Сказка рядом - Рокова Яна

- Как хочешь, - пожалела я мальчишку, - давай пока просто листик приложим, чтобы кровь остановилась, а ты посидишь рядышком минут десять.

- Ой! У меня же там сгорит! - всполошилась девушка. - Аня, извините меня...

- Конечно, - улыбнулась я, - идите, не волнуйтесь.

Девушка шустро скрылась в доме.

Мальчишка честно просидел рядом минуты две, потом начал ерзать. Ему хотелось сбегать посмотреть, куда подевались сестренки-братишки. Как я его понимала. Сама такая же непоседа была, наверное.

- Давай, я тебе сказку расскажу, хочешь?

- Давай, - вздохнув, согласился он и приподнял листик на коленке, посмотреть, не зажило еще?

Я тоже заинтересовалась. Все эти рассказы про чудесную регенерацию оборотней меня так же занимали. Кровь остановилась, но обещанная сказка его слегка заинтриговала.

- Ну слушай: однажды в одной далекой-далекой стране, в джунглях - это такой лес, совсем не похожий на ваш - потерялся двухлетний мальчик, сын дровосека. Нашли этого мальчика и взяли к себе жить волки.

- Даа? - Тимкины глазенки загорелись любопытством.

- Да. Только не волки-оборотни, а самые настоящие волки, звери. Они взяли себе человеческого детеныша и назвали его Маугли, что на местном языке означало «лягушонок». Как думаешь, почему его так назвали?

- Не знаю... он зелененький был?

- Нет, - улыбнулась я, - он был такой же как ты сейчас, только без одежды. А когда ты перекидываешься, не мерзнешь?

- Не, у меня же шерстка! - просветил меня Тим.

- Ну вот, и у обычных волков - шерстка, а у него - гладкая кожа.

- Лягушонок! - рассмеялся Тим, догадавшись. - Давай дальше!

- Тииим, - из-за угла дома высунулась настороженная мордашка Ланиса, - мама ушла?

- Да, иди сюда, Лани, Аня сказку рассказывает, - махнул рукой младшенький.

Ланис приосанился и вразвалочку вышел к нам.

Я поманила его пальцем:

- Ланис, я тебя не буду ругать за то, что ты толкался с братом, не подумав, что ваши шалости могут кому-то из вас навредить. Просто хочу отметить, что я твоего брата зауважала. Он тебя маме не выдал и очень мужественно перенес лечение ран, совсем как взрослый себя повел. Я даже завидую, что у тебя такой братишка, - слегка польстила я самолюбию младшего и заставила покраснеть старшего, сбежавшего от справедливого возмездия.

- Тим... ты это, извини, - выдавил Ланис. - Хочешь, я тебе свою рогатку отдам?

- Лаании, - задохнулся от восторга младшенький, не услышав тихое: «я себе еще лучше сделаю...»

Упс! Ну ладно, зато мальчики друг друга оценили.

- Аня, давай дальше!

- ...Маугли научился понимать язык зверей, бегать на четвереньках...

Они постоянно перебивали меня, уточняя непонятные моменты и пытаясь представить, как это человек бегает на ногах и руках - это же неудобно.

И в самом деле, я как-то раньше не очень придиралась к таким мелочам. Сначала я проглатывала сказки и истории на одном дыхании, а затем уже пытливо перечитывала и переспрашивала, а то и допридумывала то, о чем почему-то не упомянул автор или рассказчик...

Незаметно вокруг нас собралась довольно большая компания малышни. Дети прибежали звать внуков «главной Волчицы» гулять, но остались послушать мою сказку. (Не мою собственную, конечно, а ту, которую я вспомнила - не иначе навеяло имя Шеридана, виновника ссоры Ники и моего Волчика).

Ох, как волчата галдели, обсуждая, какой гад этот тигр Шер-Хан и его подлый подлиза-шакал, тоже гад. И как жалели вожака стаи, который промахнулся на охоте... А уж от того, как выглядели бандерлоги... (я сдуру «изобразила» почесывающуюся подмышками обезьянку с идиотским звуковым сопровождением - дети чуть со ступенек не попадали от смеха. Стали сами изображать, у кого лучше выйдет, еле успокоились. Победил, кстати, Тимка.) Думаю, взрослые мне теперь «спасибо» не скажут, за то, что таким глупостям научила.

Я и не заметила, как вернулась мать Роволкона и теперь, вместе с его младшим братом (тем, который «меня раскусил» на празднике Посвящения, что я не девушка Волчика), остановилась в сторонке, внимательно слушая мою историю. Но я не видела, как она выходила. Наверное, был еще выход с другой стороны дома (или лазейка какая).

А уже к концу истории откуда-то пришли мужчины. Двоих я узнала - они приезжали к Волку. Еще один, чуть постарше, удивленно окинул взглядом такое столпотворение, что творилось на ступеньках и перилах крылечка, и подхватил на руки кинувшегося к нему на шею с криком: «папа!» Тимку. Эти двое, Тим и Ланис, теперь жутко гордились тем, что к ним в гости пришла человечка, их самих-то пока из поселка не выпускали, и настоящих людей малышня еще не видела.

Я поздоровалась с подошедшими и попросила детишек освободить проход к дверям дома, чтобы взрослые могли войти. Наверное, они вернулись на обед, который готовила мама Тима и Ланиса.

- Скоро твоя сказка закончится? - спросила серьезная «Волчица».

- Да. Вы не нашли? - поняла я, снова начиная беспокоиться.

Она покачала головой.

- Заканчивай поскорее, пойдем обедать. Потом поговорим.

Честно говоря, есть-то уже хотелось, но вот, вспомнив о том, как рычал Волчик, унюхав баранью ногу, я слегка засомневалась. Они будут как кушать? Как люди или у них в меню сегодня сыроедение? И вообще - за столом будет вся большая дружная семейка, а я? Даже не родственница. И Волка нет. И Лама! Этот-то засранец куда запропастился, так надолго бросив меня одну? Хоть бы пришел, посмотрел, а вдруг от меня уже «рожки да ножки»? Друг, называется...

Дети затормошили меня, требуя окончания истории. Я быстренько закруглилась, благо первоисточника почему-то ни один из них не слышал и волчата помчались играть «в маугли». Ланис тоже было рванул за ними, но я остановила его, напомнив, что нас ждут обедать. Как раз мама Тима и Ланиса вышла позвать нас. И Лам пришел наконец-то. Чем ближе подходил он к дому, тем мрачнее становилась его цветущая физиономия. В лохматой шевелюре застряли хвоинки. До меня только что дошло, почему он здесь ошивается, постоянно напрашиваясь в гости к Роволкону. Не иначе, какая-то пассия Лама здесь обитает. И чувство, видимо, взаимное.

- Ма, ну еще... - заныл было Ланис, пытаясь пятиться, чтобы оказаться подальше - вроде не услышал, что мама сказала «нет».

- Лани!

Пацан отступил еще дальше, справедливо полагая, что мама не побежит за ним. Но подошедший