Все только хорошее - Даниэла Стил

— Ты бы действительно подобрала себе туфли… Когдавыберешь, поднимись ко мне в офис. Сходим пообедаем.

Берни улыбнулся и исчез за дверью. В тот же миг в залепоявилась продавщица. Она принесла с, собой целый ворох платьев, которые онахотела предложить вниманию Лиз, однако та отказалась даже смотреть их. Онабыстро нашла нужные туфли — у них был примерно такой же цвет, как у платья, иукрашены они были похожими камешками — с платьем туфли сочетались прекрасно.Крайне довольная собой, Лиз поднялась к Берни. Они вышли из магазина инаправились в «Трейдер Вике». Всю дорогу Лиз болтала без умолку — о том, какона выбирала себе туфли, о том, как ей понравилось платье, о том, как Берни ееизбаловал. Они обедали не спеша, то и дело смеясь и подшучивая друг над другом.Часа в три Берни пришлось ее отпустить. Лиз должна была забрать Джейн у своейподруги. До начала учебного года оставалось всего несколько дней, пора былоподумать и о работе. Но Лиз теперь могла думать только об опере. В пятницу онасделала себе прическу и маникюр и ближе к шести надела на себя волшебноеплатье, подаренное ей Берни. Осторожно застегнув все застежки, она посмотрелана свое отражение в зеркале. Аккуратно уложенные волосы были схвачены тончайшейзолотистой сеточкой, купленной Лиз во время ее второго набега на «Вольф»,из-под тяжелых складок вельветового платья выглядывали носы туфелек. Раздалсязвонок в дверь, и едва ли не тут же на пороге ее спальни появился разодетый впух и прах Берни — белый галстук, фрак, накрахмаленная грудь идеально сидевшейна нем английской рубашки, алмазные запонки, доставшиеся ему в наследство отдеда, — все это удивительно шло ему.

— Господи, Лиз… — пробормотал Берни и аккуратнопоцеловал ее в щеку. — Ты выглядишь бесподобно.

Забытая всеми Джейн так и осталась стоять в дверях, онаисподлобья смотрела на взрослых.

— Ты, надеюсь, готова?

Лиз утвердительно кивнула и в тот же миг заметила дочь.Особой радости в ее лице не чувствовалось. Конечно, девочке было приятно, чтоее мама стала такой красивой, но то, что Берни стоит так близко к ней, Джейнявно не понравилось. Проблемы такого рода стали занимать Джейн со времени ихпоездки на озеро Тахо. Лиз понимала, что рано или поздно ей придется поведатьдочери о своих планах, но она страшно боялась этого. Вдруг Джейн будет противих женитьбы? Лиз не сомневалась в том, что Берни нравится девочке, но этогобыло недостаточно. Более того, Джейн считала Берни своим другом, а не другомсвоей мамы.

— Спокойной ночи, моя хорошая. Лиз наклонилась, чтобыпоцеловать Джейн, но та, зло сверкнув глазами, отвернулась к стенке. Берни насей раз она не сказала ни слова. Лиз было разволновалась, однако тут же решилавзять себя в руки, чтобы не портить этот чудесный вечер.

Вначале они отправились обедать в Музей современногоискусства — по этому поводу Берни нанял «Роллс-Ройс». Они тут же оказались втолпе женщин, блиставших нарядами и украшениями, по которой шнырялифоторепортеры. Лиз чувствовала себя здесь в своей тарелке, она гордошествовала, опираясь на руку Берни, стараясь не обращать внимания на блесквспышек… Она знала, что фотографировать могут и их — Берни был хорошо известенв Сан-Франциско как управляющий самого роскошного магазина в городе, его зналии многие дамы в дорогих нарядах. Музей украшался на средства местныхавторитетов. Повсюду виднелись серебристые и золотистые воздушные шары ивыкрашенные золотой краской деревца. Каждого посетителя ждали изящноупакованные подарки — одеколон для мужчин и флакончик изысканнейших духов дляженщин. Глядя на упаковку, можно было смело сказать, что подарки были сделанымагазином «Вольф».

Пробравшись через толпу, они вошли в огромный зал, в которомстояли столики. Лиз с улыбкой посмотрела на Берни, и он взял ее под руку. В тотже момент их вновь сфотографировали.

— Тебе нравится?

Она кивнула. Никогда в жизни она не видела ни таких дорогихплатьев, ни такого количества украшений — ими можно было загрузить не однутачку. Чувствовалось, что все необычайно возбуждены. Все знали, что ониявляются участниками чего-то важного.

Берни и Лиз сели за один столик с парой из Техаса, схранителем музея и его супругой, с постоянной посетительницей «Вольфа», пришедшейсюда в сопровождении своего пятого мужа, а также с мэром и его супругой.Публика собралась интересная, разговоры велись легко и непринужденно — говорилио лете, о детях, о путешествиях и о Пласидо Доминго. В этот вечер Домингоприлетел в Сан-Франциско специально для того, чтобы вместе с Ренатой Скоттоучаствовать в премьере новой постановки «Травиаты». Любители оперы были наседьмом небе от счастья, правда, таковых здесь было совсем немного. Опера вСан-Франциско — явление скорее не музыкальное, но социальное — великосветскаяприхоть, не более. Берни слышал об этом с первого дня своего пребывания здесь,но подобные вещи его мало трогали. Достаточно было того, что ему здесьнравилось. К Доминго же и Скотто он относился лишь как к достаточно условнойзатравке. Опера его никогда не интересовала.

Однако стоило ему оказаться перед зданием Мемориальногооперного центра, он понял всю торжественность момента. Фотографов здесь былоеще больше — они снимали всех входящих в здание оперы. Собравшуюся на площадитолпу сдерживали кордоны полиции. Люди пришли сюда для того, чтобы поглазеть наразодетую театральную публику. Можно было подумать, что ты присутствуешь нацеремонии вручения призов Академии, с той лишь разницей, что все смотрят натебя, а не на Керка Дугласа или Грегори Пека. С этим чувством Берни вошел вдвери, пропустив перед собой Лиз, и направился к той лестнице, которая вела кнужной, ложе. Свой места они нашли неожиданно легко. Повсюду Берни виделзнакомые женские лица — все эти дамы были клиентками «Вольфа». Можно былотолько радоваться тому, что его платья имели такой успех. И все же платье Лиз исама Лиз выделялись и здесь. Берни едва сдержался, чтобы не поцеловать ее вщеку, и нежно взял ее за руку. Свет в зале погас. Весь первый акт они так и сидели,держа друг друга за руку. Доминго и Скотто превзошли все его ожидания, Бернидаже не заметил, когда закончился первый акт. Они отправились в бар, гдешампанское текло рекой и неустанно щелкали затворами своих аппаратов фотографы.С начала вечера Лиз сняли раз пятнадцать, но она, казалось, даже не замечалаэтого. Она держала себя скромно и сдержанно, чувствуя себя рядом с Берни вполной безопасности. Он же был полон решимости защищать ее от чего и от когоугодно.

Берни подал ей бокал с шампанским, и они, неспешно попиваяего, стали разглядывать присутствующих. Лиз захихикала.

— Забавно, правда?

Он заулыбался. Действительно, ситуация была крайне забавной.Все присутствующие вели себя так серьезно, что можно было подумать, будтоименно здесь и именно сейчас решается их судьба.

— Приятно, когда вдруг можешь оказаться совсем в другойреальности, не так ли, Лиз?

Она улыбнулась и согласно кивнула головой. Завтра утром онаотправится на Сэйф-Вэй закупить на неделю продукты для себя и Джейн. А впонедельник она будет стоять возле доски и учить детей правилам сложения.