Поцелуй меня завтра - Любовь Огненная

Пять лет назад

– Держи меня крепко. Я ничего не вижу! – возмущалась я, пытаясь отыскать свободной рукой стену, на которую могла бы опереться, но натолкнулась на Владимира.

Он держал меня за руки, помогая идти вперед. Был моим проводником на лестнице – шествие по пяти её ступеням показались огромным подвигом. Направлял меня, волнуясь, наверное, даже больше, чем я.

– Я тебя держу, не переживай, – звучал его голос совсем рядом.

– Может, лучше снять повязку? А-то мы так до старости идти будем. – Темнота дезориентировала. Полностью полагалась на Володю. Не представляла, если бы шла на каблуках. Скорее всего, встретилась бы носом с первой же ступенькой.

– Осталось совсем немного. Вот так…

– Мы в лифте? – спросила, услышав звук закрывающихся створок.

– Да, но не торопи события.

Прижималась к нему, а его ладони игриво забирались под футболку, соприкасаясь с кожей, вызывая колкие мурашки.

– Пристаете, Мистер? – повернувшись, хотела найти его губы, но получилось поцеловать только подбородок.

– Ты просто забыла, как я пристаю. – Его ладони опустились на мои ягодицы и сжали их прямо поверх джинсов. – Если и дальше продолжишь в том же духе, из лифта мы выберемся нескоро, – прошептал, целуя мою шею.

Из лифта мы все-таки вышли. Точнее, это Володя вышел, а я словно на привязи следовала за ним. Через несколько шагов пахнуло свежим вечерним воздухом, а ветер ударил в лицо.

– Я не поняла, мы снова на улице? Мы же вверх поднимались. Или не вверх? Ты меня специально путаешь? – ничего не понимала.

– Подожди несколько секунд, нетерпеливая моя, и скоро сама все узнаешь. – Остановившись, Владимир отпустил мою руку и исчез. – Вот теперь снимай повязку.

Стянув черную ткань, я замерла в неверии. Все мысли, какие-то глупости, догадки – все мигом улетучилось, оставив голову пустой, потому что мы стояли на крыше высотки. Невероятные виды вечернего города открывались отсюда многообразием ярких огоньков. На темнеющем небе появилась первая звезда, а прохладный ветер ласкал обнаженные руки.

– Женя. – Володя тяжело вздохнул, стоя на одном колене. Взяв меня за руку, он погладил ладонь и поцеловал кончики пальцев. – Ты – самое дорогое, что есть в моей жизни. – Он гипнотизировал меня черной бездной своих глаз, а я будто потеряла связь с реальностью. – Я люблю тебя очень давно. Понял это еще до того, как ты ответила мне взаимностью. Я сходил по тебе с ума, и сейчас не меньше, – мягко улыбнулся он.

По правую сторону от нас горели тысячи круглых свечей-таблеток. К железякам были привязаны гелиевые воздушные шары красных и розовых цветов. Под ногами разноцветным ковром рассыпались лепестки роз. Я была ошарашена и не могла сказать ни слова. Увидев, что он достал из кармана небольшую бархатную коробочку, попыталась спросить:

– Володя…

– Не перебивай, пожалуйста, ладно? На самом деле это очень тяжело – подобрать правильные слова. – Шумно втянув в себя воздух, мужчина продолжил: – Ты делаешь мою жизнь светлее, согреваешь своим теплом. Ты делаешь меня лучше. – Владимир прикоснулся губами к моей ладони и прижал ее к своей щеке. – Я хочу быть тебе опорой. Хочу оберегать тебя и всегда быть рядом. Я не хочу больше прятаться. Хочу вот так с тобой на виду у всего мира. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Ты выйдешь за меня?

Я плакала. Я не могла сдержать слез, которые щипали глаза и градом катились по щекам. Прикрывала рот ладонью, чтобы не слышал моих всхлипов. Смогла лишь неловко кивнуть в ответ. Красивое колечко с камушком заняло свое место на безымянном пальце, а я кинулась поднимать Володю, но мужчина встал сам, да еще и меня схватил на руки.

Кружил, словно сумасшедший, а я смеялась и зацеловывала его лицо. Даже совсем позабыла о том, что до смерти боюсь высоты – здесь и сейчас меня это просто не волновало. Ощущала себя самой счастливой на свете. Не представляла, что моя мечта осуществится так скоро и мы действительно будем вместе – навсегда, на всю жизнь.

– Люблю тебя, – шептал, отвечая на поцелуи.

– Я люблю тебя во сто крат сильнее.

Сердце билось часто-часто. Казалось, оно хотело выпрыгнуть навстречу своей половине. Чтобы близко-близко – ни миллиметра между телами. Чтобы никогда не прощаться. Чтобы шептал каждый вечер, обнимая в теплой постели: «Поцелуй меня завтра».

– Я счастлив, маленькая. – Вытирал мои щеки, на которых наверняка остались разводы от туши. – Ну, чего ты плачешь, глупенькая?

– Я просто боюсь поверить, – призналась честно, еле выговаривая слова.

– Верь мне. Всегда верь мне, ладно? А я буду верить в тебя.

Вел меня за руку. Следовала за ним, пока обходили серую будку выхода.

– Это кто? – спросила, увидев троих мужчин.

– Это мой сюрприз.

– Не понимаю, – призналась честно.

– Вниз мы с тобой спустимся совсем не на лифте…

Нам проводили инструктаж. Что-то говорили, и я слушала, но не слышала. До сих пор находилась в шоке. Даже когда трос цепляли к креплению, я ничего не понимала. А вот когда мы в обнимку спрыгнули вниз с высоты пятнадцати этажей, я, наконец, осознала, что мы только что сделали. Крик так и стоял в ушах, когда уезжали в гостиницу. Адреналин прошивал сердце, бился в венах вместе с кровью, собирался в груди тугим комком, который продолжал пульсировать. Оказалось, это так просто – шагнуть в торнадо.

Улыбка не сходила с лица. Пили шампанское, а я любовалась сотнями розовых роз, понимая, что у бабушки нет столько ваз, чтобы разместить их все. Лежали на кровати поверх покрывала. Просто наслаждались друг другом, словно ненормальные, касаясь рук, пальцев, плеч, губ. Хотелось остановить момент, раствориться в нем, поставить этот день на паузу. Телефон сел, а меня это нисколько не заботило. Больше не собиралась скрывать от мамы правду. Хотела утром же рассказать ей о том, что скоро выйду замуж.

– Пойдешь со мной в душ? – поднявшись, Володя поставил бокалы на столик и снял свою футболку. Залюбовавшись им, забыла, что у меня что-то спрашивали.

– Может быть, я схожу после? – щеки вмиг обдало жаром.

– Брось, маленькая. Чего я там не видел? Пойдем вместе? Пожалуйста.

Теплые струи омывали обнаженные тела. Вода впитывалась в волосы, стекала по спине. Его руки блуждали по моему телу, ладони обнимали грудь – сжимали. Пальцы играли с сосками, чуть оттягивая.

Вычерчивал узоры на коже. Целовал плечи, шею, оставлял следы на ключицах. Ловила его губы, прикусывала неугомонный язык, который по-свойски проскальзывал в мой приоткрытый рот. Щекотал иголочками щетины.

Опустившись на колени, сжал мои бедра. Не убежать, не скрыться. Проворный язык играл, с нежностью ласкал, чтобы тут же уступить место нетерпеливым губам. Пыталась держаться – ладони скользили по стеклу, впивались в его плечи. Пальцы сжимали темные волосы, оттягивая, лишь бы прекратил пытку, но Владимир не останавливался, не щадил.