Маски прошлого - Ронда Бэйс

Солнце нещадно палило, и капли соленой воды испарялись с ее бархатистой кожи с поразительной быстротой. От холодных брызг она вздрогнула и подскочила.

— Все-таки сдалась! — констатировал Джастин, не скрывая превосходства.

— Да, каюсь! — Рейчел улыбнулась. — Уже просто нет сил!

Она поднесла руку к лицу, прикрывая глаза от солнца и глядя на Джастина.

— Да я тоже уже созрел для того, чтобы поесть. — Он опустился на покрывало, открывая корзину с едой.

— Зато Элизабет, по-моему, напрочь забыла о собственном голоде, — с улыбкой заметила Рейчел, наблюдая за девочкой, плескавшейся в голубой воде.

— Согласен. — Джастин расстелил небольшую скатерть и быстро сервировал ее. — Налетай, — предложил он Рейчел.

— Не откажусь! — Поджав ноги, она села, приступая к трапезе. — Господи, как же я хочу есть!

Джастин с улыбкой наблюдал за ней некоторое время. Заметив его взгляд, Рейчел смутилась. Он так откровенно разглядывал ее, что ей неожиданно захотелось укутаться в полотенце, чтобы скрыть свою полуобнаженную фигуру от его заинтересованного взора.

— Сколько Элизабет? — спросила она, чтобы отвлечь его от ненужных мыслей.

Джастин нахмурился. Он явно не был готов к откровениям.

— Скоро будет семь, — все же поделился он.

Рейчел еще раз посмотрела в ту сторону, где резвилась девочка.

— А что с ее мамой? — не удержалась она от вопроса.

Он долго молчал. Она взглянула на него, заметив тень, набежавшую на его лицо.

— Если не хочешь, не отвечай, — поспешно произнесла Рейчел. — Это совсем не мое дело, и я не хотела лезть. Прости.

— Ее мама решила, что Элизабет будет лучше со мной, — медленно подбирая слова, сказал Джастин. — Для нее карьера важнее всего. А раз я не собирался жениться на ней, как она планировала, то она избавилась от Элизабет, как только это стало возможным.

Рейчел вздохнула. Что-то подобное она и ожидала услышать.

— Они видятся?

Джастин невесело усмехнулся.

— Шутишь? — Он отвел взгляд и посмотрел на дочь. — Китти забыла о дочери, как только я забрал ее. Она подписала все бумаги и больше не имеет никаких прав.

— Какой ужас, — прошептала Рейчел.

— Разве? — Он перевел взгляд на нее. — А по-моему Элизабет, наоборот, повезло, что все так разрешилось. Лучше быть хотя бы с одним из родителей, чем вообще одной.

— Да, это так, — кивнула Рейчел. — Ты очень привязан к ней. Мне казалось… — Она на мгновение замялась, осознав, что чуть не проговорилась о том, что знает его. — Мне казалось, что мужчины твоего плана не способны на такое.

Он улыбнулся.

— Ты ошиблась.

— И я очень этому рада, — тихо проговорила она, пристально глядя на него.

И мир вдруг закружился, сметая все на своем пути, оставляя только их одних. Его глаза, словно бездонные озера, манили ее. И она спешила погрузиться в них, чтобы забыть обо всем на свете. Волнение охватило ее. Во рту пересохло, и все слова замерли, так как не были нужны в этот момент.

Его глаза потемнели от полыхающей в них страсти. Рука его коснулась ее руки. И словно тысячи электрических разрядов пронзили ее кожу. Дрожь пробежала по всему ее телу.

Джастин подался вперед. Его лицо неумолимо приближалось. И Рейчел не могла сопротивляться этому моменту. Потому что и сама она хотела коснуться губами его губ, почувствовать их, вспомнить, какие они. Они прильнули друг к другу в поцелуе и тут же отпрянули в разные стороны, вдруг испугавшись страсти, объединившей их.

Рейчел взволнованно смотрела на него. Она вдруг поняла, что ничто не забыто ею. Ничто… И все эти годы она боролась с самой собой, совершенно не догадываясь, что это просто безнадежно.

— Эй, берегись! Я иду есть! — Восторженный возглас Элизабет вернул их в реальность.

Джастин посмотрел на приближающуюся дочь.

— Поторопись! — подзадорил он. — А то Рейчел скоро ничего не оставит.

Рейчел удивленно распахнула глаза и шутливо шлепнула его по руке.

— Не верь ему, Элизабет! — умоляюще попросила она. — Я не такая обжора, как утверждает твой отец!

Девочка остановилась и весело посмотрела на них.

— Рейчел, не беспокойся! Папа просто любит пошутить!

Рейчел улыбнулась.

— И я уже в этом успела убедиться… — пробормотала она.

— Вот как? — усмехнулся он.

Она подняла на него свои зеленые глаза. Он смотрел на нее. И вновь время остановилось…

— У, какая вкуснотища! — Элизабет с увлечением взялась за цыпленка.

Рейчел вздрогнула и улыбнулась. Джастин улыбнулся в ответ. Они оба поняли, что никуда им не деться друг от друга. И ожидание того момента, когда они останутся наедине, вдруг заставило обоих испытать необъяснимое волнение.

Они одновременно потянулись за салфетками, столкнулись руками и тут же отдернули их, словно обожглись друг о друга.

Рейчел дрожащей рукой поднесла салфетку к губам.

— Спасибо, было очень вкусно, — произнесла она, чтобы хоть как-то отвлечь Джастина.

— Да, повара здесь стараются на славу, — согласился он, лукаво глядя на нее.

И от нее не укрылась его усмешка. Смутившись, она обратилась к Элизабет:

— Кстати, а ты умеешь плавать?

— Да, немного, — ответила девочка. — Папа обещал взять меня с собой позаниматься дай-вин-гом. — Она с трудом произнесла последнее слово, которое, чувствовалось, было для нее еще непривычным.

— Тебе очень понравится, — с улыбкой заметила Рейчел. — Посмотришь на подводный мир. Это так увлекательно!

— Ты тоже занимаешься этим дайвингом? — поинтересовалась девочка, с любопытством глядя на нее.

— Да, время от времени, — уклончиво ответила Рейчел, неожиданно осознав, что построила разговор так, словно напрашивается на приглашение. — Так что обязательно заставь папу с тобой поплавать, — сказала она, чтобы сразу отвести от себя все подозрения. — Ты увидишь много чудесного, о чем будешь вспоминать еще долгое время!

Рейчел бросила короткий взгляд на Джастина. Его глаза смеялись, наблюдая за ней.

И тепло, исходившее от них, вдруг окутало ее незримым облаком, даря легкое ощущение близости.

Взглянув на часы, Джастин вздохнул.

— Все было замечательно, дамы, но надо собираться в обратный путь.

Элизабет разочарованно вздохнула.

— Ну, папа! Здесь так здорово! Я не хочу отсюда уезжать! — воскликнула она.

— Вот увидишь, моя крошка, когда мы доберемся до виллы, уже будет вечер. И мысли твои будут только об одном: чтобы поесть и лечь спать.