Личный трофей опального генерала. Книга 1 - Виктория Волкова

— Да нет у меня никакой дачи в Барвихе, и дома на Рублевке нет. Только квартира в Москве.

Кирсанов тяжело вздохнул и уточнил ощеряясь:

— То есть ты считаешь, что тебя разыграли. И взрывчатку под Ровер никто не подкладывал, и Яшма мой сейчас где-нибудь пиво пьет, а не валяется в реанимации? Я правильно понял, Александра Андреевна?

— Сергей Юрьевич, — отрезала она. — Я верю в розовых пони, единорогов и зубную фею. А вот в случайности я давным-давно верить перестала.

— Дура, — проскрежетал он, не разжимая челюстей. А затем резко развернул огромную машину и снова помчался в город.

— Вы куда? Зачем? — всполошилась она и, вжавшись в кресло, глянула оторопело.

— Где тут у вас этот чертов госпиталь? Поехали туда. Сейчас посмотрим, кто кого разыгрывает.

— Сергей Юрьевич, — нервно напомнила Саня. — Меня дома Лешик ждет.

— Он уже спать лег, — рыкнул Кирсанов и позвонил Павлову. — Миша, адрес скажи, я сейчас приеду, — скомандовал он.

— Хорошо бы, — пробурчал Павлов. — Говорят, состояние тяжелое. А тут нет необходимого оборудования.

— Я сейчас в Бурденко позвоню. Может, первым же бортом в Москву доставим.

Александра наблюдала, как буквально через несколько секунд лицо Кирсанова вдруг стало спокойным и сосредоточенным. Он вбил в навигатор адрес больницы и, покопавшись в сотовом, нашел нужный номер телефона. Разговор о перевозке раненого бойца занял не больше трех минут. А потом, невзирая на ее протесты, генерал снова выехал на проспект и, ведомый противным механическим голосом, погнал автомобиль на другой конец города. Оказавшись в больнице, Кирсанов мрачно выслушал заверения какого-то доктора и чуть слышно пробурчал Павлову:

— Охрану выставь, Миш. Неровен час, прибьют Олежку.

— Он жив? — тихо переспросила Александра. Генерал поморщился и не удостоил ее ответом, а Миша Павлов, сжалившись, чуть заметно кивнул.

— Только, пожалуйста, не пишите об этом в своем блоге, Александра Андреевна, — пробурчал он, а Саня от стыда залилась краской. — Мы заведомо дали сведения, что Олег умер. Иначе его тут прикончат. Даже до аэропорта довезти не сумеем. Вы лучше подумайте, кому могли так насолить, что люди пустились во все тяжкие.

— Она уже придумала, — рыкнул Кирсанов.

Всю обратную дорогу ехали молча, лишь войдя в квартиру, Кирсанов в упор поглядел на упрямую девицу и велел тихим непререкаемым тоном:

— В семь утра мы уезжаем, Саня. Собери необходимые вещи. Себе и Алексею.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А? — изумилась она. Но он не дал ей возможности поспорить.

— Много не набирай, — распорядился он. — Багаж брать нельзя. Только то, что поместится в ручную кладь.

— А как же? — снова попыталась возразить она.

— В Москве все купим. И перестань трепыхаться. Пожалуйста.

Она молча развернулась и ушла в комнату. Быстро достала пару Лешкиных свитерков и штанишек, любимые игрушки и себе два платья. Покидала в кульки белье и все это аккуратно сложила в дорожную сумку. Она на минуту замерла, решая, что еще может понадобиться, и мысленно схватилась за голову.

— Твою мать, Кирсанов, — пробурчала себе под нос. — Мне же работать нужно.

Она решительно включила компьютер и принялась просматривать папки с материалом, справедливо полагая, что сейчас, в раздрае, искать новые темы не хватит сил. Александра читала старые статьи и заметки, что-то копировала в облако, что-то удаляла за ненадобностью. А когда вскользь глянула на часы, поняла, что минут через сорок придется будить Лешика. А значит, ложиться спать бесполезно. Она прислушалась. В квартире стояла тишина. Александра заглянула в зал, где, вытянув ноги в креслах, дремали Дима и Кирсанов. Затем прошла на кухню. Нарезала бутербродов с сыром и ветчиной, заварила чай. И не сразу поняла, что рядом находится кто-то еще. А увидев Кирсанова, замершего в проеме, чуть не вскрикнула. Даже рот прикрыла ладошкой.

— Прости, — пробурчал он. — Не хотел тебя напугать.

Он улыбнулся по-мальчишечьи и заметил негромко:

— Я вчера не сдержался, прости. Возможно, если посмотреть на ситуацию со стороны, то в твоих доводах есть истина. Но я даю слово офицера, что никогда не мыслил против тебя ничего дурного…

Сане хотелось закричать от нелепости ситуации. Припомнить многочисленные суды, но она сдержалась, во все глаза уставившись на него.

— Я догадалась, что за покушениями стоит кто-то другой, — прошептала она, не отводя взгляд.

— Бессонная ночь пошла на пользу, — усмехнулся он.

— Нет, — мотнула головой Александра. — Только сейчас дошло, — упрямо бросила она. — С вашими навыками и связями, пожелай вы мне смерти, я бы давно лежала прикопанной где-нибудь в овраге.

— Ты из меня злодея сделала, — обиженно усмехнулся Кирсанов. — Но, наверное, прибить тебя проще, чем уговорить решить вопрос миром.

Александра надулась и, возмущенно фыркнув, отвернулась к мойке. Принялась мыть какие-то тарелки и блюдца.

— Подожди, — попросил Кирсанов и тут же оказался рядом. Закрыл кран, развернул упрямицу к себе.

— Хочу до отъезда ввести тебя в курс дела, — строго заметил он, но хватки не ослабил.

— Слушаю вас, — упрямо заявила она и снова уставилась на него темными, обжигающими яростью глазами.

Кирсанов почувствовал, как возбудился от ее ярости.

«Будь мы в квартире одни, — хмыкнул он про себя, — перекинул бы через плечо, стукнул бы пару раз по заднице и отволок в спальню!»

— У меня квартира в самом центре города, — предупредил он. — Но я вынужден приставить к тебе и к Леше охрану. Никак не пойму, кому ты так насолила, — пробурчал он. — Вспоминай, чему могла быть свидетелем, или, может, какой-то компромат хранишь?

— Откуда такая информация? — вскинулась она, пытаясь освободиться из его захвата.

— Логические размышления, — подернул плечами он, не собираясь рассказывать ей о звонке Яшмы.

— Что мне делать в вашей Москве? — тяжело вздохнула она. — Я там никого не знаю. Все мои друзья здесь.

— Враги тоже, — рыкнул он. — Ты хоть о ребенке подумай, Саня. Его родная мать уже погибла…