Ночной блюз - Камилла Верден

Дороти вскинула голову.

— Вы хоть имеете представление о том, каков мой долг?

Вильям сложил руки на груди.

— Имею, Дороти! И готов погасить его. Вам не на что надеяться, разве вы сами этого не сознаете? Мы нужны друг другу.

Дороти скептически хмыкнула.

— Неужели в вашей жизни нет другой женщины, которая согласилась бы выйти за вас замуж?

Вильям отвел взгляд в сторону.

— Нет. Видите ли, я не из тех, кто умеет поддерживать длительные отношения. А вас прошу стать моей женой только ради благополучия Тедди…

Дороти поражалась собственному ходу мыслей. Предложение Вильяма с каждой минутой представлялось ей все более и более заманчивым. Чем дольше она над ним размышляла, тем серьезнее увлекалась им.

— Если бы мои дела наладились, то я опять купила бы овец, — произнесла она. — А еще, наверное, гусей и лошадь.

Вильям понял, что женщина заинтересовалась его планом. И не знал, радоваться этому или нет.

— Почему бы и нет? Можно будет приобрести и птицу, и лошадь, — ответил он.

— Если я отвечу согласием… — нерешительно пробормотала Дороти, — то, как скоро вы думаете…

— Незамедлительно, — заявил Вильям, поняв, что она имеет в виду.

— Естественно, этот брак будет ненастоящим, правильно? — Дороти вопросительно посмотрела в его зеленые глаза. — Вы ведь не предполагаете, что я… Что мы с вами…

Вильям беззвучно выругался. Он до умопомрачения хотел эту женщину и знал, что она испытывает по отношению к нему те же самые чувства. В противном случае она не принимала бы с такой жадностью его поцелуи.

— Вы не желаете жить со мной так, как живут друг с другом настоящие супруги, верно?

Дороти покраснела.

— Верно. Думаю, наиболее мудрым решением будет воспринимать наш брак как отношения деловых партнеров.

Вильям развел руками.

— Если вы так считаете… Что ж, будь по-вашему.

Дороти прищурила глаза.

— Надеюсь, вы не рассчитываете на то, что часть моего имущества перейдет в ваше владение?

Вильям усмехнулся.

— Об этом можете не беспокоиться. Все, что мне нужно, так это быть уверенным в благополучии Тедди. — Он замолчал и нервно провел рукой по волосам. — Однако прежде чем вы примете решение, я хочу кое о чем вам рассказать. Я приехал в Кардифф не только из-за Тедди, но и по другой причине. Именно она привела в эти края несколько лет назад Леонарда. Понимаете, в старых вещах нашей мамы Лео нашел письмо, адресованное ей Эметом Симмонсом. Когда-то они были знакомы. Вероятнее всего, этот человек приходится мне отцом.

От неожиданности Дороти приоткрыла рот. Некоторые черты в Вильяме сразу показались ей знакомыми: впадины на щеках, широкие прямые брови, чуть выдвинутая вперед челюсть. Но она не придала этому особого значения.

— Сегодня утром мы с Филиппом сдали для анализа кровь. Скоро будут готовы результаты, — продолжил Вильям. — Но эта история никак не связана с моим предложением. Я просто решил, что вы должны обо всем знать.

— Спасибо за доверие, — сказала Дороти.

— Итак? Каково ваше решение? — спросил Вильям.

По выражению лица Дороти было видно, что она все еще колеблется.

— У меня к вам один вопрос. Как долго продлится наша якобы семейная жизнь?

— Не знаю, — ответил Вильям. — Сомневаюсь, что мама оговорила какие-то сроки. А в чем дело? У вас есть мужчина?

Дороти покачала головой.

— А у вас в Аберистуите есть женщина?

— Нет, — честно признался Вильям. — Но оставаться в Кардиффе надолго я не смогу, даже если стану владельцем «Мэндерс Туэрз» и попрошу Боба еще какое-то время поработать вместо меня. Я пробуду здесь максимум месяца два-три, потом уеду домой.

Дороти представила, что в таком случае произойдет с Тедди.

— А о Теде вы подумали? Только вообразите себе, как сильно за три месяца он привяжется к вам!

— Тед уже и так ко мне сильно привязан, — спокойно ответил Вильям. — И в этом нет ничего плохого. Я намерен поддерживать с ним отношения всю оставшуюся жизнь, даже несмотря на то, как будем друг к другу относиться мы с вами. Тедди мой племянник, и я хочу, чтобы он всегда знал, что может на меня рассчитывать. От своего отца я практически не видел поддержки…

А как же я? — подумала Дороти. На кого полагаться мне? К кому бежать за советом, если я опять влюблюсь? Нет, этого допускать нельзя ни в коем случае!

— Если вам требуется время на обдумывание… — начал было Вильям.

Но Дороти прервала его.

— Нет-нет. Я лишь хочу быть уверенной в том, что вы рассматриваете ситуацию… чисто с практической стороны. Этот брак должен восприниматься нами исключительно как деловая сделка, не более того.

— Если для вас это так важно, — несколько разочарованно произнес Вильям, — тогда так оно и будет. Я могу продолжать жить в комнате для наемных работников.

Дороти покачала головой.

— Это вовсе не обязательно. На втором этаже есть свободная спальня. Спальня моих родителей.

— Значит, вы принимаете мое предложение?

Дороти шумно вздохнула.

— Принимаю.

— Я сегодня же свяжусь со своим юристом. — Вильям довольно потер руки. — Сообщу ему, что скоро женюсь. Как только к нему поступит копия нашего свидетельства о браке, я смогу получить наследство.

Дороти было не по себе.

Я могла и не просить его воспринимать эту идиотскую женитьбу только лишь как партнерское соглашение, подумала вдруг она. Он и так не имеет в виду ничего другого.

— У меня к вам единственная просьба: не говорите соседям, что наш брак фиктивный.

Вильям приблизился к ней на пару шагов. Его глаза потемнели. На мгновение Дороти показалось, что он сейчас ее поцелует.

— Об этом не беспокойтесь. Убедить окружающих в том, что мы с вами настоящие муж и жена, я сумею. Кстати, нам давно пора перейти на «ты». Согласна, Дороти?

— Согласна, Вильям.

Единственным человеком, кому Дороти рассказала правду о причинах, побудивших ее согласиться выйти замуж, была Клэр.

В назначенный день, через две недели, именно она помогала ей наряжаться в собственное платье нежно-розового цвета с пышной юбкой и декольте.

— Наверное, я сумасшедшая, — пробормотала Дороти, глядя на себя в зеркало. — В противном случае никогда не согласилась бы на это безумие.

Клэр заботливо расправила складку на платье невесты.

— Вильям что, неприятен тебе? — спросила она.

— Нет-нет… Конечно же нет! — протараторила Дороти.