Самая желанная - Эйлин Колдер

Вивьен рассмеялась.

— Ну как можно отказать такому милому джентльмену?

— Спасибо, Вивьен! Будет очень весело, вот увидите!

— Вы так расхваливаете этот бал, что мне уже весело.

Джарвис посмотрел на часы.

— Ладно, нехорошо заставлять Патрика ждать. Подвезти вас?

— Да, пожалуйста!

Патрик подъехал к дому одновременно с ними. Вивьен и Джарвис вывалились из машины, держась за животы от смеха. Джарвис всю дорогу травил анекдоты, так что у Вивьен чуть не текли слезы.

— Вы сумасшедший, Джарвис... — простонала она между приступами смеха.

— Это давно известно, — буркнул Патрик.

Как всегда, появление Патрика заставило Вивьен почувствовать себя не в своей тарелке.

— Ты поздно приехал, Джарвис! — сделал Патрик внушение брату.

Джарвис застыл на месте и спросил неестественно испуганным голосом:

— Неужели слишком поздно?! Патрик тряхнул головой и рассмеялся.

— Не думаю. По-моему, эта кляча вообще раздумала рожать!

Все трое отправились в конюшню. Две лошади с энтузиазмом жевали солому, а третья, тяжко вздыхая, понуро стояла у стойла. К ней-то и направился Джарвис.

— Тяжело ей, видно, бедняжке, — сочувственно заметила Вивьен, поглаживая бархатистую шкуру кобылы.

— Посмотрел бы я на вас в ее положении! — Джарвис усмехнулся. — Легко ли, будучи беременной, ежедневно вспахивать угодья этого... феодала!

Он осматривал лошадь осторожно и уверенно.

— Да, думаю, ты прав, Патрик, — наконец сказал он. — До конца этой недели точно не родит.

Патрик рассеянно слушал брата. Его внимание привлекла Вивьен, которая стояла рядом с Джарвисом и гладила несчастную кобылу по спине. Ее распущенные волосы, блестя на солнце, отливали цветом сухой соломы. На ней были черные обтягивающие брюки и такого же цвета кашемировый джемпер, который подчеркивал соблазнительные контуры ее стройной фигуры.

— Значит, ждем до понедельника. Если роды не начнутся сами, придется помогать. Как думаешь, дотянет? — Взглянув на брата, Джарвис заметил, что тот его не слушает. Глаза Патрика были прикованы к Вивьен, и было в них выражение, которого Джарвис не видел у него уже очень давно. — Патрик!

— А?! Да-да, до понедельника — так до понедельника. Конечно, если не вредно заставлять ее так долго ждать.

— Пока она чувствует себя нормально, но все же приглядывай за ней.

Они вышли из конюшни, и Джарвис принялся мыть руки.

— Айрин интересовалась, пойдешь ли ты в субботу на бал, — сказал он Патрику.

— Пока не знаю. Это зависит от того, прикроет ли меня Ник на ферме.

Джарвис выпрямился и, хитро прищурившись, посмотрел брату в глаза.

— Если надумаешь, может, пойдем парами?

— А кто это будет твоей парой?

— Вивьен.

— Ага-а... — протянул Патрик.

Он выразительно посмотрел на Вивьен, и она почему-то почувствовала себя так, словно сделала что-то нехорошее.

— Ладно, спрошу Айрин, пойдет ли она. — Патрик пожал плечами. — Но сначала надо будет договориться с Джесс, чтобы она посидела с детьми.

— О, Патрик! — спохватилась Вивьен. — Простите меня! Наверное, мне следует остаться с детьми?! Вы скажите, тогда я никуда не пойду...

— Еще чего! — вмешался Джарвис. — Вивьен идет со мной на бал! И никаких детей в субботу вечером!

— Хорошо, хорошо, успокойся! — Патрик устало отмахнулся. — Я же сказал: попрошу маму.

— То-то же, — облегченно отозвался Джарвис. — Тогда, если больше не увидимся, до субботы!

Вивьен послушно кивнула и едва не вскрикнула от удивления, когда Джарвис вдруг чмокнул ее в щеку.

— Заеду за вами часиков в восемь.

В душе Вивьен зашевелилось подозрение: а не совершила ли она ошибку, согласившись провести с Джарвисом субботний вечер? Джарвис ей, конечно, нравился, но... не хотелось бы, чтобы он воспринимал ее доброе отношение превратно. В романтическом смысле он был ей абсолютно безразличен, а согласилась она лишь потому, что субботний бал обещал веселье и давал возможность выбраться из пресловутых четырех стен.

Проводив брата до машины, Патрик вернулся к прогуливающейся вдоль загона Вивьен.

— Вы умеете ездить верхом? — спросил он.

— Да, конечно!

— Я собираюсь объехать поля, если хотите, поедемте со мной.

— Спасибо, очень хочу.

— Тогда выбирайте себе лошадь. Мой...

— Серый жеребец! — догадалась Вивьен. — Он выглядит крепышом — подходящий конь для мужчины. Я не ошиблась?

— Нет-нет. Все правильно, — с улыбкой заверил Патрик.

— А я поеду вон на той кобыле. — Вивьен указала на грациозную гнедую лошадь.

Казалось, Патрик колеблется. Потом он кивнул.

— Сейчас я принесу седла и поедем.

Давненько Вивьен не сидела в седле, так давно, что почти забыла, как нравилось ей кататься. Как теплый ветер овевает лицо, как быстро бьется сердце, когда она и лошадь, слившись воедино, рассекают пространство.

Они начали с неторопливой рыси, а потом, когда лошадь под Вивьен стала нетерпеливо рвать узду, наездница позволила ей скакать во весь опор. Патрик держался немного впереди. Он оказался опытным наездником, контролировал все порывы и движения лошади непринужденно и легко.

— Как хорошо! — задыхаясь, воскликнула Вивьен, когда поравнялась с придержавшим коня Патриком.

— Отсюда придется идти пешком, — сказал Патрик, указывая на извилистую каменистую дорожку, которая шла по краю глубокого ущелья.

— И это все ваша земля? — спросила Вивьен, когда они тронулись по дорожке, ведя под уздцы коней.

— Да, вон до того места. — Патрик махнул рукой на возвышавшуюся вдали стену.

— Красота! — восхитилась Вивьен. — Красота и спокойствие...

— Согласен... Мне тоже нравится эта умиротворенность.

— А вам здесь не скучно после Нью-Йорка?

Патрик быстро покачал головой.

— Нет, мне по душе эта дикая первозданная красота.

— А чем вы занимались в Нью-Йорке?

Патрик бросил на нее хитрый взгляд.

— Раньше я работал в банке. Я по образованию бухгалтер.

Вивьен, казалось, была удивлена.

— И что же заставило вас стать фермером?

— Да я, собственно, никогда и не собирался им становится. — Патрик усмехнулся. — Просто я полюбил дочь фермера и волей-неволей втянулся. Представляете картину: еще вчера я ходил в строгом костюме, в руках у меня был неизменный кейс, а сегодня — работаю на ферме, помогаю отцу Паолы.