Падший ангел - Элизабет Чедвик

Шериф был так же удивлен быстротой процесса, как и Элиас:

— Когда вы хотите, чтобы я это сделал, судья?

— Прямо сейчас, — рявкнул тот.

— Может, подождем, пока присяжные посовещаются и вынесут решение?

— Они уже все решили.

— После смертного приговора мы всегда устраиваем вечеринки, — пробормотал шериф.

По толпе пронесся одобрительный гул. Особенно обрадовались молодые люди, которые были рады любой возможности повеселиться, даже во время приятного ожидания, виновен или нет обвиняемый.

— Надо принести сюда пару бутылочек, — предложил Макси, который тайком торговал спиртным.

— Веселье будет позже, парни, — настаивал судья. — Я не желаю ждать, пока сюда явится Джоб и прикончит несколько человек, выручая сына.

— Хочу получить право на последний танец, — уцепился за крошечный шанс Элиас.

В прошлом приговоренные к казни преступники пользовались исключительной привилегией — потанцевать с самой красивой девушкой города. Это вносило некоторое оживление в общественную жизнь местных красавиц. Девушки, с нетерпением ждущие вечеринки, нахмурились, услышав приговор судьи.

— Ты женатый человек, Элиас, — усмехнулся Голт. — Выведите его и повесьте, шериф. Прямо сейчас!

Приказ заставил аудиторию подняться со своих мест и поторопиться к выходу, чтобы успеть на казнь.

— К порядку! — призвал Голт. — Сядьте!

Сотни удивленных лиц повернулись к нему. Девушки надеялись, что строгий судья одумался и согласился на бал. Сюзанна содрогнулась, человеческая жестокость ужасала ее.

— Сначала выйдут шериф и его помощники, чтобы подготовить веревку и лошадь, — продолжал Голт. — Остальные выйдут через несколько минут. Нельзя пропускать такое зрелище — впервые в Амновилле казнят Пэккарда.

Ропот, раздавшийся было в толпе, мгновенно стих, как только в зале суда появились вооруженные люди. Арон Корт и судья, не ставя в известность шерифа, решили подстраховаться на тот случай, если члены банды Пэккардов надумают выручить родственника из беды.

Брыкающегося и орущего Элиаса со связанными руками усадили на лошадь. Поскольку шериф не ожидал, что казнь свершится так скоро, то веревку с собой не захватил, и ее пришлось одолжить у приезжего ковбоя. Когда все необходимые меры были предприняты, судья разрешил зрителям собраться у места казни. Среди них находился Эбнер Квинси, довольный решением суда, Клара Шмидт, переминающаяся с нога на ногу в предвкушении такого события, и ошеломленная Сюзанна, не способная поверить, что человека могут осудить и казнить с такой поспешностью. Ей очень хотелось вернуться в гостиницу. Ее сердце болезненно сжималось при мысли, что придется стать свидетелем казни, однако она боялась идти домой без Квинси. От присутствующих, как казалось несчастной девушке, исходила угроза.

— Неужели вы не дадите мне последнее слово? — горестно воскликнул Пэккард, побелев от страха. — Мне должны предоставить эту возможность, как и последний обед и последнюю сигарету. Кстати, я хочу курить!

— Тебе предоставляется возможность быть повешенным, — заявил Арон.

— Ты же не хочешь этого делать, Корт, — заявил Элиас. — Ты знаешь, что мой папаша отомстит тебе за мою смерть. Достанется всем, а тебе особенно. Неужели за то, что я хотел взорвать твой поганый сейф, ты меня повесишь? — голос Элиаса становился все визгливее и визгливее, он, наконец, понял, что никто не собирается прийти к нему на выручку.

— Сейчас умрешь ты, а не я, Элиас, — заявил адвокат. — Не беспокойся за меня. — Арон демонстративно повернулся к нему спиной и отошел от дерева, на толстом суку которого помощник шерифа крепил веревку.

Он намеревался наблюдать казнь вместе с помощниками шерифа, образовавшими оцепление, но, идя вдоль толпы, заметил знакомую голубую шляпку. Увидя испуганные глаза девушки, адвокат чертыхнулся и направился к ним. Толпа в предвкушении зрелища хлынула вперед, жадно пожирая глазами действия блюстителя порядка, и Сюзанна, увлекаемая силой людского потока, по инерции подалась вместе с ними, отстав от Эбнера и Клары. Она в ужасе смотрела на Элиаса Пэккарда и не заметила приближения адвоката.

— Что вы здесь делаете? — строго спросил он. — Молодой женщине не следует находиться одной в таких местах.

— Я пришла с мистером Квинси и миссис Шмидт, — Сюзанна с удовольствием отошла бы от Арона, если бы могла, но толпа напирала, не давая сделать шаг в сторону.

— И вы не хотите пропустить казнь, я правильно вас понял?

— Я пришла на суд потому, что мистер Квинси должен был выступать в качестве свидетеля, — защищаясь, пробормотала она, на мгновение посмотрев ему в лицо и тут же отводя глаза, чувствуя себя ужасно неловко под его враждебным взглядом. В это время шериф хлопнул по крупу лошади, на которой сидел Пэккард, вынуждая ее прыгнуть.

Девушка, видя это, побледнела и подняла ладонь ко рту. Арон глянул через плечо и понял, что испугало ее: тело Пэккарда, болтавшееся на веревке, начало судорожно извиваться. Мужчина, шагнув вперед, загородил Сюзанне сцену казни.

— Нет, — жалобно пробормотала она.

— Не смотри, — посоветовал он, притянув ее к себе, чтобы девушка не видела умирающего Элиаса. — У вас не хватит мужества лицезреть акт справедливости, поэтому не следовало вообще приходить сюда.

— Справедливости? — Девушка попыталась отстраниться. — Это не справедливость и не правосудие. Присяжные, судья, все люди решили, что он виновен, до того как услышали показания свидетелей, а у подсудимого не имелось возможности защитить себя.

Корт, взяв ее под руку, начал пробираться сквозь толпу.

— Куда вы ведете меня? — бормотала мисс Моран.

— Обратно в гостиницу. Говорите, у Пэккарда не было возможности защищаться? Ну, Сюзанна, он просто не мог это сделать, ибо был виновен во всех преступлениях, в которых его обвиняли, и его повесили за… за все это.

— Процесс представлял собой фарс, — настаивала она.

— Или вы не слышали того, о чем говорилось в зале суда, или ничего не поняли, Сюзанна. Это не законопослушное общество, хотя многие его представители желали бы этого, но сегодня мы сделали шаг вперед к мечте. Каждый человек принял участие в процессе, кто в качестве свидетеля, кто в качестве присяжного или судьи, прекрасно зная, что становится мишенью для Джоба Пэккарда, как я был мишенью для Бейтса. Между прочим, я принес бы людям больше пользы, если бы просто убил Элиаса, не доводя дело до суда.

— Я Должна считать это актом гуманности? — не удержалась от сарказма Сюзанна.

— Да мне плевать, что вы по этому поводу думаете, — рявкнул адвокат. — Очевидно, вы не понимаете, что поставлено на карту. Сегодня люди совершили мужественный поступок, решив встать на сторону закона, а не порядков, насаждаемых Пэккардами. Этот так называемый порядок они терпели два с лишним года. Вот отель. Идите в свою комнату и заприте дверь до прихода мистера Квинси.