Принцесса и дракон - Дэй Леклер

Но, ставя перед собой эти цели, она в глубине души знала, что больше никогда не будет свободной. Ребенок, которого она носит под сердцем, навсегда связал их с Драко. Однажды она уже попыталась от него убежать, но он ее нашел. Ей вряд ли удастся повторить попытку.

Пока она ела, Драко сделал несколько телефонных звонков.

— Чтобы получить разрешение на брак, нужно ждать четыре недели, — сообщил ей он.

— Так долго? — Шейла встревожилась.

— Не волнуйся, я связался с нужными людьми. Мы сможем пожениться сегодня днем. — Он посмотрел на часы. — Мы успеем съездить на прием к твоему новому доктору и перекусить.

— Хорошо, а то я уже начала беспокоиться.

— А мне снилось, что мы ехали в Лас-Вегас, чтобы пожениться, и у тебя во время церемонии начались схватки. Между ними ты бормотала брачные клятвы.

Шейла улыбнулась:

— Нам будет, что рассказать нашему сыну. — Она застонала. — Вот видишь? Я опять сказала «сыну».

Прислонившись боком к кухонной стойке, Драко сделал глоток дорогого коста-риканского кофе.

— Разве доктор Дорлинг не сказал, кто у тебя будет, когда делал тебе УЗИ?

— Я сама не захотела знать. — Она потрепала себя по животу. — Пусть это будет сюрпризом.

— Если родится девочка, мы все будем потрясены.

— Неужели это действительно такая редкость в вашей семье?

Драко пожал плечами:

— В каждом поколении семьи Данте рождается всего одна девочка. Ариана и Лазз уже позаботились об этом. Их дочка Амата родилась три месяца назад.

— Я ее видела. — Шейла улыбнулась. — Настоящий ангелочек.

Он посмотрел на часы:

— Нам пора выходить. Сегодня у нас напряженный день.

Сначала они поехали в клинику. Оба сразу прониклись симпатией к дружелюбной миловидной акушерке, которая, осмотрев Шейлу, сообщила им, что роды могут начаться в любое время. Перекусив в кафе, они отправились в мэрию за разрешением на брак. Шейла устала и всю обратную дорогу спала. Когда они приехали домой, Драко начал уговаривать ее прилечь.

— Я отдохнула в машине, — возразила она. — Мне надоело, что со мной обращаются как с инвалидом.

— Звонил Примо, — сообщил ей он. — Он договорился со священником на сегодняшний вечер.

— Так скоро? — спросила Шейла и тут же пожалела об этом.

Выражение лица Драко стало холодно-вежливым, похожим на маску.

— Доктор сказала, что ребенок может родиться со дня на день, и я не думаю, что нам следует терять драгоценное время. Ты не согласна с этим?

— Конечно согласна. Ты абсолютно прав. Где и во сколько состоится церемония?

Драко немного смягчился:

— В доме Примо в восемь часов. Как раз перед закатом.

— Звучит здорово. — Неожиданно ей в голову пришла тревожная мысль, и она взволнованно посмотрела на Драко: — Я не могу сейчас отдыхать. У меня нет на это времени.

— Почему? — с нетерпением произнес Драко.

— Потому что среди моих вещей нет ничего, что могло бы сойти за свадебное платье. Нам придется прямо сейчас поехать в город и что-нибудь купить.

— Не нужно паниковать. Жены трех моих кузенов недавно были беременны. Уверен, у кого-нибудь из них найдется подходящее платье. Всего один звонок — и оно будет ждать тебя в доме Примо.

У Шейлы были кое-какие сомнения, но все они рассеялись, как только они с Драко приехали к его деду. Женщины проводили ее в одну из спален. Там на дверце шкафа висело платье. Одного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы понять, что оно не одолжено у кого-то, а куплено специально для нее.

Она изумленно уставилась на него, даже не пытаясь сдержать слезы. От расшитого жемчугом корсажа с воздушными рукавами из кремового тюля и завышенной талией мягкими складками спадала свободная шифоновая юбка. Рядом висела вуаль, при виде которой у Шейлы перехватило дыхание. Тиару, к которой была прикреплена вуаль, украшали жемчужины и крошечные огненные бриллианты. Настоящее произведение искусства и, безусловно, семейная реликвия.

Шейла коснулась вуали дрожащими пальцами:

— Это самая красивая вещь, которую я когда-либо видела.

Элия, мать Драко, обняла ее:

— Я надевала ее на свою свадьбу. У меня была такая же реакция, как у тебя.

Затем женщины Данте занялись ее волосами и макияжем. Шейла весело болтала с ними, запрещая себе думать о том, что сегодня вечером ее жизнь изменится навсегда. Закончив, они отошли назад, чтобы она оценила результат их работы.

— О, — пробормотала она, рассматривая себя в зеркало. — Вы сделали из меня красавицу.

— Только не нужно плакать, дорогая, — предупредила ее Джанна, — а то все усилия девочек пойдут насмарку.

Шейле не хотелось расстраивать Ларкин и Теа, которые постарались на славу. Они подчеркнули ее высокие скулы, сделали ее темные глаза еще более выразительными, а губы — сочными и чувственными. Джанна тоже оказалась настоящей волшебницей. С помощью щипцов она превратила волосы Шейлы в гриву буйных кудрей.

— Теперь моя очередь, — сказала бабушка Драко и аккуратно прикрепила к ее волосам веточку с цветками жасмина. Рядом на столике лежал букетик из этих же цветов. — Они из нашего сада. Примо нарвал их специально для тебя.

Затем Элия посмотрела на часы и сообщила, что пора одеваться. Благодаря помощи женщин это не заняло много времени. Удивительно, но под мягкими складками подола беременность Шейлы была практически незаметна.

— Вуаль — это старое и одолженное, — произнесла Джанна с улыбкой. — Платье — новое. — Она указала на ленточку, которой был перевязан букет. — А это голубое.

Обнаружив, что не может произнести ни слова, Шейла поочередно обняла всех своих помощниц. Уже совсем скоро она станет одной из женщин Данте.

Когда к ней, наконец вернулся дар речи, она произнесла дрожащим голосом:

— Огромное спасибо всем вам.

Остаток вечера прошел как во сне. Она присоединилась к своему жениху в саду, полном ярких цветов и сочной зелени. Все Данте были уже там. Она ощущала их тепло и поддержку. Когда последние лучи заходящего солнца осветили собравшихся, священник объявил Драко и Шейлу мужем и женой.

Тогда Драко поднял вуаль с ее лица и, взяв в ладони ее лицо, довольно заявил:

— Теперь ты моя жена.

С этими словами он поцеловал ее. Этот поцелуй развеял остатки волнения, разрушил последние барьеры, разделявшие их. Он был полон надежд и обещаний.

«Если бы только все это было по-настоящему», — промелькнуло у нее в голове. Если бы только ребенок, толкающийся внутри нее, не был причиной этого брака.

Если бы только они любили друг друга.