Дорожное знакомство - Барбара Картленд

Айво попытался успокоить себя тем, что Кара, хотя она и коротко постриглась, а также переоделась в мужское платье, чтобы убежать от опекуна, забравшись в карету незнакомого мужчины, все равно была невинным младенцем по сравнению с принцессой Кэролайн.

Смешно было даже предположить, что он не сумеет заставить восемнадцатилетнюю девчонку вести себя пристойно и подчиняться ему.

«В конце концов, мне ведь доводилось командовать войсками, – напомнил себе маркиз, – и мне это вполне удавалось».

Но в нем зашевелилось вдруг неприятное подозрение, что женщина, сколько бы лет ей ни было, гораздо хуже целого батальона солдат, привыкших подчиняться приказам командира.

Он поговорил еще немного с мистером Бингэмом, затем тот удалился в отведенную ему спальню, сказав, что хочет выспаться перед тем, как на него свалится груз проблем, связанных с похоронами старого короля и коронацией нового.

Маркиз решил, что должен подняться к Каре и поставить ее в известность о неожиданном изменении своих планов.

Вряд ли девушка будет в состоянии отправиться завтра в Лондон вместе с ним, но Айво очень не хотелось оставлять ее надолго одну в Бруме.

Хотя появление Кары в Лондоне наверняка вызовет определенную неловкость, у маркиза было смутное ощущение, что лучше держать ее поблизости от себя, чтобы всегда быть в курсе того, что она замышляет.

«Она теперь моя жена, – сказал себе Айво. – И чем скорее я дам ей понять, что не потерплю никаких глупостей, тем будет лучше».

Пожелав спокойной ночи мистеру Бингэму, Айво направился к себе в спальню.

В холле он посмотрел на часы и, увидев, что нет десяти, решил, что, пожалуй, сейчас еще не слишком поздно нанести визит новобрачной.

Нет худа без добра. Если о восшествии короля на престол объявят не раньше понедельника, было бы ошибкой сообщать о своем браке раньше. Возможно, лучше отложить это на несколько дней.

«Не стоит принимать решение, пока я не окажусь в Лондоне и не увижу своими глазами, что там происходит», – справедливо рассудил маркиз.

Он подошел к двери апартаментов, которые теперь занимала Кара, и остановился в нерешительности.

Затем Айво решил, что будет гораздо естественнее зайти в спальню Кары через будуар, расположенный между их комнатами.

В будуаре проводила большую часть времени мать маркиза. Комната была обставлена умелой женской рукой, здесь было все, что ценила больше всего покойная маркиза, – портреты ее сына и дочерей в детском возрасте, огромный портрет мужа на стене и чудесные картины французских мастеров, которые свидетельствовали, по мнению маркиза, что у его матери был безукоризненный художественный вкус, унаследованный им.

Айво отдал лакею распоряжение собирать вещи и вошел в будуар. Ему показалась возмутительной мысль о том, что теперь этой комнатой будет пользоваться чужая женщина, тем более жена, которой ему пришлось обзавестись против воли.

Он сказал себе, что сейчас самое главное – установить с Карой такие отношения, чтобы она сразу поняла, кто глава семьи, и осознала, какого именно поведения ждут окружающие от его жены.

Как всегда, в соответствии с распоряжениями маркиза, все комнаты в Бруме поддерживались в безукоризненном порядке, и будуар, хотя им давно не пользовались, был полон цветов и зажженных свечей.

Так было всегда, когда маркиз ночевал в Бруме. Он знал, что, хотя давно не открывал дверь, разделявшую его спальню и будуар, все за этой дверью готово к тому, чтобы порадовать его глаз уютом.

Айво испытывал острую грусть, входя в эту комнату, где все напоминало о покойных родителях.

Он специально не стал поднимать глаза на висящий над камином портрет отца и на чудесное изображение матери кисти сэра Джошуа Рейнолдса.

Вместо этого он быстро прошел к двери, ведущей в соседнюю спальню.

Взявшись за ручку двери, маркиз вдруг испытал приступ отвращения к женщине, отнявшей у него драгоценную свободу.

Затем Айво сказал себе, что в этом нет ее вины и было бы крайне неспортивно и не по-мужски обвинять Кару во всем, что случилось.

Он повернул ручку и обнаружил, что дверь заперта изнутри. Айво даже подергал за ручку, чтобы убедиться, что не ошибся.

Маркиз не мог представить себе, что Кара намеренно заперла дверь на случай, если ему придет в голову зайти к ней, поэтому он решил, что из-за глупой ошибки какой-нибудь неопытной горничной дверь оставили запертой, несмотря на то, что в спальне расположилась Кара.

Маркиз подумал, что лучше будет выйти в коридор и войти в спальню Кары через другую дверь, но потом решил все же постучать, не желая быть замеченным кем-нибудь из слуг. Им и так хватало поводов для сплетен.

Он осторожно постучал по деревянной панели. Тихонько, так как не хотел, чтобы дежуривший в коридоре лакей понял, что происходит в спальне господ, но в то же время достаточно настойчиво, чтобы слышно было внутри.

На стук его никто не ответил.

– Кара! – позвал маркиз.

Он подумал сначала, что девушка не слышит его, но через несколько секунд за дверью раздался ее слабый голос.

– Что… такое?

– Я хочу поговорить с вами. Откройте дверь!

Последовала пауза. Затем девушка твердо произнесла:

– Нет!

– Это важно, нам необходимо поговорить, – настаивал маркиз.

Ответа не последовало, и Айво решил, что девушка, должно быть, выбирается из кровати, чтобы открыть дверь.

Когда она заговорила снова, голос звучал гораздо отчетливее, видимо, она подошла к двери с той стороны.

– Зачем вам понадобилось видеть меня?

– Мои планы изменились, и я хочу рассказать вам о них.

– Вы можете сделать это и через дверь.

Маркиз почувствовал, что начинает злиться.

– Это просто смешно! – резко заявил он. – Я не собираюсь говорить с вами через запертую дверь.

– Почему?

– Потому что это глупо и нелепо. – Лучшего объяснения маркиз придумать не смог.

– Я уже легла… и хочу спать.

– Понимаю, что вы устали и нуждаетесь в отдыхе. – Маркиз решил, что надо набраться терпения. – Но все же я хочу поговорить с вами. В конце концов, я – ваш муж.

– Я это знаю, но у меня нет желания беседовать с вами в столь поздний час, – донеслось из-за двери.

– Может быть, сейчас и поздно, – согласился маркиз, – но когда я справился у миссис Пил, она сказала, что вы уже легли, а завтра рано утром я уезжаю в Лондон.

Кара, видимо, обдумывала слова маркиза.

– Откройте дверь, Кара, – приказал Айво, теряя терпение. – Я расскажу вам, что произошло.

– Нет! – голос Кары звучал твердо.