Тайная песня - Кэтрин Коултер

Девушка вернулась к изголовью Роланда. Теперь она знала, что их связывали какие-то таинственные узы. Дария снова вспомнила о чужестранцах в белых одеждах, которых видела во сне. Она даже понимала их странный язык. Смуглолицый мужчина отвел Роланда в сторону и тихо сказал ему: “Я уничтожу тебя, неверный пес!"

И в этом ее сне Роланд думал: “Проклятие, мне придется перерезать ему горло”. Дария не знала, сделал ли он это, но потом перестала сомневаться. Да, Роланд убил чужеземца.

Девушка прижалась щекой к его груди и задремала. Он не шевельнулся до тех пор, пока она не разбудила его вечером, чтобы покормить бульоном, который принесла Ромила. Роланд отворачивался, но Дария была терпелива, и ему пришлось подчиниться. Затем удовлетворенная девушка обтерла его лицо и грудь влажной прохладной тряпицей.

Однако лихорадка не проходила, и ее страх усилился. Дария страстно молилась о его здоровье, предлагая в обмен свою жизнь, но понимала, что такая просьба не найдет отклика у Господа. Она была только женщина, как однажды сказал ей дядя Дэймон. Какое дело Господу до того, что хочет глупая женщина?

Дария намочила еще тряпок и обтирала Роланда снова и снова. От его тела исходил жар, и ее молитвы становились все чаще и исступленнее.

Ровно в полночь он открыл глаза и взглянул на нее.

– Роланд! Слава Богу, ты пришел в себя! Мужчина безмолвно смотрел на Дарию. Вдруг его лицо исказилось от гнева, и он заорал:

– Иоанна, проклятая сука! Убирайся с глаз долой, пока я не свернул тебе шею!

Роланд схватил ее за руку и стал выворачивать кисть, тяжело дыша и бормоча:

– Я отдал тебе свое сердце, предлагал все, что у меня было и будет. Но ты предала меня, а теперь вернулась, чтобы насладиться моими мучениями. Сука! Вероломная сука!

Он отпустил ее руку и ударил по лицу. Девушка отшатнулась и упала на пол.

– Роланд, – взмолилась она, становясь на колени, – не двигайся. Нет!

Но он откинул одеяла и вскочил на ноги, качаясь от слабости. Дария наблюдала за ним как завороженная. Затем так же внезапно приступ прошел, и Роланд без сил повалился на кровать. Ей удалось положить его на спину и укрыть одеялом.

Медленно ползли часы. Наконец он вздохнул, снова открыл глаза и неожиданно вцепился ей в волосы.

– Иоанна, это ты. Но ты больше не получишь мою душу!

Девушка склонилась над ним и сжала его плечи.

– Нет, Роланд, это я!

Он что– то забормотал на том странном, гортанном языке, на котором говорил во сне. Это был язык мусульман и арабов. Потом сказал ей тихим и ласковым голосом:

– Прости меня, Лайла. Как я мог перепутать тебя с Иоанной! Подойди ко мне. Я хочу держать твои груди в ладонях и наслаждаться прикосновениями твоих рук. Да, Лайла, дай мне твое нежное тело.

Дария едва дышала, ошеломленная и зачарованная его словами, но не шевелилась. Роланд стал гладить ее груди.

– Ты все еще одета. Неужели не хочешь меня? Почему ты не раздеваешься?

Она вглядывалась в его лицо, на котором было разлито безмятежное блаженство.

– Ну же, сними свой шелковый халат. Я хочу ощущать твое тело.

Роланд думал, что она – Лайла, женщина, которую он любил на святой земле. Но сейчас ей было все равно. Дария стала гладить его руки, как он гладил ее груди, и почувствовала, как из недр его тела поднимается желание.

Она знала, что для нее в жизни нет ничего важнее этого человека. Знала, что будет с ним до конца своих дней. “Или, – думала девушка с горечью, – просто хочу в это верить”. Однако она без колебаний распахнула мужской камзол, который был на ней, и сбросила его на пол. К счастью, в комнате было тепло от камина. Дария увидела, как он улыбнулся, глядя на ее груди, когда она улеглась рядом с ним.

– Подвинься ближе. Ах, этого я и хочу. У тебя такая нежная кожа… Что такое? Ты хочешь меня, Лайла? Так быстро? Твои соски напряглись для меня?

Девушка склонилась над ним, опустив груди в его ладони, и прошептала:

– Роланд, я сделаю все, что ты пожелаешь. Только скажи.

Его пальцы гладили ее, и она застонала, а потом вскрикнула от удивления. Еще ни один мужчина никогда не дотрагивался до нее так. Дария чувствовала, что стоит на пороге чего-то чудесного, что сделает ее счастливой. Она знала о том, что происходит между мужчиной и женщиной, поскольку прожила в доме дяди пять долгих лет. Дэймону Лемарку нравилось щеголять перед ней своими любовницами. Она видела его голым, с восставшей плотью, однако это вызывало у нее только отвращение. Но с Роландом…, с Роландом все было иначе.

– Лайла, я хочу пососать твою грудь. Девушка непонимающе уставилась на него. О таком она ничего не слышала. Дария не представляла себе взрослого мужчину, сосущего женскую грудь. Но ее не остановила эта странная просьба. Девушка отдалась нежной ласке его рук, а затем его рот припал к ее телу, и у нее захватило дух от не испытанных доселе волшебных ощущений. Она закрыла глаза, прислушиваясь к новому для себя ощущению, возникшему внизу живота.

– Роланд, – прошептала Дария, нащупывая под одеялом его грудь.

– Ты такая сладостная, – произнес он, обдавая ее горячим прерывистым дыханием. Его руки скользили у нее по спине, вверх и вниз, пальцы перебирали волосы, расплетая косу. – Лайла, ты еще одета, – удивленно и немного недовольно промолвил Роланд. – Разденься и ляг на меня.

– Я – не Лайла, – сказала она, стягивая мужские штаны и развязывая исподнее.

Раздевшись, Дария скользнула под одеяло. Она взглянула на его тело – упругое, мускулистое, заросшее черными волосами. Улыбнувшись, девушка накрыла его собой. И сразу же невидимые токи пробежали от него к ней. Они были такими сильными и требовательными, что на мгновение напугали ее. А потом Дария приняла его полностью. Он вздохнул под ее тяжестью и начал ласкать девушку, пока не сжал ее ягодицы.

Его дыхание стало тяжелым.

– Возьми меня, Лайла.

Приподнявшись, Дария посмотрела на его налитой желанием мужской жезл. Роланд громко стонал, и когда она слегка прикоснулась к его горячей плоти, его бедра вздрогнули.

Она сжала эту пульсирующую плоть и замерла, колеблясь.

– Быстрее, Лайла, быстрее. Ради Аллаха, не томи.

Дария склонилась и поцеловала его живот. Роланд хрипло застонал. Она поцеловала снова, на сей раз пониже. Когда ее губы коснулись вздыбленной плоти, его тело выгнулось в судороге сладострастия, и внезапно Дария увидела роскошную обнаженную женщину с черными, как ночь, волосами, вбирающую в себя его трепещущее естество.

Девушка вскрикнула от необычайной яркости этого видения. У нее кружилась голова от того необратимого шага, который она собиралась сделать. Она опустилась на четвереньки над ним, не спуская с него глаз, и почувствовала, что истекает влагой. Дария хотела взять его жезл в руки, но он опередил ее. Его пальцы блуждали по сокровенному холмику, затем опустились ниже, раздвигая створки ее раковины. Девушка задрожала и выпрямилась, когда он проник в святая святых ее тела.