Сводные влюбленные - Лана Кохана

— Мы же не… — Я не смогла закончить вопрос из-за пульсации в голове.

В правом глазу что-то свербело, и я вытащила линзу, с удивлением отмечая, что второй на месте нет. Парик растрепался, но держался как пришитый.

— Мм?

— Мы с тобой… Эм… Ты пользовался ночью тем мечом, что у тебя для чародеек?

— Что?

— Не ржи! — негодовала я, пока надо мной бесстыдно потешались. — Отвечай прямо. Был у нас секс или нет?

— Нет, конечно.

— Гарантируешь? — требовала я, ведь моя собственная память воспроизводила лишь отрывки прошлой ночи.

Точно помню, что наговорила лишнего (вроде истории о том, как меня вырвало после первого соприкосновения эпилятора с интимной областью), а вот натворила ли…

— Между нами ничего такого быть не могло, Коллинз.

Это не было похоже на: «Я точно помню, мы не спали вместе», скорее это было: «Ты недостаточно хороша, чтобы я спал с тобой».

— Жижа в том числе из твоего стакана привела меня сюда, — рычала я, — и я ни черта не помню. Тебе бы лучше объясниться.

— Успокойся, я бы и пальцем тебя не тронул. Поцелуй не в счет, — быстро добавил он. — Его инициатором была ты.

Проклятье. Надеялась, что это мне привиделось.

— И пальцем значит? Но ты ведь тоже пил!

— А, ну, — снова засмеялся МакКензи, — разве что по пьяни.

Я потянула простынь на себя и с силой толкнула ногами парня, скидывая его с кровати, а после с пыхтением слезла с нее сама. Мне пришлось хвататься за близстоящие предметы, чтобы не потерять равновесие. Голова трещала, словно папин ящик с болтами и шестеренками. Живот крутило, как барабан стиральной машины. Казалось, он вот-вот вернет все, что было загружено для «стирки» и залито не холодной водой, а спиртным.

— Погоди, Коллинз! — донесся до меня крик МакКензи, когда я захлопнула дверь и поморщилась от громкости этого звука.

Он выбежал следом за мной и быстро нагнал благодаря своим длиннющим ногам.

— Ты забыла это. — Парень держал в руках лифчик, который все же выпал из моего заднего кармана.

— Какого?.. — раздался за моей спиной голос Макса.

Больше всего на свете мне хотелось кинуться к нему в объятия. Получить поддержку человека, который всегда на моей стороне. Но его вид заставил меня чувствовать себя еще более беззащитной.

Светлые волосы были растрепаны, костюм — натянут как попало и застегнут не до конца, а на участке груди, который не покрывала ткань, виднелась женская помада.

— Тебе не говорили, что некрасиво сбегать от девушки после совместной ночи? — хохотала Жасмин, припадая к руке братца. — Ой. А ты, должно быть, Полетт?

На этот раз я смогла разглядеть ее лицо. Это была та самая официантка, которую почему-то невзлюбила Лоис. С учетом того, что она терлась о моего брата, и цвет ее помады совпадал с размазанным следом на его груди, теперь я разделяла чувства подруги.

Макс

Тихое сопение на груди ранним утром не входило в мои планы. В голове отсутствовала информация о том, как я оказался в объятиях Керы и почему был в одних трусах. Радовало только, что это были не семейки в сердечко, которые подарила мне бабушка Берта на прошлый день рождения. И если первое время я был напряжен и озадачен, то спустя мгновение в моем теле осталось только напряжение.

Если я здесь, то где Этти?

— Который час? — сонно пробормотала Кера.

Самое время прояснить ситуацию.

— Что произошло? — Я попытался подняться.

Казалось, моя голова налилась свинцом, и кто-то надумал стучать по ней в ритме имперского марша.

— Тебе стало нехорошо, — зевала девушка, не открывая глаз. — Парни помогли отнести тебя сюда.

— А потом?

— Я раздела тебя. Думала, может, тебе стало тяжело дышать в этом костюме. Он такой узкий, еле стянула.

— Это была не моя кола, — вспомнил я.

— Брезгуешь пить из моего стакана?

— Не в том дело.

Просто обезболивающее плюс алкогольная бодяга — или что еще там было намешано? — равно самый поганый брат на свете. Повезло, что просто вырубился, а то смешивание алкоголя и лекарств (еще и на пустой желудок) — это прямая дорога в морг. Вперед ногами, естественно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я натягивал костюм, стараясь не упасть от головокружения и сдержать нарастающую в груди панику:

— Где моя сестра?

— Кто?

— Эт… Полетт. В костюме Цири. Белые волосы и рубашка, коричневая юбка, корсет. Ты знаешь, где она?

— У тебя есть сестра?

Черт. Черт. Черт. Черт!

Я подался на поиски Этти, борясь с обостренной реакцией на свет и проклиная себя за неосторожность. Не стоило идти на эту вечеринку. Тем более с мигренью, что маячит на горизонте.

Телефон Этти зажужжал на столешнице в кухне. Переступив через пару валяющихся тел, я забрал его и продолжил блуждать по дому, попутно набирая номер Бена.

Не успел он взять трубку, как одна из дверей длинного коридора отворилась и оттуда вылетела Этти. Мне хотелось заключить ее в объятия, прощая за глупый поцелуй и моля простить за то, что бросил, но следом за ней из комнаты вышел тот самый паскудный охотник за нечистью.

— Ты забыла это, — обращался он к Этти, протягивая ей бюстгальтер.

— Какого?.. — только и смог выдавить я.

— Тебе не говорили, что некрасиво сбегать от девушки после совместной ночи? — прильнула ко мне Кера. — Ой. А ты, должно быть, Полетт?

Я встретился взглядом с МакКензи и сделал один единственный вывод: ни черта эти сеансы с доктором Карр не помогают.

Полетт, полдень после вечеринки

— Ты даже не представляешь, как возрастает спрос на мои услуги после праздников, — широко улыбалась венеролог.

— Не сомневаюсь, — скривилась я.

— Итак, презерватив порвался?

Может, и не надевался. А может, и надобности в нем не было, потому что МакКензи был недостаточно пьян, чтобы переспать со мной.