Соблазнительница - Элана Хорн

— Подожди минуту! Прости меня, я виноват, детка! У меня сейчас чертовски паршивое настроение. Не думай, что это связано с тобой. Здесь совсем другое. Забудь, пожалуйста, я гнусно себя вел и очень сожалею об этом.

— Вот так-то уже лучше. А то я уже подумала, что тебе неприятно меня видеть.

Джин последовала за Ларри в каюту.

— Мне нужно выпить чего-нибудь, — сказал он. — А ты будешь?

— Разве что чуть-чуть. Нельзя допустить, чтобы ты спивался в одиночестве.

Ларри засмеялся. Взбалтывая в стаканах джин со льдом, он с грустью подумал, что, похоже, потерял эту девушку. Из его жизни навсегда уйдут ее веселая болтовня, шутки и смех. Ее потрясающе стройные ножки, ее копна пламенеющих волос и милая россыпь веснушек на носу.

Он протянул ей стакан.

— Ну, как поживаешь?

— Отвратительно. Ты это хотел услышать? Просто ужасно, а как еще может быть, если любимый мужчина предпочел пышнотелую блондинку? Я вообще ненавижу блондинок, из-за них все мужчины теряют рассудок. И почему я тоже не родилась блондинкой, могла бы померяться силами со Сью Де Берри. Ей не удалось бы снова тебя сцапать! Я была бы самой зажигательной блондинкой из всех, которые тебе попадались!

Ларри не мог удержаться от смеха.

— Ты нравишься мне такой, какая ты есть, — сказал он. — И вообще я предпочитаю рыжиков, а вовсе не блондинок.

Джин сморщила нос и улыбнулась.

— Может быть, хватит меня дурачить? Ты все время обращаешься со мной как с ребенком, а я уже давно взрослая.

— И не думаю тебя обманывать.

— Прекрасно понимаю, что потерпела поражение. Сью достался главный приз. Вы полюбили друг друга, и в этом все дело!

— Ты говоришь ерунду!

— Не скажу, что я тебя за это осуждаю. Она действительно потрясающе красива. Не станешь же ты это отрицать? В общем, Ларри, я тебя понимаю.

— Ты ровным счетом ничего не понимаешь.

— В таких ситуациях девушки стараются избегать мужчин, в которых были отчаянно влюблены, как я в тебя. Я это знаю, но ничего с собой поделать не могу.

— Перестань, давай сменим тему.

— А знаешь, я бы хотела, чтобы она не была связана этим своим браком, тогда ты смог бы жениться на ней и вы стали бы счастливой парой. — Ларри испустил тяжелый вздох. — У тебя что, нет желания сделать ее своей женой? — продолжала гнуть свое Джин.

— Нет, будь я проклят, ни за что на свете!

Господи, неужели ей больше не о чем говорить! Любое упоминание о Сью наводило на него жуткую тоску.

— Хочешь сказать, что это просто одно из твоих обычных любовных приключений? Боже мой, мне стыдно за тебя, Ларри!

— Ты строга, но справедлива, — заметил Ларри; — Но все это уже в прошлом. — Хотя, вероятно, настоящие неприятности только начинаются, подумал он.

— В прошлом? Но почему? Что случилось? Неужели полковник Де Берри вас выследил? Кто же ему наябедничал?

— Никто ему ничего не говорил! Мы расстались, и все!

— Да, невозможно скрывать роман века до бесконечности, — сказала она. — Я, естественно, рада, что у вас все кончилось, но не уверена, что это правда. Красотке ничего не стоит снова приручить мужчину, если он ей вдруг понадобится.

Ларри усмехнулся и заметил с иронией:

— Со мной это не пройдет. Здесь ее постигнет неудача.

— Да быть того не может! Стоит блондинке пальчиком тебя поманить, ты со всех ног кинешься к ней.

— Ты ошибаешься, детка. Поверь мне, дело обстоит совсем не так.

Джин смотрела ему прямо в глаза. Он понимал, как ей трудно поверить ему. Но постепенно тревога и напряженность во взгляде ореховых глаз исчезла, в них засияли нежность и любовь.

— Так хочется надеяться, что ты говоришь правду, — сказала она. — Похоже, я упускаю удобный момент к тебе поприставать.

— Я тоже, — отозвался Ларри.

Она отставила стакан и положила руки ему на плечи.

— Я почти забыла, что, если как следует на тебя надавить, у нас может получиться настоящее любовное свидание. Удастся ли мне когда-нибудь заставить тебя потерять голову? Меня устроит даже маленький роман. Я хочу быть твоей, Ларри. Хочу, чтобы каждая клеточка моего тела принадлежала тебе. В какой-то день это все равно произойдет, и ты будешь моим первым мужчиной.

Ларри был в замешательстве. Ему и раньше приходило в голову, что Джин, признаваясь ему в любви, говорит с ним искренне, что это вовсе не шутка. Поначалу он считал ее разговоры о любви всего лишь глупой детской болтовней. Но сейчас он увидел ее другими глазами. Она тянулась к нему, предлагала ему свою любовь, и ее чувства были чувствами взрослой женщины. Он колебался. Почему-то он не мог решиться на то, чего она ждет от него. Что это со мной? — удивлялся он. Она молода, очень привлекательна, его влечет к ней. Так почему он боится заняться с ней любовью? Только кретин способен отказаться от подобной девушки.

Было чудесно ощущать нежность ее рук, обвившихся вокруг его шеи. Она прижалась к нему всем телом. Внезапно у него закружилась голова от прилива острого желания. Ему хотелось сжать ее в объятиях и любить, любить со всей страстью, на какую только способен. Его измучили мысли об опасности, он нуждался в любви.

— Ну идем же, — прошептала Джин.

Она взяла его за руку и повела, а он как-то по-новому ощутил необыкновенную привлекательность этой девушки, ее стройного загорелого тела, ее пышных волос. Как она хороша! Сердце забилось как сумасшедшее, оно готово было выскочить из груди.

Джин увлекла Ларри к дивану и, растянувшись с кошачьей грацией, протянула к нему руки. На ее губах играла нежная улыбка.

— Теперь ты уже не сможешь оставить меня, — прошептала она, — я прочла это в твоих глазах. Ты любишь меня, Ларри? Но ты вовсе не обязан отвечать на этот вопрос. Мужчине, наверное, трудно выговорить слова «я тебя люблю», но мое сердце их угадывает.

Ларри вгляделся в глубину ореховых глаз. Он поверил, что Джин любит его. Он тоже чувствовал это сердцем. Она смотрела ему в лицо открытым и чистым взглядом. Ларри колебался. Что мешает ему признаться ей в любви? Почему он не может решиться сказать: «Да, я люблю тебя, Джин, милая, я так люблю тебя!» Неужели эти слова трудно произнести?

Он сел с ней рядом и поцеловал нежные ладони. Больше всего на свете он сейчас хотел сорвать алый купальник с ее потрясающе гибкого, стройного тела и доказать ей свою любовь. Но Ларри понимал, что как раз этого ему делать не следует. Он не вправе впутывать девушку в свою чертовски сложную жизнь. Да, черт возьми, он вполне может очутиться на скамье подсудимых, его обвинят в убийстве полковника Де Берри! Было бы чудовищно позволить, чтобы Джин оказалась замешана в это паршивое дело. Только подлец способен втянуть невинную девушку в такую разборку. Похоже на то, что он требует чрезмерно высокую плату на свою любовь. Ты, мол, меня любишь, поэтому дели со мной все мои неприятности. Великолепная мысль, будь все неладно!