

Позже она пешком прошла четверть мили до бунгало Сильвера Джека. Он сидел на крыльце и курил сигару, забросив ноги на перила, но, увидев Доун, тут же затушил сигару и опустил ноги.

– При мне можешь курить, – сказала она, поднимаясь по ступенькам. – Я и сама иногда покуриваю сигареты.

– И твои родители это одобряют?

– А какое они имеют право одобрять или не одобрять? Я взрослая и сама решаю, что мне делать. Конечно, в доме я не курю, потому что дом – мамино владение. Там она устанавливает законы, и даже папа обязан им подчиняться, если он не у себя в кабинете.

Джек растерянно улыбнулся.

– Ты и впрямь необычная девушка… то есть женщина. Знаешь, тебе очень идет этот костюм.

– Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь. – Она привыкла видеть Джека в рабочей одежде лесоруба, сегодня же на нем были костюмные брюки, серые в полоску, белая рубашка и галстук. – Ты подстригся?

Джек смущенно покраснел.

– Да, когда в последний раз был в Сагино. Костюм купил и еще кое-что, но это сюрприз.

– Отлично, люблю сюрпризы! Ну что, как насчет обещанной экскурсии?

– Пожалуйста, проходи! – Он придержал перед ней дверь. – Домик маленький, и все же здесь у меня намного больше места, чем в бараке.

– А ты не скучаешь по коллективу?

– Колле… что? Нет, не говори! Лучше я сам посмотрю в словаре это слово. Тогда я его не забуду.

– Хорошо, – согласилась она, сдерживая смех.

Процесс превращения грубого, необразованного рабочего-лесоруба в сельского джентльмена будет идти со скрипом до тех пор, пока Джек не свыкнется со своей новой ролью.

Маленькая, в пятнадцать квадратных футов, гостиная могла похвастаться небольшим кирпичным камином. Доун увидела диван, два мягких кресла и картины на стене – точно такие же ее родители годами хранили на чердаке среди прочего хлама. К гостиной примыкали маленькая кухня и спальня.

Джек открыл дверь спальни.

– Сюрприз здесь, – объявил он.

На этот раз Доун не справилась с собой и откровенно расхохоталась.

– Я слышала похожие фразы от некоторых джентльменов, но должна признать, твой подход довольно оригинален.

Он открыл рот и густо покраснел.