Романовы forever - Анна Михайловна Пейчева

Северной Кореи весь год страшно заняты всенародным празднованием дней рождения правящей семьи – флаг поднимается не только в честь Ким Ир Сена, но и в честь его отца Ким Чен Ира, и даже в честь бабушки Ким Чен Сук. На наших глазах в КНДР выстраивается новая мифологическая система, в которой бабуля Ким Чен Сук играет роль матери-прародительницы, эдакой коммунистической Геи; любвеобильный Ким Чен Ир вызывает ассоциации с могучим древним титаном Кроносом, а молодой Ким Ир Сен – это, разумеется, главный действующий бог вроде Зевса.

В соседней Южной Корее тем временем отмечаются классические религиозные праздники – День рождения Будды, Рождество Христово, – и даты, важные для любой цивилизованной страны – День Конституции, День провозглашения Декларации независимости.

Вообразите, что вы впервые в жизни слышите об этих странах и вам нужно за тридцать секунд выбрать, в какой именно Корее провести ближайшие десять лет. Можно ли принять решение только лишь на основании красных циферок в календаре? Конечно, да.

Вот почему знание основных праздников альтернативной России так важно для тех, кто хочет почувствовать себя в Уютной империи как дома… И для тех, кому интересно полистать записную книжку автора. Именно так выглядит «закулисье» писательской работы – тщательная подготовка и продумывание всех деталей вымышленного мира.

День науки

Отмечается: 8 февраля

Год введения: 1995

Не успел Николай III получить престол, как тут же учредил День науки. Ну а чего же еще ожидать от человека, посвятившего свою жизнь изобретениям и прогрессу? Праздник приурочен к дню основания Императорской Академии наук Петром I в 1724 году; однако при Николае Константиновиче эта дата получила общенациональное значение. В современной Российской империи наука – это модно, это стильно, это тренд многих десятилетий. Праздник широко отмечается по всей стране. Именно в этот день император торжественно вручает Орден Подвески (полное название – Прогрессивный Орден Пневматической Подвески) за особые достижения в науке и технике.

День Гнева

Отмечается: 29 февраля

Год введения: 1904

Один из самых значимых праздников Российской империи.

Традицию ввел Николай II – после страшной швейцарской революции 29 февраля 1904 года. Тогда закачались все европейские троны – от Адриатики до Ла‑Манша. Монархи десятка стран с ужасом следили за тяжелым рождением коммунистического государства. Вековые устои процветающей страны ломались как спички под давлением обезумевшей «власти рабочих и фермеров». Точнее, работниц и фермерш.

Идейный вдохновитель восстания, невзрачный с виду, но обладающий дьявольским умом уроженец российского города Симбирска сумел сыграть на самом сложном инструменте – женском характере. В любой точке земного шара обязательно найдутся вечно недовольные всем вокруг женщины. Наверное, даже в раю изредка попадаются особо придирчивые души, капризно поджимающие губки и цедящие что‑то вроде: «Ах, так это и есть ваш хваленые небеса? Вообще‑то я думала, что в приличных местах амброзию водой не разбавляют».

Обнаружились таковые брюзжащие гражданки и в благополучной Швейцарии. Вроде и законы были здесь вполне справедливыми, и парламент регулярно переизбирался, и разделение на самостоятельные кантоны всех устраивало. Но упертый симбирец таки уколол швейцарцев прямо в ахиллесову пяту.

Напирая на то, что его мать имеет европейские корни, а значит, и сам он вполне может быть родственником любого гражданина Швейцарии, так что искренне желает им самого лучшего, симбирец – не без помощи супруги – начал вести подрывную работу на воскресных рынках, где хозяйки закупали продукты, а также возле высших женских курсов, где девушки учились на воспитательниц и гувернанток. Симбирец задавал собеседницам простой вопрос: «Все ли вас устраивает в вашей жизни?» Ответом, разумеется, почти всегда было «нет»: и цены на молоко высоковаты, и хороший шелк винного цвета не найти, и портниха совсем обнаглела. Симбирец понятливо кивал и подсказывал: все проблемы – и плохая ткань, и обнаглевшее молоко – от неправильного руководства страной. Нужно всего лишь сменить государственный строй, чтобы они, женщины, могли сами выбирать своих руководителей и полноценно участвовать в жизни государства, и все сразу наладится.

Дальнейшее развитие событий в Швейцарии сильно напоминало классическую библейскую историю про дегустацию яблока. Некоторые современные Евы не растеряли умения убеждать своих мужей в том, что сумасшедшая идея только на первый взгляд кажется неудачной.

Одним словом, сначала сдались мужья, а потом действующее правительство Швейцарии. Коварный симбирец добился цели и возглавил процветающее государство. На этом райское житье‑бытье в государстве закончилось.

Немецкий, французский, итальянский языки, на которых свободно говорили граждане до революции, отменились официальным постановлением. Вместо них ввелся один упрощенный, так называемый «швейцарский язык» – на основе латинского. Женщинам действительно дали избирательное право – забрав при этом молоко: все коровы стали государственными. Вместо шелка винного цвета теперь предлагался исключительно грубый некрашеный хлопок, а портнихи и вовсе перестали шить, готовясь в депутаты. Да, женщины получили мужские права. Но и обязанностей по уходу за домом и детьми с них тоже никто не снял. Двойная нагрузка вместо облегчения! Евы опомнились, схватились за головы, но было уже поздно.

За головы хватались и соседи Швейцарии. Большинство стран в результате неожиданной революции потеряли свои золотовалютные запасы, хранившиеся в швейцарских банках. С европейских прилавков исчезли знаменитые швейцарские сыры, часы и карманные ножи. На веселой мозаичной карте Европы, в самом центре ее, образовалось черное пятно. Примыкающие к пятну страны – Германия, Италия, Франция, Австрия – срочно закрыли свои границы.

Император Всероссийский Николай Второй не спал две недели. Каждый час принимал все новые донесения о шокирующих событиях в Швейцарии. Просто невозможно было поверить, что весь этот хаос устроил его подданный, ссыльный симбирец, которого он по мягкости характера выпустил за границу. Тут уж не знаешь – то ли жалеть несчастную Швейцарию, то ли радоваться, что Россию миновала чаша сия.

«Хороший урок для всех нас», – промолвил в конце концов Николай Александрович и, может быть, прибавил еще «разрази меня гром», потому что он никогда не ругался матом. Сразу после этого государь подписал два высочайших указа: один о принятии Конституции, серьезно ограничивающей власть монарха в пользу Государственной Думы; второй – о назначении 29 февраля, даты швейцарской революции, днем безнаказанного (это подчеркивалось особо) выражения любых накипевших чувств по отношению к российской власти в целом и императорской семье в частности. Злоба приветствовалась, раздражение поощрялось, недовольство вознаграждалось. Никаких гонений, никаких преследований, никаких негативных последствий. Полная неприкосновенность. Но только один раз в четыре года. В остальные тысяча четыреста шестьдесят дней принималась традиционная, скучная, обоснованная критика в установленном законом порядке. Все эмоции – в День Гнева.

Невероятно смелое и прогрессивное решение