Единственный - Кейт Литл

— Замолчи. Замолчи, пожалуйста.

Лорел зажала ладонями уши и закрыла глаза.

Эти, именно эти слова она жаждала услышать. Но слишком поздно.

Нет, это невыносимо. Сначала валандаться с Филиппом, потом оказаться лицом к лицу с Коннором. И вот он с влекущей нежностью смотрит на нее и говорит слова, которые, наверное, могли бы вылечить ее разбитое сердце.

Но он-то полагает, что она намерена отказать ему. Он представления не имеет о том, что она намерена согласиться.

Лорел почувствовала, как слезы текут по щекам. Она оплакивала утраченную любовь. Что бы Коннор ни говорил, сердцем Лорел знала, что он не любит ее по-настоящему.

Она сглотнула и высвободила руку. Ей стоило большого труда овладеть собой.

— Не нужно… притворяться, Коннор. Я передумала. Я стану твоей женой.

Его темные брови взметнулись кверху.

— Мне казалось, сегодня днем ты говорила…

— Неважно, что я говорила раньше, — перебила его Лорел. — Сейчас я даю тебе окончательный ответ.

— Что заставило тебя передумать? — спросил Коннор.

Ну как рассказать ему о происшествии с Филиппом? Когда-то Лорел с радостью доверилась бы Коннору, но сейчас она уже приобрела кое-какой опыт. И больше не верит ему.

Лорел пожала плечами.

— По-моему, у меня не было выбора. Нам необходимо выпутаться из создавшегося положения. Так что я глотаю то, что мне предложено.

— Похоже, эта идея тебя совсем не вдохновляет. Неужели это такая уж страшная судьба? — нерешительно спросил Коннор.

Он все еще находился в замешательстве, и Лорел испугалась, что зашла слишком далеко. Возможно, у него появились какие-то неизвестные соображения, и он готов взять свое предложение назад. Она тут же вспомнила про Филиппа, про немыслимое положение, в котором он окажется, если Коннор не сдержит обещания.

— Не заставляй меня врать тебе. Наверное, ты понимаешь мои чувства. Лорел подняла голову. Твое предложение остается в силе? — спросила она Коннора напрямик.

Сердце Лорел едва не остановилось, когда Коннор отвел глаза, медля с ответом. Он держал в руке бокал красного вина, но не сделал ни глотка.

Наконец он снова посмотрел ей в глаза. Лицо его было непроницаемо.

— Да, предложение в силе.

Ее пробрала дрожь от холодка в его голосе, но ей ничего не оставалось, кроме как собраться с духом и продолжать:

— Хорошо. Я его принимаю. При одном условии.

Коннор удивленно вскинул брови.

— В чем оно заключается?

— Если через год один из нас захочет развода, то второй не станет препятствовать. Все деньги, которые ты вложишь в нашу сделку, будут тебе возвращены, хотя бы на это ушел весь остаток моей жизни. Лично я не ищу никакой выгоды для самой себя, — уверенно добавила она, — и готова подписать брачный контракт на любых условиях.

— У меня в мыслях не было никакого брачного контракта. Если ты вступишь со мной в брак, то сделаешься моей женой во всех смыслах этого слова. Блеск в его темных глазах не оставлял сомнений в значении последней фразы. Лорел, я намерен заботиться о тебе, хочешь ты этого или нет. Даже если соглашусь на твое условие, я не оставлю тебя, не обеспечив должным образом.

— То есть ты готов оплатить мои услуги? — парировала она.

Его глаза сузились, красивые губы напряглись. С видимым усилием он ответил ей в тон:

— Не волнуйся, я получу то, на что мне дадут право мои деньги. — Он увидел, как она вздрогнула при этих словах. — А что ты еще ожидала услышать? Ясно же, что тебе моя роль представляется самой неприглядной. А это несправедливо, — добавил он значительно мягче.

— Итак, мы договорились об условиях? — спросила Лорел.

— Вполне. Если ты так хочешь, я согласен. Но я настаиваю на том, чтобы наш брак был реальным. Прежде всего, если мы ограничимся чем-то меньшим, могут возникнуть подозрения, и тогда нам придется несладко. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Она со вздохом кивнула.

— Да, понимаю.

Коннор рассмеялся, и Лорел не могла не отметить про себя, что его смех прозвучал необыкновенно сексуально.

— Лорел, не надо разговаривать так, как будто тебя приговорили к тюремному заключению.

Между прочим, именно от этой участи тебя и избавляет замужество.

В этом он прав. Лорел спаслась от тюремных решеток, подвергнув себя еще худшим испытаниям. Жить с Коннором, сознавая, что их брак не является союзом любящих сердец, как ей мечталось когда-то… Жить с ним, повинуясь его мстительному капризу…

— Значит, обо всем договорились? — резко спросила она.

— Нет еще. — Коннор покачал головой, пристально глядя в глаза Лорел. Так легко ты от меня не отделаешься. Насколько я понимаю, время уже пошло.

Его глаза заблестели, и она поняла, что он готов поцеловать ее. Первым ее порывом было вскочить и опрометью выбежать на улицу. Но она сидела неподвижно, не в силах пошевелиться.

А он наклонился к ней и приподнял пальцами ее подбородок, так что она не могла отвести взгляда.

— Лорел, ты прекрасна. Ты еще прекраснее, чем раньше, если только это возможно. Можешь думать обо мне и причинах моего поступка что тебе заблагорассудится, но я обещаю тебе: ты не будешь жалеть о своем согласии стать моей женой.

И тут губы их встретились; вначале они слегка, как бы невзначай соприкоснулись, хотя в этом прикосновении ощущалась скрытая мощь. Коннор как бы впитывал вкус губ Лорел. Она изо всех сил старалась не отвечать ему.

И все-таки медленно, но верно его поцелуй оказал на нее свое волшебное воздействие, и она почувствовала, как ее твердость рассеивается подобно утреннему туману под жаркими лучами восходящего солнца. Ее рука, которая легла Коннору на плечо с целью оттолкнуть его, вдруг ощутила крепкие мускулы под мягкой тканью пиджака. Коннор крепче впился в ее губы, и голова Лорел откинулась под его натиском. Ее рука скользнула выше, к затылку Коннора, и пальцы зарылись в густые темные волосы. Лорел почувствовала, как к ее языку прикасается его нетерпеливый язык, наполняя все ее существо желанием, которое невозможно скрыть.

Этот поцелуй не оставил у Лорел сомнений относительно того, какая жизнь ждет ее в супружестве с Коннором. Невзирая на причиненные ей обиды, невзирая на презрение Лорел к заключенной только что сделке, Коннор не утратил своей власти над ней. Кровь бурлила в Лорел с прежней силой, ее уже пожирало пламя, которое ничто не сможет погасить.

Когда самообладание окончательно изменило ей, Коннор внезапно отстранился. Открыв глаза, Лорел увидела, что он так же ошарашен и заворожен, как и она сама.

— Да, мне еще одно только что пришло в голову, — хрипло заговорил Коннор. — Никаких проволочек. Я хочу быть женатым уже на следующей неделе.