Вулкан любви - Патриция Райс

Но на открытых местах и на прямых участках сила и выносливость Слоана брали свое. У отвалов на краю поселка Толботт уже вырвался вперед под гул и подбадривающие крики толпы. Саманте досталось жалкое второе место.

Он ожидал ее на сосновом пне, триумфально скрестив руки на груди. Сейчас Саманте и впрямь хотелось его ударить. Она спровоцировала этот поединок для его же блага, а он, вместо того чтобы поблагодарить, стоит здесь с таким дьявольски самодовольным видом. Ее больше устраивала его ярость. И совершенно не устраивал его теперешний вид.

– Надеюсь, у вас неплохой выбор платьев, мисс Нили, – съязвил он, когда она подошла.

– Не имеет значения, Толботт. Я побью вас и в платье, если будет нужно. – Саманта, сверкнув глазами, сунула руки в карманы. Так вызов, должно быть, яснее.

– Как вы это только что сделали? Так чего же мы ждем? Начните с зеленого. Голову даю на отсечение, что в зеленом вы выглядите замечательно.

– Голову на отсечение, что вы – тоже, только меня-то вам не увидеть. Я подожду, пока вы заснете, тогда и появлюсь в нем. Не можете же вы все время бодрствовать.

Губы Слоана медленно растянулись в самодовольной ухмылке. Она перевела дыхание и сделала шаг назад.

– И спать все время я тоже не могу, – произнес он. – Вы обещали носить платья, если я выиграю. Я имел в виду не одно платье, к тому же носить отнюдь не несколько часов. Вам надлежит носить платья вообще, как любой женщине. Платья, а не брюки! Все время!

Саманта в ярости подбоченилась.

– Погодите-ка! Если вы думаете, что я собираюсь таскать юбки и кринолины, демонстрируя их всем и каждому, в то время как надо ехать на охоту…

– Вам придется обходиться без охоты. И без кулачных боев. Иначе к вам будут относиться, как к недисциплинированному сорванцу. Попросите сестер поучить вас носить платья. Пара столетий – и вы модница.

И он удалился, оставив покрасневшую и сокрушенную Саманту. «Пара столетий»?! Она готова была его убить. Ей просто следует его убить. Он не смеет так оскорблять Нили!

А он посмел. Саманта понуро направилась в поселок вслед за Слоаном. Мужчины приветствовали своего хозяина, когда он подошел к отелю. Ей же – той, которая оказала им милость, погасив его гнев, и теперь шла через площадь к себе, достались только свист да улюлюканье. Может быть, сейчас самое время поискать эту долину?.. Ей никого не хотелось видеть.

Но она была Нили и отдавала долги чести. И чуть позже она вышла – в одном из старых платьев матери поверх джинсов и рубашки. Пари не определяло того, что проигравший будет носить под платьем, а юбка была слишком коротка, чтобы надевать под нее нижние.

Несколько человек на площади вновь заулюлюкали, однако без Толботта зрелища уже не было. Все разошлись по своим делам.

Мать и сестра вопросительно посмотрели на нее, ибо слухи о соревновании докатились и до них. Женщины сочли за лучшее оставить Саманту в покое. Толботт, к счастью, надолго скрылся у себя.

Несколько переселенок чувствовали себя уже неплохо. Одна из них присоединилась к Саманте. Держа в руках кувшин с водой, она о чем-то быстро заговорила. Потребовалось несколько минут, чтобы Саманта поняла, о чем идет речь.

– Вам не кажется, что в поселке нужен школьный учитель? Правда, детей здесь немного, но, может быть, кто-нибудь из взрослых сочтет полезным поучиться?

Женщина была хорошенькой, кругленькой, светловолосой. Саманта сомневалась, что женщина понимает то, о чем говорит. Она нахмурилась, наполнила водой еще одну чашку и поднесла ее к губам больного.

– Здесь вообще нет никаких детей за исключением моего кузена. Хозяин этого поселка – Толботт. Он не будет платить учителю, чтобы тот учил его людей.

Женщина посмотрела на дверь, за которой виднелась лестница на второй этаж.

– Он довольно сильный человек, правда? Саманта фыркнула:

– Слабо сказано! А куда вы направлялись? – Пора было сменить тему.

– Мы хотели основать собственную общину, такую, в которой каждый бы жил по Писанию. Преподобный Хейес согласился вести паству к земле обетованной, но земля, куда мы пришли, на мой взгляд, многого не обещает. Я думала, здесь всегда сияет солнце и никогда не бывает холодно.

Саманта пожала плечами и перешла к следующему пациенту.

– Это скорее относится к долине внизу. То есть вы в двух шагах от цели.

– Я думаю, что с этими людьми я уже пришла туда, куда хотела, – объявила учительница, поджав губы. – Это ведь не я, а моя сестра принадлежит пастве преподобного Хейеса. А я пошла с ними только потому, что надеялась на лучшую жизнь. Я устала молиться об этом.

Женщина могла ничего не объяснять, все и так было ясно. Саманте и прежде встречались такие. Хорошенькие женщины могут только флиртовать – и ничего больше. Две тысячи миль пути в небольшом караване не слишком благоприятны для флирта, особенно если большинство мужчин женаты. Поселок, полный холостяков, – это как раз то, в чем нуждалась «школьная учительница».

– Здесь негде остановиться, – напомнила ей Саманта. – Вы можете снять комнату в отеле, если Толботт позволит, но он ненавидит женщин.

– Ненавидит женщин?! – Учительница в изумлении захлопала глазами. – А по-моему, он не похож на женоненавистника. В этой комнате он с уважением относится только к женщинам.

– Да, конечно, такой уж он человек. Если Слоан не знает, что с вами делать, он вежлив и надеется, что вы исчезнете.

Женщина зашлась раздражающе-веселым смехом.

– Он, безусловно, знает, что с вами делать. Или вы его сестра?

Очередное унижение! Не слишком ли для одного дня? Она с минуту поколебалась, не опрокинуть ли «учительнице» на голову кувшин, но решила не опускаться до уровня Слоана и обратила свое раздражение в нейтральную фразу:

– Нет, я бич его жизни, – и отошла в сторону. Она хотела привлечь в поселок женщин, смягчить нравы. Почему, черт побери, ее обескуражила первая же из них, проявившая к этому интерес? Вот уж не ожидала! Надо бы переговорить с переселенцами, не послужит ли это на пользу Толботту, если вся религиозная община решит обосноваться прямо здесь?

Обойдя всю комнату, Саманта составила определенное мнение об этом деле, переговорив с каждым, включая мясника, пекаря и мастера по подсвечникам. Столяр был согласен, но он потерял в пути жену. Еще двух человек помоложе привлекали горные разработки. Семьи же фермеров намеревались двигаться дальше.

Несколько незамужних женщин колебались, раздумывая о поселке одиноких мужчин. Только у двух вдов были дети, и это могло стать началом.

Покидая отель этим вечером, Саманта была уже больше уверена в успехе. Что сделает Слоан, если караван двинется в путь, оставив здесь несколько человек? Не заставит же он женщин и детей идти вниз пешком! Похоже, Слоан Толботт здесь вроде той собаки, которая только лает, но не кусает. И потом это только послужит на пользу угрюмому выродку.