Приручи меня, если сможешь - Евгения Чащина

— Об огурец язык не порежь, — хмыкает, кивая на мой завтрак.

— Сейчас кто-то по жопе отгребет, стерва, — смотрю на ее губы и понимаю, что язвит нарочно, только какую цель преследует?

— Уууу, мои любимые угрозы насилия, прямо утром к завтраку, обожаю, — продолжает язвить, глядя на меня. Затем смотрит на часы и снова на меня, — а к какому времени ждём первых клиентов?

— Трахну, если будешь много язвить, детка, — хмыкаю, игнорируя ее вопрос.

— Больше не буду, — отвечает язвительно.

— Стася, — повышаю голос, а сам смотрю на ее грудь, которой вчера мало уделил внимания.

— Упс, упустил свой шанс. Не ори. Не переношу крика. Пойду убирать.

— Сама дойдешь до кровати или помочь? — встаю стула и снимаю футболку, бросаю ее к ногам девушки и нахально улыбаюсь.

— Я не успею убрать квартиру, если ты будешь отвлекать меня всякими глупостями, — дразнит снова.

— Беги к кровати сама или будет хуже, — развязываю тесемки на шортах.

— Хуже это? — смотрит выжидательно, не спеша подняться, — на руках донесёшь?

Она вообще осознает, что это меня пиздец возбуждает? Этот дерзкий взгляд, поведение. И то, что в ней нет страха. Не зажимается и не готова меня сжечь только одним взглядом.

— Хочу тебя, иди ко мне.

Лениво встаёт на ноги. Кладёт палец на нижнюю губу и усмехается:

— Ты же язык обжег, как целоваться будем?

Хватаю ее за руку и тяну на себя. Влетает в мою грудь и смотрит на мои губы. Снимаю тонкую маечку и хороню ее рядом со своей футболкой.

— Ох, крошка, я же могу тебя не выпускать из постели до вечера, тебе лучше было не дергать тигра за усы.

— Не можешь, у нас дела. Поэтому давай по-быстрому, чтоб поскорее свалить к чертям из этого города. Он мне не нравится.

— Стаська, как же ты мне такой нравишься.

Я жадно хватаю ее своим лапами, целую на ходу в спальню и отключаю всех своих тараканов и заваливаю ее на кровать, с маниакальной нетерпеливость стаскиваю шортики и целую все любимые выпуклости и впадинки.

Удивлённо охает, когда я целую её там. Приподнимается на локтях, хмуря брови. На щеках румянец, теряется и смущается. Хочет что-то сказать, но растерянно закрывает рот.

— Что тебе нравится, колись, — нависаю над ней и хочу под шумок наконец-то плотно заняться ее сексуальным воспитанием.

— Когда ты целуешь мою грудь, — слегка задумывается прежде чем ответить.

Поочередно, едва касаясь кончиком языка, ласкаю соски, посасываю кожу и слишком поздно понимаю, что почти рычу, как довольный кот.

— У кого они готовы резать стекло? — улыбаюсь самодовольно.

Девчонка прикрыла глаза и закусила губу, отдаваясь на растерзание моему рту. Мычит, но не стонет, хотя хочу слышать не то, что стоны, а ее крик, только от удовольствия, не от боли.

— Главное язык не порежь, — задирает меня хриплым голосом вдруг, так и не открывая глаз.

Ладонь скользит по моей спине ниже, к моей заднице, и замирает там.

— Трахну, — рычу и хватаю ее ноги, поглаживаю, ухмыляюсь, видя, что выгибает спину и поддается мне.

Я уже даже не готов, я на грани. Пальцы ласкают клитор. Я хочу верить, что она увлажнилась. Если это так, то я завою от радости.

Не сухая, первые плоды есть, но я рад этому. Улыбаюсь, кончиками пальцев лаская ее горячую плоть. Красивая картина. Терпения, мужик, только терпения. Жизнь не научила, эта крошка научит.

— Мне нравится то, что я чувствую, Стась.

Рука тянется к смазке и презервативам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Дама предпочитает выбрать позу?

Смотрю в ее красивое лицо и расскатываю по члену резинку.

— Мне понравилась та, что была вчера, — отвечает, и подкрепляет слова делом: становится на четвереньки, призывным жестом прогнув спину и оттопырив попку.

— Что ты должна делать, если дискомфотно, Стась?

Целую ее поясницу, а пальцами смазываю половые губы.

Я ее брал жадно и настойчиво, едва сдерживался, старался не загоняться, ждал ее оргазма, не дождался. Взорвался, свалился на бок и зарычал от отчаяния. Это больно.

Встаю, на нее, не смотрю. Ухожу в ванную и лбом прижимаюсь к кафелю. Терпела, ничего не сказала, не пикнула. Приспосабливается. Просто тупо приспосабливается!

Вырываюсь из душной комнаты и ищу вещи, одеваюсь. Хватаю пачку сигарет и выхожу на балкон. К сексологу? Куда блядь валить? С кем советоваться?! Фригидная? Пиздец.

Курю одну, вторую. Тошнит на голодный желудок. За спиной слышу звонок. Вартан. Пиздюк. Вырываюсь в комнату и гаркаю в трубку. Опять без меня никуда.

— Завтра вернусь и натяну вас во всех позах, парни, заебали…

Иду на кухню, Стася хозяйничает.

— Все хорошо?

Скользит по мне взглядом, которого я не понимаю, и кивает.

— Ешь садись. Я полы помою.

— Стась, посмотри на меня и скажи, что чувствовала в этот раз, — настойчиво смотрю ей в лицо.

— Пока ты не свалил, как ужаленный, мне было приятно. Теперь не хочу говорить об этом. У меня мыльный раствор уже готов и ждёт, — на этот раз она не смотрит на меня и молча сваливает, отплатив мне моей же монетой.

Иду упрямо за ней, перехватываю руками тонкую талию и заставляю не дергаться, вжимаю спиной в свой живот и целую ушко.

— Не врешь?

— Отстань, поругаемся.

— Хочу получить твой оргазм, котенок, очень хочу, — хрипит мой голос.

— Многие всю жизнь без него живут, а ты два раза трахнул зашуганную девственницу и оргазм требуешь. Пусти полы мыть или тебя мыть заставлю!

— Я не требую здесь и сейчас, я хочу изучить тебя, хочу, чтобы ты этого хотела. Стась, я тебе нравлюсь?

— А что? Влюбился? — стреляет взглядом. Напоминает раздраженную кошку, которую держат против её воли. Был бы хвост — махала бы им из стороны в сторону.

— Стрелки не переводи, ты не на стрелочника училась, — закипаю и сильнее вжимаю ладони в низ ее живота, тру ее лобок и хрипло добавляю, — ответь.