Забудь меня, Эй - Тала Тоцка

А тут еще Илюшка, который прилепился к ней и ходил хвостиком, был бы у нее подол, он бы за подол цеплялся, как любили писать в книгах. И ей это нравилось, она испытывала к малышу безотчетную нежность, может быть, из-за Романа? Но тогда, в торговом центре, Саша не знала, чей он сын, а ее сразу к нему потянуло. Сашке всегда хотелось иметь много детей, так что, скорее, это ее нерастраченная любовь находит себе лазейки и выливается на мальчика, а он отвечает ей тем же, потому что его родители не слишком напрягаются в отношении малыша.

Хотя нет, она несправедлива к его отцу, тот и правда исправляется. Сейчас они втроем прыгали и дурачились, дети визжали на весь детский центр, Сашка попыталась было их усмирить, но Роман остановил ее, взяв за руку и так и оставил ее ладонь в своей. Она хотела забрать, а он придумал всем взяться за руки и прыгать вчетвером, и не отпустил, еще и умудрился погладить ладонь большим пальцем и сжать сильнее, чтобы она точно не вырвалась.

А потом они еще и упали, и Сашка не была уверена, что Роман специально не подстроил это, особенно когда он навалился сверху, обхватив ее обеими руками так, что она и пошевелиться не могла. Лежала, прижатая его телом, и его сбившееся дыхание навевало совсем неподходящие мысли, причем сама Саша дышала так же. И все это так живо напомнило ей события семилетней давности, что мороз по коже пошел.

Роман сам встал, поднял ее и поставил на ноги, при этом лицо его сделалось слишком серьезным, словно это не он только что смеялся и сходил с ума с детьми. Неловкую паузу заполнила неудачно свалившаяся Дашка, сразу разревевшаяся, и Саша не успела, к ней первым подбежал Роман, подхватил на руки, а та продолжала реветь, обняв его за шею. Сашка и сама не отказалась бы пореветь на такой шее.

Роман осмотрел Дашкину ногу, запшикал царапины аэрозолью перекиси и промокнул салфетками, что нарыла в сумке Саша, а потом старательно дул на ранки по команде дочки. Сашка смотрела, как высыхают слезы на глазах ее девочки, как она улыбается сквозь них Роману, а тот берет ее на руки и гладит по голове, и снова чувствовала себя негодяйкой, отнимающей отца у собственной дочери.

Но уже через минуту Дашка понеслась наперегонки с Ильей, забыв о своих ранениях, и Сашу понемногу отпустило. Или правильнее будет сказать, она сумела затолкать подальше свое чувство вины. Роман предложил пообедать, и они зашли в пиццерию, где тот заказал метровую пиццу.

— Я голодный, как волк. Если не съедим, заберем с собой, у нас с Илюхой все равно дома пусто,  — он так явно напрашивался в гости на ужин, что Саша лишь глаза опустила, но сделала вид, что не поняла намека.

Когда дети наелись и запросили мороженого, Роман ненавязчиво поинтересовался, нравятся ли Дашке лошадки, а потом предложил прокатиться завтра в загородный комплекс «Сан Рио», где Саша ни разу не была, слышала лишь, что там очень красиво и дорого.

— В «Рио» есть конный клуб и при нем школа верховой езды, я давно хотел, чтобы Илья попробовал, вдруг ему понравится. И подумал, может быть Даша…

— Роман, я благодарна за ваше приглашение, — оборвала его Сашка, дети уселись рисовать за соседний стол, и Даша показывала Илье, как правильно раскрашивать небо. Малыш упорно делал наоборот, небо у него было зеленое, а трава голубая, — но конный спорт увлечение не из дешевых, я не хотела бы, чтобы Дашка увлеклась, а я потом не потянула эти расходы. Там одна экипировка чего стоит!

— Саша, при чем здесь расходы, я смогу…

— А вот здесь вы точно должны быть не при чем, Роман, — твердо сказала Саша и так же решительно посмотрела ему в глаза.

— Саша, извините, что лезу не в свое дело, — Роман помедлил, видимо, вопрос даже ему казался неудобным, — но отец Даши вам не помогает?

Сашка едва не подавилась, уж чего-чего, такого она точно не ожидала. А потом решилась, почему нет, зато это освободит ее от дальнейших расспросов.

— Он о ней не знает, — и продолжала смотреть в глаза опешившему отцу своей дочери, — мы расстались раньше, чем я сама о ней узнала. И вы правы, это совершенно не ваше дело.

— Мама, почему Илюшка не хочет правильно раскрашивать? — подбежала расстроенная Дашка, протягивая ей рисунок. За ней приковылял надутый автор рисунка, и Сашка облегченно вздохнула, потому что судя по потемневшим глазам напротив, допрос прекращать никто не собирался.

— Он правильно раскрасил, доченька, смотри, — Сашка перевернула рисунок, внизу оказалась зеленая полоса, а вверху голубая,  — только наоборот.

— А почему собака на небе?  — не унималась Дашка.

— Она там гуляет, — важно заявил мальчик, чувствуя Сашину поддержку. Дашка обдумывала сказанное, а Роман смотрел на Сашу тем самым странным взглядом, словно ощупывал ее с ног до головы.

— Как вы так умудряетесь?  — покачал он головой.  — Я бы в жизни до такого не додумался, они у меня бы весь вечер ругались.

Сашка лишь плечами пожала. Следующим в программе значился мультфильм, и как они с Романом оказались рядом, Саша так и не поняла. Сначала между ними устроилась Даша, но впереди села высокая девушка и заслонила собой экран.

Роман предложил Дашке поменяться местами или сесть ему на руки, и когда уселся рядом с Сашкой, у той поначалу началась легкая паника. А потом успокоилась, сеанс детский, и они не на последнем ряду, чтобы он позволил себе лишнее на глазах у двоих детей.

Сашка не ошиблась, Роман честно просмотрел мультфильм целых десять минут, потом потихоньку сполз вниз и уснул, нимало не смущаясь и нахально прислонившись щекой к Сашкиному плечу. Как у него это вышло, неизвестно, но толкаться и ругаться она не стала, робин гудам тоже нуже отдых.

Ей было не очень удобно, зато его терпкий аромат щекотал ноздри, теплота кожи согревала, и когда пошли титры мультфильма, Сашка обнаружила, насколько далеки были ее мысли от действий на экране. А если бы Роман вдруг оказался телепатом, она бы и вовсе со стыда сгорела.

Роман привез их домой, Сашка вновь сделала вид, что не поняла довольно прозрачных намеков на ужин, и отец с сыном уехали. А вечером пришло сообщение, и не сказать, что Сашка заглядывала в телефон каждые три минуты, было бы наглой ложью.

Спасибо двум прекрасным девочкам, что так скрасили наши суровые мужские будни.