Влюбись в меня, Воробышек! - Янина Логвин

– Что?

– Что?! – оба родителя тут же всполошились и, кажется, мысленно схватились рукой за сердце. В отличие от Сони, они были людьми взрослыми и домысливали буквально.

– Рита? – вопросительно отозвался папа, чуть не раздавив в сильных пальцах бокал. – Дочка, неужели есть то, о чем мы не знаем?!

О, Господи! Еще немного таких намеков, и этого Воробышка на мне женят! Даже из душа выйти не успеет!

– Нет, что вы! – замотала я головой, выставив перед собой ладонь. – Ничего такого, о чем вы подумали – нет! Просто вы уехали, а Даня как раз вернулся в город, вот я и подумала, что могу пригласить его в гости на чай. Но если бы вы были дома, то я бы никогда…

– На чай?! – в кухню успел войти Степка и теперь с сомнением хмыкнул, наклонившись к полу, чтобы поднять измазанную в кетчупе салфетку: – Наверное, с воздушными пирожными. Х-ха! – подтянул на бедрах штаны. – И кто в этот детский сад поверит?

Это было уже слишком. До сих пор брат ничего такого себе не позволял, и на правах старшей сестры я повернулась к нему и сердито ответила:

– Не твое дело!

– Рит, ну чего ты… – примирительно пролепетал брат, но я все равно отвесила ему легкий подзатыльник:

– А это за кексы и горох, умник! И вообще, сам напакостил, вот сам и убирай! Я тебя разве просила вмешиваться?

Дверь в ванную комнату открылась, и в конце коридора показался Воробышек – уже в шортах и футболке, все такой же спортивный и идеальный парень. Повернув голову, посмотрел на нашу компанию, потом на меня и направился в прихожую.

Наверное, мне стоило одной его проводить, но когда у тебя большая семья, которая привыкла мыслить и действовать коллективно – сделать это почти невозможно.

– Я пойду провожу Даню?

– Конечно, Рита, – сказала мама, но следом за мной увязалась Соня, за ней Степка… А за ними и Даша «случайно» выглянула из кухни, услышав вдруг, как гость в прихожей громко чертыхнулся.

– Что это? Опять?!

Воробышек стоял у двери, держал в руке свой кроссовок, а на полу возле его босой ноги, с которой он успел стащить носок, лежало разбитое яйцо – точнее всё, что от него осталось, когда парень вытряхнул «сюрприз» из своей обуви.

Но возмутился парень не в мою сторону, как я ожидала, а поднял взгляд на папу. Он только что вошел в прихожую вслед за Дашей, и теперь мрачно наблюдал за происходящим.

– Вам не кажется, Андрей, что это уже слишком, – сказал Данил неожиданно серьезно, тем самым показавшись старше. – Босиком я отсюда не уйду, не ждите! Я вам не мальчик для семейных развлечений. Прости, Рита, – он взглянул на меня, – но твоего брата не мешает хорошенько выдрать за уши. Если он сейчас не признается, где еще напакостил – я это сделаю, будьте уверены. Довольно с меня на сегодня сюрпризов!

Слова парня прозвучали достаточно холодно и всерьез, чтобы до Степки дошло, что с таким Воробышком шутки плохи и пора нырять в тень.

– Степа! – с укором ахнула Даша. – Ну как тебе не стыдно! Это уже просто свинство с нашей стороны. Ты все слышал. Говори, что еще успел испортить?

Теперь покраснел брат. Но точно не от чувства вины, а предчувствуя взбучку от родителей. А еще потому, что взрослый парень при папе пригрозил надрать ему уши, как сопливому мальчишке – вот это Степке было сложнее всего вынести. Наверняка в его мыслях мой гость, обнаружив на своих ногах кроссовки с «подарком», к этому моменту должен был трусливо сбежать, поджав хвост. А не прижать его, поймав на горячем.

Но Степка не был бы сам собой, если бы не попытался выкрутиться.

– А я что? Я ничего! Мам, да я вообще с вами был! Вы же меня видели!

– Знаю я, какой ты у нас фокусник-иллюзионист. Говори сейчас же, а то разрешу Дане самому у тебя спросить!

Степка насупился, секунду поколебался, но пробухтел:

– Во втором кроссовке тоже яйцо. И горчица с перцем в карманах куртки… И это все! Честное слово! У Женьки спросите!

Услышав, что его сдали, мимо пробежал Ёжик и скрылся в детской. Но из нас никто и не сомневался, чьими руками пакостил брат.

– Степан, – проговорил папа спокойно, но тем не менее твердо, – ты слышал. Выстираешь всё и вычистишь. Включишь сушилку, и чтобы утром одежда была, как новая.

– Но, пап!

– Сделаешь, и можешь не извиняться! Ты еще здесь?..

Это был серьезный довод, просить прощения брат терпеть не мог, как и сознаваться в своих проделках. Поэтому, взяв в руки дорогую куртку Воробышка и кроссовки, Степка нахмурился и ушел, а папа повернулся к парню.

– Даня… Хм, – хмыкнул скупо, – думаю, ты можешь остаться у нас, раз уж отказываешься уходить босиком. Переночуешь в комнате Риты.

– Андрей… – почему-то вместо меня покраснела мама Даша, а я растерянно мигнула. Но только потому, что сообразить не успела.

– А Рита поспит вместе с Соней! – пророкотал папа и устало выдохнул: – Я согласен с парнем нашей дочери, нам всем на сегодня хватит сюрпризов!

Глава 11

– Ну и почему ты не ушел? Тебе ведь не понравилось у нас.

На этот раз мы с Воробышком находились в моей комнате, и он со скучающим видом оглядывался по сторонам, сунув руки в карманы шорт.

– Я такого не говорил.

– Но наверняка подумал, я точно знаю.

– Девушка моего брата считает, что скорость мысли человека втрое меньше скорости света, что все равно впечатляет. Именно поэтому мы способны домысливать и фантазировать в неограниченном поле возможностей. Я успел о многом подумать, Ромашка, пока меня не обмакнули в кетчуп и чуть не превратили в яичницу. Не цепляйся к мелочам.

– Но если честно, Даня. Из принципа? По той же глупой причине, по которой ты надел мне на ногу туфлю и пошел к нам в дом, хотя мог