Ее тайная связь - Барбара Доусон Смит

Девушка взяла себя в руки и с железной решимостью повернулась к графу.

– Как себя чувствует его светлость герцог Линвуд?

Лицо Керна моментально стало высокомерным.

– Довольно сносно. Надеюсь, вы хорошо провели время, развлекая своих обожателей? – холодно спросил он.

– У кузины больше поклонников, чем у дочери герцогини, – с гордостью объявила Хелен. – Правда, замечательно, Джастин? Потрясающий успех. Мы получили горы приглашений на балы, вечеринки и обеды.

– Действительно потрясающий.

– Могу я спросить, – не отступала Изабелла, – почему нас не приглашают на обед к вам, милорд? Если герцог поправился, нам просто неприлично игнорировать ваш дом. К тому же моя мать, кажется, была с ним знакома, и я бы хотела восстановить наши семейные отношения.

– Ты никогда об этом не упоминала, – восторженно подхватила Хелен. – Мир тесен…

– Дорогая, мы отвлекаем вас от обязанностей хозяйки, – вежливо, но твердо произнес Керн. – Вы не должны заниматься только нами. Вашу кузину буду развлекать я.

– Как вам угодно, милорд. – Хелен стиснула руку Изабеллы. – Мне так хочется, чтобы вы стали друзьями! – Она улыбнулась и поспешила к гостям.

Не обращая внимания на любопытные взгляды, граф взял Изабеллу-под руку и увлек в нишу у фортепьяно. Он ненавидел себя за то, что не сумел не отметить, какая у нее нежная кожа. Гнев кипел внутри, но лицо оставалось равнодушным. Он выпустил ее руку и прошептал:

– Я понял вашу игру, мисс Дарлйнг.

– Я не играю в игры, милорд. – Изабелла потерла руку. – Игры – для праздных людей, склонных к глупым развлечениям.

– Вы собираетесь запугать отца с помощью дневника, надеетесь его шантажировать. Но я вам не позволю!

– Я хотела бы поговорить с врачом Линвуда. Вы посылали его к тете Перси?

– Да.

– И что? – В ее голосе слышалось нетерпение. – Что показал осмотр? Как себя чувствует тетя?

– Как и следовало ожидать в подобных обстоятельствах. Доктор Сэдлер озадачен неожиданной тяжестью симптомов и может лишь констатировать, что она очень слаба.

– Когда-то она была здоровой, – с горечью заметила девушка. – Он прописал лекарство или какое-нибудь укрепляющее средство?

– Он дал ей дозу морфия, чтобы облегчить боль. И навестит утром. Боюсь, ничего больше сделать невозможно. Остается только ждать улучшений.

Как бы он ни относился к Изабелле Дарлйнг, ему нелегко было сообщать ей дурные вести. Девушка оперлась о фортепьяно красного дерева, словно была не в состоянии держаться на ногах. Лоб прорезала тревожная морщинка, под верхней губой заблестели белые зубы. Граф почувствовал, как опасно потеплело у него на душе: ему захотелось прижать ее к груди и утешить. Его расстроило, что Изабелла может беспокоиться о других: проще было считать ее расчетливой женщиной, которая шантажирует людей намного достойнее себя.

– Улыбайтесь, мисс Дарлйнг, иначе все решат, что мы ссоримся.

Уловка сработала: Изабелла выпрямилась, расправила плечи, на губах появилась улыбка.

– Извините, что поставила вас в неловкое положение, беспокоясь о тете Перси. Дайте мне адрес доктора Сэдлера, я пошлю ему гонорар.

Краткий миг нежности канул без следа.

– Все улажено, – ответил Керн.

– Мне не нужна ваша благотворительность.

– Тогда считайте это моим даром своей будущей кузине. От ее пронзительного взгляда у графа побежали по спине мурашки.

– Вы не хотите, чтобы я встречалась с доктором Сэдлером? Боитесь, я начну задавать ему вопросы о Линвуде?

– Оставим моего отца в покое.

– Тогда скажите, чем он страдает? Тем же, что и тетя Перси? Именно поэтому вы предложили своего доктора?

– Нет. – Сделав несколько глубоких вдохов, Керн прогнал стеснение в груди. Только он да самые доверенные слуги знали, что у герцога бывали приступы слабоумия. Он наклонился вперед, чтобы его слова предназначались лишь ей. – Зарубите себе на носу, мисс Дарлинг…

Но докончить не успел, прерванный чьим-то визгливым голосом. Кричала дородная женщина, утопавшая в золоченом кресле чуть ли не в противоположном конце гостиной.

– О чем вы там шепчетесь? Клянусь Богом, милорд, вы с мисс Дарси ведете себя как заговорщики.

Ну конечно, леди Вудбейн, будь она неладна. А за ней маячил сын и влюбленными глазами смотрел на Изабеллу.

– Ах, вы испортили сюрприз! – непринужденно ответил граф. – Мисс Дарси советовала мне, что подарить на свадьбу леди Хелен.

Даже на большом расстоянии он заметил, как вспыхнула от удовольствия его невеста, прижала ладошки к груди. Обрадовалась, словно ребенок. Керн выругал себя за обман, но тут же дал клятву найти лучший свадебный подарок.

– О, я просто хотела спросить, не сыграет ли нам мисс Дарси на фортепьяно.

Керн сделал шаг назад, освобождая Изабелле дорогу к инструменту. Та побледнела и не двинулась с места.

– Сожалею, но я не играю.

– Не играете? – Баронесса удивленно подняла брови. – Милочка, вы чересчур скромны. Каждая леди умеет играть и петь.

– Нет, мэм, я не училась музыке. Мои родители не считали это важным.

– Ну и ну! Странное воспитание. – Дама послала сыну взгляд, который ясно говорил: «Видишь, я была права!» – Очень странное!

– Не такое уж и странное, в отличие от тех, кто не научился хорошим манерам, – перебил ее граф. – Хелен, вы нам не сыграете?

Леди Вудбейн захлопала глазами, лорнет заплясал у нее в руке, будто она не могла решить, оскорбили ее или нет. А Изабелла Дарлинг стояла с поднятой головой, и в ее красивых темных глазах мерцали непокорные искорки.

Керн и сам не понимал, что заставило его спасать Изабеллу, только почувствовал, как его снова дьявольски потянуло к ней – к этой выскочке, которая поставила его в недостойное положение, заставив себя, защищать, которой плевать на его честь, которая не подумает его благодарить.

Когда звуки фортепьяно наполнили гостиную, он склонился над Изабеллой.

– Я уже говорил, что запрещаю вам общаться с Линвудом.

– Запрещаете? – Она подняла на него кокетливый взгляд. – Фи, сэр, вы говорите слишком решительно для человека, не имеющего на меня никаких прав.

– Тем не менее, вы будете меня слушаться. Попробуйте только приблизиться к Линвуду, и вам придется за это дорого заплатить.

Самым, страстным из моих любовников был Зевс.

В отличие от большинства осмотрительных джентльменов, которые, удовлетворив желание, покидали мою спальню под покровом темноты, герцогу Л. нравилось рисковать, появляясь со мной в изысканном обществе, а мне доставляло удовольствие глядеть на тех, кто шарахался от женщины моей профессии.