Обреченный трон - Каролайн Пекхам

— Тени не одолеть, — взволнованно прошептала она. — Я могу заставить его вырезать твое сердце и положить его на мою ладонь, если захочу. И, возможно, я хочу…

Я вздрогнула, когда Орион надавил и кончик пронзил мою кожу.

— Вся эта красивая кровь, — промурлыкала Клара, облизывая губы. — Твое сердце будет слаще, чем все остальные, которые наполняли мой живот. И я должна отомстить Вега, так что, возможно, это будет уместно.

Съесть мое гребаное сердце?

Стелла схватила меня за подбородок и повернула мою голову к себе лицом, когда во мне вспыхнула паника.

— Ты скажешь мне, зачем пришла сюда, или я позволю своей дочери сделать с тобой все, что она захочет. Будь честной, и я буду милосердна.

— Милосердие, — насмехалась Друзилла. — Она — Вега. Позволь мне истощить ее силу, как мой брат Алехандро истощил силу ее отца. Я хочу, чтобы в моих жилах текла сила королей.

— Тихо, — прошипела Стелла, впиваясь ногтями в мой подбородок. — Скажи мне правду. — В ее голосе звучали нотки Темного принуждения, но огонь Феникса в моих жилах вспыхнул в моем сознании и быстро сжег его.

— Хорошо, — выдохнула я, притворяясь, что ее сила подействовала на меня, и готовясь действовать во имя наших жизней. — Это… Имперская Звезда. Орион и я полагаем, что она хранится среди вещей его отца. Мы подумали, что она может быть здесь, в подвале…

Глаза Стеллы расширились от ликования.

— Где? — потребовала она, приблизившись к моему лицу, когда безудержный голод заполнил ее выражение.

— Она замаскирована под скипетр, — соврала я, придерживаясь бредовой истории, которой Орион кормил Лайонела. — Больше я ничего не знаю.

Стелла ухмыльнулась, как ребенок на Рождество, повернулась и выбежала из комнаты. Я рассчитывала, что Клара соблазнится и уйдет с ней, но она осталась на месте, накручивая на палец прядь теневых волос.

— Это глупо, перед нами стоит плутовка Вега. Позвольте мне завладеть ею, принцесса. Пожалуйста, — попросила Друзилла, с надеждой шагнув ко мне.

— Ты могла бы получить немного, но я не думаю, что у нее осталось хоть немного магии, — размышляла Клара, и я вздрогнула, когда правая рука Друзиллы превратилась в длинные щупы Нимфы, когда она приблизилась ко мне, и раздался скрежет, от которого у меня застыла кровь.

— Отойди от меня, — прорычала я, когда Орион поднес лезвие к моему горлу. Глубокий хрип в теле Друзиллы пронесся надо мной, и моя магия начала гаснуть по мере ее приближения.

Клара начала петь, сидя на кухонном столе, ее песня была беззвучной и искаженной. Мышцы Ориона напряглись, и я почувствовала, как дрожит его рука, борясь с силой, удерживающей его на месте. Но я сама раньше находилась под ее влиянием и знала, что Клара может полностью контролировать твое тело. Как только она овладевает тобой, выхода уже нет.

Только для меня был. Мой Феникс вытеснил тени из моего тела. Я нашла способ спастись, и, возможно, я сумею помочь ему в этом. С Дариусом я терпела неудачу бесчисленное количество раз, но я должна попробовать.

Я потянулась вверх, сжимая руку Ориона и желая, чтобы мой Феникс дошел до краев моей кожи, пытаясь скрыть то, что я делаю, пока я проталкиваю огонь в его тело. Друзилла прижала свои острые щупы к моей груди, и они вонзились в меня, заставив меня закричать в ослепительной агонии. Я влила свой огонь глубже в вены Ориона, пытаясь распространить его повсюду и прогнать тени. Но, как и в случае с Дариусом, они продолжали отступать.

— Подожди, — внезапно прорычала Клара, крутанулась на пятках и уставилась на меня.

Друзилла не остановилась, жадно облизывая губы, она вводила свои щупы все глубже, и ледяная боль пронзила мою грудь. Моя магия полностью уснула, ожидая, когда ее заберут. И я не могу позволить этому случиться. Этого не должно случиться. Невзирая на боль и страх, я не сдамся. Я отказываюсь от этой судьбы.

Я снова вступила в борьбу с тенями в Орионе, чувствуя, как они отступают, а лезвие внезапно отрывается от моего горла. Его рука резко опустилась, и я испуганно застыла, ожидая удара острия, но вместо этого нож полоснул по щупам Друзиллы, отрезав их чистым срезом.

Она взвыла от боли, попятилась назад, в ужасе прижимая к груди окровавленную руку. Чудовищные щупы все еще торчали из моей груди, боль от них была мучительной, но ее энергия иссякла. Я поспешно развернулась в объятиях Ориона, прижав руки к его груди и вливая свой огонь все глубже в его тело, заставляя тени отпрянуть от его сердца, понимая, что это единственный шанс, который у нас сейчас есть.

— Он умер! — крикнула Клара. — Мертв, мертв, мертв!

Орион все еще был в основном под ее контролем, и я чувствовала, как тени отбиваются от моего огня в порыве силы, пытаясь убить его. Но я не позволила им причинить ему вред. Я поместила свой огонь между ними и его сердцем, оберегая его от их прикосновений, пока она пыталась уничтожить его.

— Убей ее! — потребовала Клара. — Зарежь ее, разруби, разрежь и пролей ее кровь, младший братишка!

Его рука врезалась мне в бок, и прошло целых две секунды, прежде чем я почувствовал боль, шок от ледяного лезвия, глубоко вошедшего в мое тело. Я вцепилась в его рубашку, задыхаясь от боли, не желая отпускать, желая продолжать бороться с тенями в нем. Но мои колени подкосились, и вдруг Орион упал на меня сверху, вытащил нож и снова вонзил его в мой бок, издав придушенный звук страданий.

Я кричала так громко, что горло стало саднить, но я не отпустила его. Я держалась за него изо всех сил, не позволяя теням заползти в его грудь, когда они завладели его руками и направили