Несговорчивая невеста - Жаклин Бэрд

Би выскользнула из постели и перевела взгляд с телефонной трубки, которую по-прежнему сжимала в руке, на голубое небо за окном, затем осторожно положила трубку на место. У нее не было выбора.

– Проклятье! – в сердцах пробормотала она. Это так характерно для Леона – повесить трубку прежде, чем она успеет возразить. Би скорчила гримасу в адрес репортеров, которые толпились на тротуаре возле дома. Что ж, если Леону удастся вызволить ее из квартиры в обход этой своры, может, его появление будет и кстати. К тому времени, когда раздался звонок в дверь, Би уже несколько успокоилась, хотя и продолжала чувствовать себя пленницей в собственной квартире.

– Леон, это ты?

Услышав его голос, Би приоткрыла дверь и за руку втащила Леона внутрь.

– Входи быстрее, нас может кто-нибудь увидеть.

– Не смеши меня, Фиби. – С этими словами Леон прошел через маленький холл в гостиную. Би шла за ним по пятам.

– Никогда не знаешь заранее, – оборонительно пробурчала Би.

– Если дело касается тебя, то действительно, – съязвил Леон, поворачиваясь и окидывая ее каким-то странным взглядом.

Би пристально рассматривала его красивое смуглое лицо из-под опущенных ресниц. Недавнее похищение наложило на Леона свой отпечаток – обычно длинные волосы были сейчас коротко подстрижены, но, как ни странно, это не только не портило его, а, наоборот, делало еще более привлекательным. Но Би заметила, что морщинки у рта и вокруг глаз стали глубже. Вместо героя ее девичьих грез с волосами, вечно собранными в «конский хвост», и смеющимися глазами перед Би стоял мужчина, во взгляде которого таилась вселенская усталость.

Би окинула взглядом его мощную фигуру. Элегантный темно-серый костюм сидел не так безупречно, как раньше. Леон заметно похудел. И внезапно Би захлестнуло сострадание к нему.

Действуя инстинктивно, в порыве дружеского участия девушка потянулась к нему и крепко обняла, а затем, запрокинув голову, посмотрела ему прямо в глаза.

– Мне так жаль, Леон. Как ты пережил все это?

Леон неожиданно резко отстранил ее, глядя на нее сверху вниз злыми глазами.

– Оставь свое сочувствие при себе, Фиби. Мне не нужна твоя жалость.

Хорошенькая благодарность за сочувствие! Вырвавшись из его рук и отступив назад, Би бросила:

– Я и не собиралась тебя жалеть. Если бы не ты, я не оказалась бы замешанной во все это.

– А я гадал, сколько времени тебе потребуется, чтобы обвинить меня во всех неприятностях, – насмешливо протянул он.

Би глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Что бы ни говорил Леон, ему пришлось пройти через серьезное испытание.

– Давай не будем ссориться, Леон.

– Хорошо, – согласился он, пристально разглядывая ее. Взгляд его темных глаз прошелся по ней с головы до пят, оценивая небрежный наряд – старые голубые джинсы и красный спортивный свитер. – Прежде всего сними с себя эту одежду, – велел он.

– Что? – Глаза Би расширились от изумления.

Она впустила Леона в свою квартиру вовсе не для того, чтобы терпеть его фокусы, а для того, чтобы он выручил ее.

– Я обещаю, Фиби, что не стану соблазнять тебя. Я просто хочу, чтобы ты оделась соответствующим образом. Надень тот синий костюм, кулон и туфли, в которых запечатлена на газетной фотографии. Лучшая защита – нападение. Мы выйдем отсюда вместе. Я сделаю короткое заявление для прессы. Это удовлетворит их любопытство на какое-то время. И хорошо, если ты будешь выглядеть так же, как на снимке.

Би согласилась, что в этом есть смысл. И спросила:

– А что потом? – Би пока не понимала, что он задумал.

– Потом самолетом компании мы вместе полетим на Кипр. Мне предписан длительный отдых, да и тебе не повредит провести несколько дней на солнце. К твоему возвращению в Лондон другие новости займут первые полосы газет.

– Ты считаешь, что если я вместе с тобой поеду на Кипр, то шумиха уляжется? Я так не думаю...

Перспектива провести наедине с Леоном несколько дней на средиземноморском острове показалась Би очень соблазнительной, но она совсем не была уверена, что сможет устоять, если Леон пустит в ход свое обаяние.

– Доставь себе это удовольствие. Но если ты хочешь встретиться с прессой один на один в качестве «наследницы поневоле» – по-моему, именно такое прозвище они тебе дали – или сидеть взаперти в своей квартире – ради Бога. Как твой друг, я предлагаю тебе выход из положения. Через десять минут я уйду отсюда – с тобой или без тебя.

– Но... – Би замолчала и пристально посмотрела Леону в лицо. Он выглядел спокойным, и идея провести несколько дней на его вилле в Пафосе стала казаться Би все более привлекательной. – Мне нужно время, чтобы собраться, – сказала она, уступая.

– Возьми только косметичку. Я сказал Тому Джордану, что тебя не будет какое-то время, и попросил Марго собрать твои вещи и переслать их. Ты получишь их завтра вечером. Поэтому пойди переоденься, и давай выбираться отсюда.

Леон продумал все. А спустя десять минут Би поняла, что означало это «все»...

Рука Леона обвила ее талию в тот момент, когда они выходили из лифта на нижнем этаже. Она попыталась отстраниться – тепло его крепкой руки, которое она чувствовала даже через ткань жакета, странным образом тревожило ее, – но Леон прижал ее к себе еще крепче.

– Держись ближе ко мне, Фиби. Говорить буду я, ладно? – И он ободряюще улыбнулся.

Выбора у Би не было. Они вышли из здания и были сразу же ослеплены вспышками фотоаппаратов. Со всех сторон посыпались вопросы, но Би слышала их с трудом. Сейчас она была рада, что рука Леона поддерживает ее, хоть это и тревожило ее немного.

Когда Би вернулась к реальности и услышала, что говорит Леон, она испытала самый сильный шок в своей жизни.

– Мы с Фиби вместе уже несколько лет. Кулон, который сейчас вы видите на ней, раньше был обручальным кольцом. Я подарил его Фиби, когда ей было семнадцать. – Свободной рукой Леон приподнял украшение, глядя ей в глаза с преувеличенной страстью.