Наследство за океаном - Эсси Саммерс

Все холмы и пашни были покрыты росой. Мысленно Линдсей напомнила себе: нужно говорить «пашни», а не «поля» на шотландский манер. Девушка начала готовить завтрак и разбудила детей. Поднявшись, она застала Нейла за книжками и тетрадками.

— Нейл, я же вчера говорила, что мы своим приездом тебе помешали, — с досадой сказала Линдсей. Она огорчилась, что парню пришлось встать ни свет ни заря, и снова почувствовала себя виноватой.

Нейл ухмыльнулся и откинул назад волосы. Линдсей еще раз с изумлением отметила их с Каллимом сходство, даже жесты были похожи.

— Да не переживайте вы так, Линдсей. Все в порядке. Сегодня у меня экзамен по географии, это мой любимый предмет. В учебе Юэн мне спуску не дает, никаких поблажек, так что я заранее подготовился к экзамену, а сейчас просто решил освежить кое-что в памяти. Ребята уже проснулись?

— Не совсем. Я очень рада, что ты сдашь экзамены на этой неделе и к выходным будешь свободен. Думаю, вы втроем найдете чем заняться?!

— О, не сомневайтесь. Я тут уже подумал на этот счет. Мы могли бы покататься верхом, я показал бы двойняшкам наши владения. Если вы волнуетесь за них, то можете поехать с нами — возьмете лошадь Юэна. Я поеду на отцовской, а Мораг и Каллиму выделим по пони.

— Я смогу взять лошадь мистера Хазелдина только в том случае, если он сам предложит, — быстро ответила Линдсей.

— Он предложит, даже не сомневайтесь.

Фраза, небрежно брошенная Нейлом, не осталась незамеченной Линдсей. Парень прекрасно понимал, кто в доме хозяин.

Мистер Хазелдин и Мик завтраком остались довольны. Девушка решила не сообщать им об утренних происшествиях, во избежание насмешек и шуточек в свой адрес. Чувствуя враждебность со стороны управляющего, Линдсей не хотела в первое же утро ударить в грязь лицом. Разве можно объяснить мужчине, что значит для женщины новая плита?! К счастью, кулинарные способности Линдсей достойно выдержали испытания, завтрак получился выше всяких похвал. Один только вид золотистой корочки безукоризненно обжаренных сосисок и желтоглазой глазуньи возбуждал аппетит, а запах лишь подтверждал отменный вкус.

Когда за Нейлом приехал школьный автобус, Мораг и Каллим проводили брата до двери и с усердием махали вслед до тех пор, пока автобус не превратился в точку и не слился с горизонтом. Линдсей разрешила двойняшкам немного прогуляться, но предупредила, что где-то через час ей понадобится их помощь.

— Только, я вас умоляю, аккуратнее, не лезьте куда попало, не выходите за ворота, не подходите к воде, — давала на ходу наставления Линдсей, — не… Ой, простите! — от неожиданности воскликнула девушка, налетев на управляющего.

— Ужас! Сплошные «не». На мой взгляд, слишком много негатива, — не удержался от комментариев мистер Хазелдин. — Психологами доказано, что нужно быть более позитивным. Лучше скажите бедным деткам, что можно делать.

— Какая чудная теория! Но разрешите мне самой решать, что и как говорить. Я знаю двойняшек гораздо лучше вас, я помогала маме их воспитывать. Знаете, если эта теория тесно переплетается с вашей моралью, то я тем более не в восторге. Последнее время мне кажется, что все ваши действия направлены на одно — насолить мне, а точнее, настроить детей против меня, — выпалила девушка.

Двойняшки стояли раскрыв рты, во все глаза глядя на Линдсей. Первой тишину нарушила Мораг:

— Я что-то не поняла, что ты сейчас наговорила, — призналась девчушка.

— Полагаю, Мораг, твоя сестрица тоже, — с отвратительным смешком сказал мистер Хазелдин.

— Но мне показалось, что Линдсей рассердилась не на шутку, — не унималась малышка, у нее просто в голове не укладывалось: что это вдруг случилось с сестрой и что за непонятные слова она говорила.

— Это все от недосыпания. Стоит ей хорошенько выспаться, и раздражительность как рукой снимет. Каллим, Магси, пойдемте-ка со мной, не будем надоедать вашей сестре. Я сейчас познакомлю вас с двумя чудными маленькими созданиями. — Заметив недоумение на лицах двойняшек, управляющий пояснил: — Вас ждут пони, на них сможете объехать со мной пастбища. Нейл сказал, вы не понаслышке знакомы с верховой ездой. Уверен, к обеду Линдсей успокоится и станет прежней.

Двойняшки, пользуясь случаем, прошмыгнули вперед управляющего, который, уходя, бросил Линдсей через плечо:

— Когда обед будет готов, ударьте в гонг, он около двери. Желательно в двенадцать тридцать. Мик здесь неподалеку, он поливает пашню.

Линдсей, глядя вслед уходящему управляющему, кипела, словно вулкан перед извержением. Последнее время это состояние стало неотъемлемой частью жизни девушки, а виновником был всегда один и тот же человек — мистер Хазелдин. «И как только этот наглый, невоспитанный новозеландец посмел назвать Мораг ласковым именем! Он ей никто!!!» — негодовала про себя Линдсей. Она зашла внутрь, с ненавистью начала вышвыривать коврики во двор, как будто они были причиной ее плохого настроения. «Я покажу этому грубияну! Он у меня узнает, что значит хороший работник! Я отобью у него охоту относиться ко мне как к охотнице за чужим добром! Я докажу, что сама могу заработать себе на жизнь», — не унималась Линдсей.

Давненько кухня Рослочена не знала генеральной уборки. Ни один дюйм не пропустили решительные руки Линдсей. Ничего не ускользнуло от пристального внимания девушки — в тот момент она напоминала хищницу в поисках жертвы, в роли которой выступала грязь. Линдсей ураганом носилась по кухне, выплескивая злобу и раздражение. Ни один уголок не был ею пропущен, она беспощадно расправлялась со скопившейся пылью. Через каких-нибудь два часа от бывшей кухни поместья Рослочен остались лишь воспоминания.

Окна стали такими чистыми, что в наличие стекол просто не верилось, покосившиеся и пыльные картины были тщательно вытерты и теперь висели на стене в нормальном положении. Белоснежные занавески досыхали на окне. День выдался очень жарким, и Линдсей была уверена, что шторы успеют высохнуть до обеда.

Несмотря на то что кухня была старая, за считаные часы Линдсей превратила ее в уютную, относительно современную кухоньку, где все стояло на своих местах. Посуда, красиво расставленная в серванте, блестела, стол покрывала чистая белая скатерть. Линдсей с помощью лимона отдраила давно немытый линолеум так, что с пола можно было есть. Этой маленькой хитрости — добавлять лимон в воду для мытья полов — научила девушку мама. Правда, она давно не использовала эту крайнюю меру, так как дома у них всегда был идеальный порядок. Линдсей умудрилась вручную отчистить бетонный порожек, растущие рядом с ним сорняки также пали от руки девушки. Справа от входа Линдсей поставила вешалку для курток и полочку для обуви, из противоположного угла девушка перетащила стальной умывальник, чтобы, зайдя в кухню, можно было сразу помыть руки, не разгуливая по всему дому.

В любом случае, рассуждала про себя девушка, когда вернется Винни, ей не придется разрываться на два дома, имея на руках грудного ребенка, да и к приезду миссис Хазелдин дом не придет в полное запустение. Однако мысль о возвращении матери Юэна и о ее реакции на появление в доме молоденькой девушки пугала Линдсей. Она прекрасно понимала, как ревностно относится любая женщина к своим домашним владениям, поэтому старалась избегать кардинальных изменений в быту поместья Рослочен. Она не могла не отметить, что все в этом доме было сделано с большой любовью, при его строительстве не жалели ни сил, ни денег, а нынешнее его состояние объяснялось отсутствием в доме женщины и последними печальными событиями. Но былое величие и блеск можно было вернуть, пусть начинать приходилось всего лишь с тряпки и щетки.