Счастье рядом - Аннэ Фрейтаг

Тесса ван Кампен:

Я считаю это замечательным. Как и тебя.

Оскар Зальцман:

И мужественным?

Я смеюсь.

Тесса ван Кампен:

Да, и мужественным.

Оскар Зальцман:

Фух.

Тесса ван Кампен:

Фух? Что это значит?

Оскар Зальцман:

Прочитай это вслух, произнеси по-английски. Это звук облегчения.

Я читаю вслух и смеюсь.

Оскар Зальцман:

Ну?

Тесса ван Кампен:

Действительно. Звук облегчения. Потрясающе.

Оскар Зальцман:

Но это не мое. Я украл его.

Тесса ван Кампен:

Но ТЫ мне его показал.

Оскар Зальцман:

Тебе сейчас лучше поспать, завтра важный день. Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, Креветка. Ну, еще разок.

Тесса ван Кампен:

Но я не хочу спать.

Оскар Зальцман:

А если я тебе пришлю идеальное супероружие для сна?

Тесса ван Кампен:

Нет.

Утреннее солнце чертит яркие линии на одеяле. Лучшая ночь моей жизни не должна заканчиваться. Я хочу, чтобы она длилась бесконечно. Наверняка так же думала Золушка, когда проклятые часы на башне сделали первый удар.

Оскар Зальцман:

Поверь, ты хочешь, чтобы я прислал его.

Я делаю глубокий вдох и выдох.

Тесса ван Кампен:

Ну, супер, ты меня заинтриговал. Теперь мне слишком интересно, чтобы сказать «нет». Отправь мне супероружие.

Оскар Зальцман:

Хе-хе-хе.

Тесса ван Кампен:

Пообещай мне, что мы встретимся в наших снах.

Оскар Зальцман:

Куда же я денусь.

Тесса ван Кампен:

Окей.

Оскар Зальцман:

Ты готова?

Тесса ван Кампен:

Да, готова.

«Оскар Зальцман набирает сообщение»…

Оскар Зальцман:

ПАМ!

Рядом с его «ПАМ!» появляется файл. Я открываю его дрожащими пальцами. Это просто усталость. Ха-ха. «Загрузить?» – «Да».

Оскар Зальцман:

Пришло?

Тесса ван Кампен:

Загружается.

Оскар Зальцман:

Тебе понравится.

Конечно, это же от тебя. Когда загрузка завершилась, мой телефон вибрирует. Запись MP3. Я тянусь за наушниками, подключаю их и нажимаю на кнопку Play. У меня перехватывает дыхание, и я сажусь на кровать. Дождь. Летняя гроза, тяжелые капли дождя. Прекрасная колыбельная. Я пялюсь в недоумении на экран, а затем восторженно начинаю набирать ответ.

Тесса ван Кампен:

ОТКУДА У ТЕБЯ ЭТО?

Оскар Зальцман:

Нравится?

Тесса ван Кампен:

Шутишь?!

Оскар Зальцман:

Я слушаю это каждый вечер.

Тесса ван Кампен:

Ты же сейчас не всерьез?

Оскар Зальцман:

Без звука дождя мои мысли слишком громкие.

Я таращусь на его слова, в то время как капли падают на мои барабанные перепонки.

Оскар Зальцман:

Тогда встретимся во сне?

Тесса ван Кампен:

Жду тебя там.

Оскар Зальцман:

До скорого, Креветка.

Нет, я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась. Мне хочется, чтобы она длилась вечно. Но если ей суждено закончиться, то только словами «До скорого, Креветка».

Следующий вечер

Звонок будильника разрушает тишину, и я вскакиваю. Мне требуется пара секунд, чтобы осознать, где я и откуда исходит этот ужасный шум, который стоит у меня в ушах. Я в растерянности пытаюсь нащупать телефон. Мои глаза сухие, и при каждом моргании веки словно наждачкой трут по глазному яблоку. Каждое движение требует усилий, и координация будто оставила меня. Я закрываю лицо от яркого солнечного света, зажмуриваю один глаз, чтобы хоть как-то найти телефон, и наконец-то выключаю будильник. Слава Богу. Мое сердце скачет галопом по грудной клетке, ладони вспотели. Я пытаюсь собрать мысли в кучу, но слышу, как стучат в дверь, и поэтому растерянно смотрю в ее направлении.

– Доброе утро, милая, – говорит мама. Она настолько бодра, что мне даже сложно разглядеть ее. – Все в порядке?

– Да, – кряхчу я. Но это неправда. Я чувствую себя как в палате после операции. Мама носится по комнате. Хотя, может, она и не носится, но мне так кажется, и я прикладываю все усилия, чтобы отследить ее передвижения.

Ее взгляд падает на пакет с подарком для Лариссы, который лежит на полу рядом с кроватью, и этот взгляд все говорит за нее.

– Мне нужно было самой упаковать его, – бормочет она себе под нос.

– Почему? – спрашиваю я и тру глаза, пытаясь проснуться. – Что с ним не так?

– Что с ним не так?

– Он все-таки не совсем ужасен.

– Тесса, я прошу тебя! – сердится она.

– Черт, мама, это всего лишь дурацкая упаковка!

– Да, именно так это и выглядит, – возмущается мама. – Я утром испекла два пирога, сходила за покупками и упаковала все подарки, а ты не можешь довести до конца одно единственное… – она обрывает предложение на середине и шокированно смотрит на меня. Будто она забылась, и тут ей вдруг вспомнилось, что я могу в любую секунду умереть, а последние слова, которые она мне сказала, будут неприятными. Первый раз за несколько месяцев она снова была настоящей. Как до того, когда я получила пожизненный абонемент. – Я… – шепотом начинает она и качает головой.