Только скажи… - Патрисия Мэй Уайт

— Я имел в виду обед номер один.

Джози попыталась стереть из памяти обед номер один, особенно поцелуй, и рассеянно положила на поднос Брета салфетки.

— Та-ак. Теперь ты думаешь, что я неопрятно ем и пускаю слюни?

Джози похолодела: на подносе Брета возвышалась гора салфеток. Боже мой, она потеряла рассудок!

— На всякий случай, — с улыбкой объяснила она.

— Сколько уроков я уже провалил? — Брет впился зубами в сосиску, и острая приправа шлепнулась на салфетку.

Джози вынула список и притворилась, что считает, в то время как на самом деле пыталась забыть удивительное ощущение от прикосновения его теплых, настойчивых губ. Она не помнит, когда ее так целовали. Должно быть, миллионы лет назад.

— Неужели так много? — испугался Брет.

— О чем ты? — Джози подняла глаза. Он читает ее мысли?

— Об уроках, которые я провалил.

— Нет, не очень. — Она вновь обратилась к списку. — Сегодня ты был щедр, устроил пикник, все упаковал…

— Нет, это не то. — Брет сокрушенно покачал головой, посасывая приправу через трубочку.

— Симон понравилось бы. Ты же не собирался доставить удовольствие мне.

Именно это мучило ее. Единственный раз в жизни у Джози возникло желание быть в центре внимания мужчины. Ей хотелось заставить Брета думать о ней и доставлять ей удовольствие.

Вспоминая прошлое, она понимала, что любовь к Дэнни, граничившая с поклонением, принуждала ее всячески угождать ему. Ее добровольная работа в центре для людей с умственными недостатками не интересовала его. Ему было безразлично, сколько времени требует организация аукциона по продаже вещей какой-нибудь знаменитости. Дэнни никогда не спрашивал, что она пишет по ночам в своем блокноте, поддразнивая ее тем, что у нее якобы есть дружок. Он просто не принимал ее всерьез.

— На чем мы остановились? — Голос Брета вернул ее к действительности.

— На перечне уроков. С щедростью у тебя все в порядке, чего нельзя сказать о находчивости.

— Я уже на полпути к получению степени холостяка. Но у меня просто не хватает времени из-за организации моего бизнеса и всех связанных с этим дел.

— Не беспокойся. Ты замечательный. — И это была правда. Он находчивый, щедрый, заботливый… настоящее сокровище.

Джози даже могла бы влюбиться в такого мужчину, как Брет! От этой мысли ее бросило в дрожь.

— Ты сидишь на сквозняке? — обеспокоенно спросил Брет. — Ты вся дрожишь.

— Напиток слишком холодный, — солгала она. — Посмотрим, что здесь у нас. Юмор и мачо, внимательность, цветы… Ага, вот на это потребуется время — «Клади свои вещи на место».

— У меня нет времени, я очень занят.

— Все заняты, ты просто ленишься, — ехидно возразила Джози. — Посмотри на любую страницу в моей книге.

— Я бы с удовольствием, но ведь ты еще не закончила ее, — не остался в долгу Брет.

— Оставь меня в покое! — Джози скомкала салфетку и швырнула ее в Брета. — Слушай! Быть аккуратным и организованным совсем не трудно. Если берешь какую-нибудь вещь, клади ее на место. Делай это сразу, не жди, пока тебе придется наступать на рассыпанные в кухне хлопья. — Она заметила, что Брет смотрит мимо нее. — Брет! Ты меня не слушаешь!

— Нет, малыш, я тебя слушаю. — Он накрыл ее руку своей. — Продолжай!

Легко сказать! От его прикосновения ее бросило в жар. Она не может даже думать, не то что разговаривать. Джози подняла голову и увидела, что Брет пристально смотрит на что-то у нее за спиной. Этот псих даже не обращает на нее внимания!

— Что там такое? Симон, что ли, появилась? — Она хотела повернуться.

— Не оборачивайся! — приказал Брет. — Просто разговаривай.

— Что происходит?

— Пока ничего.

Джози точно молнией поразило — Брет переключился в режим полицейского. Он наблюдает за тем, что происходит у стойки, ожидая подходящего момента, чтобы вмешаться.

Она высвободила руку и прижала ее к груди. Невозможно упрекать Брета за то, что он выполняет свою работу. Остается только винить себя: она позволила себе переступить черту и воспылать к нему чувствами, которые явно сильнее дружеских. А это слишком опасно.

— Все в порядке? — спросила Джози.

— Хочу надеяться. Продолжай говорить, не молчи!

Так как у нее пропал аппетит, она принялась рассматривать его лицо. Сейчас ничто не могло отвлечь его внимания. Даже Симон.

— Не строй планы, которые не сможешь осуществить. Имей определенное место для каждой вещи, и не будешь ничего терять.

Как она потеряла свое сердце, вернее — здравый смысл. Ведь этот мужчина упивается опасностью, он живет ради нее. Джози дала себе обещание никогда больше не влюбляться, чтобы не испытывать боли. Она не допустит, чтобы дружба с Бретом переросла в нечто большее.

— Ну-ка убирайся отсюда! — послышался мужской голос, по всей видимости управляющего.

Брет проследил за кем-то взглядом, перевел дыхание и протянул руку за сосиской.

— Ложная тревога, — объявил он.

Откусив кусок, он стал жевать с беззаботным видом. Джози почувствовала спазм в желудке.

— Почему ты не ешь? Слишком много приправы? — спросил Брет.

— Нет. Я уже сыта. Мы можем уйти, как только ты закончишь.

— Ну-у, — он был в нерешительности, — хорошо. А как же остальные уроки?

— Вот. — Джози пододвинула к нему листок бумаги. — Изучай, запоминай. Потом мы повторим все это.

— Когда «потом»? Давай завтра после работы. Как насчет того, чтобы вместе пообедать?

— Завтра я не смогу. — Джози нужна ночь, чтобы отдохнуть, и двадцать четыре часа, чтобы привести в порядок мысли и восстановить душевное равновесие.

— Почему? У тебя что, свидание со страстным поклонником? — развеселился Брет.

Джози не оценила шутку. Ей было совсем не смешно. Его забавляет мысль, что она может привлечь мужчину. Нет ничего веселого в том, что она уже слишком долго одна и что в глубине души ей хочется, чтобы ее мужчиной был Брет. Последнее особенно грустно.

— Опять я что-то ляпнул? Я обидел тебя? — виновато спросил он.

— Один из основных уроков, который должен усвоить мужчина, — это то, что он не пуп земли. Я знаю, это шокирует, но дело в том, что твои ехидные замечания и шуточки совершенно не действуют на меня.

— Понятно, — кивнул Брет и показал на корзиночку: — Ты будешь?

— Угощайся. — Она пододвинула к нему недоеденную сосиску.

М-да, непробиваемый — вот он какой!

Брет засовывал в рюкзак вещи, готовясь ехать вместе с Джози за город. Он чувствовал, что обидел ее, хотя она не признается в этом. Дело в том, что они не разговаривают уже почти сорок восемь часов — рекордный для них срок.