И никаких сожалений - Розалинд Бретт

Отец переживал за нее! С тяжелым вздохом Клэр засунула письмо обратно в конверт. Письмо огорчило ее. Слишком уж открыто в нем разворачивалась дальнейшая грустная перспектива ее жизни с Россом… Росс, он пытался быть с Клэр добрым и заботливым, но он не любил ее.

Письмо тети Летти должно было быть наполнено слезами и обидой, и Клэр отложила его в сторону, взявшись за письмо Саймона. Она надеялась, что он не написал слов вроде: «Вернись ко мне, я все прощу».

Но нет! Письмо Саймона можно было назвать, по меньшей мере, торжествующим. Его первая книга была опубликована в престижном издательстве и наделала много шума в литературных кругах. Сейчас Саймон был в Норвегии, собирал материалы для следующего своего творения. Он был вполне счастлив и со всей искренностью желал Клэр того же. Саймон не надеялся, что она соблаговолит ему написать, но выслал ей свой роман с автографом. Он надеялся, что Клэр книга понравится. Книга была полностью лишена романтики, но романтизм никогда не входил в перечень черт его характера.

Это ты верно подметил, разочарованно подумала про себя Клэр, отложив письмо в сторону.

Следующим вечером, когда Клэр и Росс сидели на веранде и наблюдали за луной, медленно льющей молочно-серебристый свет на джунгли, он сказал:

— Мне пришло письмо от отца.

Клэр чуть не подпрыгнула от изумления, Росс очень редко упоминал о своей жизни в Англии и рано овдовевшем отце-священнике.

— О чем он пишет? — живо спросила она.

— Он надеется, что я приеду в Англию и захвачу с собой тебя, чтобы познакомить с ним.

«И ты именно так и поступишь? — захотелось ей спросить. — Повезешь меня как свою жену знакомить с отцом или же наш брак вскоре распадется без всяких сожалений?»

— От кого пришли твои письма? — поинтересовался Росс.

Она рассказала, заметив, как он ударил кулаком по железной решетке веранды при упоминании Саймона Лонгворфа.

— Тот парень, что возвел тебя на пьедестал? А-а, Клэр? Это он вбил в твою голову мечты о путешествиях и приключениях? Писатели известны своим пристрастием плести золотые сети паутины, скрывающие реальные факты. Они выставляют все в розовом свете, заставляют жизнь казаться привлекательнее, чем она есть или даже могла бы быть.

— Росс, давай обойдемся без твоего цинизма сегодня вечером, — неожиданно попросила Клэр. — Я не надеялась обрести в Африке Потерянный Рай. Я лишь хотела…

— Приключений? — перебил он ее.

Нет, любви, уточнила она. Твоей любви, Росс. Твоих крепких объятий и нежности в серых глазах вместо безразличия.

— Моя изнеженная, чувствительная маленькая глупышка, — сказал Росс. — Когда я был один в хаосе разбросанных ураганом каучуковых деревьев, я решил, что ты могла бы уехать в Онитсло на время дождей. А увидев тебя вместе с Картером прошлым вечером, я убедился в том, что тебе не хватает общества цивилизованных людей и веселья вечеринок. Миссис Маклин будет только рада принять тебя на пару недель.

Клэр не сразу почувствовала, как ее пальцы сжались в кулак и ногти до боли впились в нежную кожу.

— Ты хочешь, чтобы я поехала? — спросила она.

— Дорогая, в последнее время ты почти не улыбаешься, а грусть тебе не к лицу. — Он поднялся с кресла и оперся на перила веранды, зачарованно глядя в ее освещенное лунным светом лицо.

— Ты хочешь, чтобы я поехала? — повторила она.

— Если ты уедешь, я не стану прыгать от радости, — честно сказал Росс.

Клэр медленно поднялась и встала напротив мужа. Ее сердце бешено колотилось от одной мысли о расставании.

— Я хочу извиниться за прошлую ночь, — робко начала она. — Я вела себя как последняя свинья, когда ты был уставшим и удрученным. А что касается танца с Доном Картером… Росс, мне здесь не скучно, правда.

— Я подумал, что тебе могла наскучить наша однообразная жизнь. — Он прижал ладонь к ее теплой щеке. — Если ты хочешь уехать в Онитсло, скажи прямо сейчас. Я отвезу тебя завтра…

— Нет, — оборвала его Клэр, обвив пальцами его запястье. — Без тебя мне нечего делать в Онитсло.

— Милая, здесь будут сильные грозы, — предупредил он. — Проливные дожди, ужасные молнии…

— Теперь я могу их пережить, — заверила его она. — Ты показал мне, как молния может убивать. Но убить человека может и многое другое. Я уже не боюсь молний, я повзрослела.

— Ну, если ты так считаешь, малышка. — Росс наклонился ближе, на его губах играла задорная, мальчишеская улыбка. Когда он заговорил, Клэр могла видеть кончики его острых белоснежных зубов. — Поиграй мне на пианино. Что-нибудь из Гершвина. Сегодня на меня нахлынула ностальгия.

Через несколько дней аккурат в полдень на дом обрушилась мощная гроза. Росс вернулся из гаража и снял пиджак.

— Хорошее времечко сесть и написать отчет о добыче каучука, — сказал он. — Хочешь, я закрою ставни?

— Я… нет, не думаю.

— Так подумай. Я готов посидеть в духоте, если это поможет стать тебе счастливее.

— Нет, не надо. Я могу повернуться к окну спиной.

Росс бросил документы на стол, достал несколько чистых листов бумаги и ручку.

— Какое сегодня число? — спросил он.

— Двадцать восьмое апреля, — без замедления ответила Клэр и развернула на коленях небольшую циновку, собираясь ее починить.

— Давай-ка посмотрим. — Он задумчиво взглянул на жену. — Кажется, у тебя через пару дней должен наступить день рождения.

— Мой день рождения прошел, когда ты был в отъезде, — тихо возразила Клэр. Она лежала тогда в кровати, изнемогая от высокой температуры, трясясь в лихорадке и чувствуя себя, как минимум, на сотню лет, но никак не на двадцать один год.

— О-о! — Росс аккуратно снял колпачок с ручки и принялся писать. Его возглас означал одновременно сожаление и насмешку. Клэр с замиранием сердца следила за ним, гадая, что же из этих двоих в нем победит. Заговорит ли его сердце, прежде чем верх возьмет циничный разум?

— Ну… хотя момент упущен, мы все равно можем отпраздновать твой день рождения. Где-то на кухне припасено шампанское. Я могу подарить тебе ключ от нашего бунгало. — Росс рассмеялся. — Давай устроим вечеринку сегодня вечером?

Дом сотрясался от бешеных раскатов грома. Каждый миг комнату освещал серебристо-белый свет молний. Клэр неосознанно сжала пальцы в кулак, когда раздался еще один удар грома, прямо у них над головой.

— К тому же, Клэр, двадцать один год исполняется только раз в жизни, — продолжал убеждать ее Росс, весело улыбаясь. — Мы должны радостно проводить время, что нам отводиться Богом.

— Было бы здорово устроить вечеринку, — сказала она, зажмурившись от очередного всплеска молнии. — К тому же у нас за окном настоящий фейерверк, не надо готовить заранее.

Но пусть все пройдет не так, как в вечер его возвращения с дальних плантаций. Пусть ее вечеринка удастся! И на одну ночь из бушующего от грозы неба вылетит синяя птица счастья! Хотя бы ненадолго…