Мой сводный идеал - Елена Попова

Послышался топот по лестнице.

Я успела сделать пару шагов по коридору, как из комнаты, на ходу надевая пиджак, выбежал папа.

— Привет, дочь! Ты как? — он бегло обнял меня и мы вместе быстрым шагом пошли к лестнице.

— Все нормально, пап. Опаздываешь?

— Мы только час назад вернулись из Ярославля. Думал, успею подремать, но на работе опять аврал! — нахмурился папа и тут же заводил носом по воздуху.

 — М-м-м, Катерина испекла блинчики?

Во время завтрака за столом повисла подозрительная тишина.

Папа с Катей смотрели на нас троих по очереди, но не задавали никаких вопросов.

А когда они отводили взгляд, я замечала, как Руслан и Князь испепеляли друг друга взглядом.

Князь подмигнул мне, а Руслан, заметив это, сжал вилку так сильно, что на его руке забелели костяшки.

Мне казалось еще чуть-чуть и эта вилка прилетит кому-то в глаз.

Князь, нагло глядя на брата, почесал средним пальцем щеку. А переведя взгляд на меня, снова подмигнул.

— Так все, Кать, нам пора! — взглянув на часы, сказал папа и, убрав за собой со стола, пошел одеваться.

Катя быстро допила чай и тоже вышла из-за стола.

А братья Князевы, несмотря на то, что в их тарелках и чашках было уже пусто, сидели неподвижно и ждали, когда я доем блин.

Я поняла: Князь не желал, чтобы я оставалась наедине с Русей, а Руся — не хотел оставлять меня в компании брата.

А как только я вышла из-за стола, они оба тут же последовали моему примеру.

Одновременно пошли одеваться, и одновременно вышли на улицу…

«О, боже… Не хватало еще что б из-за меня братья стали еще большими врагами…»  — вздохнула я, застегивая куртку.

Руслан сидел в машине, а Князь — стряхивал со своей снег.

— Может, со мной прокатишься, сестричка? — улыбнулся он. — Уверен, ты еще не каталась на нормальных тачках.

Я усмехнулась над ним и, проходя мимо, бросила:

— Вот бы в школьные годы в тебе было столько же ума, сколько сейчас самоуверенности.

— А ты не веришь в то, что люди могут меняться? — выкрикнул он мне в спину.

— Пока что я этого не заметила, — не оборачиваясь, ответила я и села в джип.

По дороге в универ Руслан возмущался:

— Ведет себя как упрямый ребенок! Мама заслуживает счастья, как он этого не понимает? За жизнь с отцом она достаточно хлебнула горя… — Руслан замолчал, но я не могла не спросить.

— Почему Тимур винит Катю в его смерти?

Руслан вздохнул и, выдержав небольшую паузу, все же посвятил меня в их семейную историю.

— У отца было тяжелое заболевание сердца, против которого российские врачи были бессильны. Мама отчаянно искала, где смогут ему помочь, и нашла единственную клинику в Германии. Операция стоила огромных денег, просто неподъемных для нашей семьи. А еще нас предупредили: вероятность того, что обойдется без рецидива, ровнялась одному проценту из ста.

Руслан свернул налево, умело вписался в поток машин и продолжил.

— Отец напрочь отказался от операции. Он не хотел, чтобы мама продавала квартиру и дачу. Так и сказал: один процент — это капля в море. Почти без шансов. А ты с детьми останешься на улице. И мама согласилась с его решением… Чем и разозлила Тимура. Он до последнего настаивал, чтобы она все продала и отвезла отца в Германию, — Руслан глубоко вздохнул.

— После смерти отца Тимур на какое-то время потерял с нами связь. Переехал к бабушке, ездил от нее через весь город в школу. Брат никак не мог понять: мама не заслужила такого отношения. Она сделала все, что было в ее силах. В последние годы, когда отец уже не мог работать, она пахала как проклятая. Его обезболивающие лекарства стоили очень дорого, поэтому днем мама работала в бухгалтрии, а вечером — расклеивала листовки на подъездах. Мы с Тимой, кстати, ей тоже в этом помогали.

— Наверное, Тимур был очень близок с отцом, раз так тяжело переживал его смерть? — поинтересовалась я.

— Да. Во всяком случае, ближе, чем я. Отец в молодости тоже занимался кикбоксингом и, как рассказывала мама, он привел Тимура в спорт, когда тот еще пешком под стол ходил.

Вдруг глаза Руслан замерли в одной точке, зрачки расширились, и машину плавно повело на встречную полосу.

— Руслан! — крикнула я и на автомате схватилась за руль.

Глава 20

― Я чуть не умерла от страха! Русь, что на тебя нашло? ― задыхаясь, спросила я.

 И только когда мы, вернувшись на свою полосу, остановились на светофоре, я отпустила руль.

А потом перевела взгляд туда, куда так взволнованно смотрел Руслан.

Длинноволосая шатенка с личиком как у фарфоровой куколки переходила дорогу и мило улыбаясь, разговаривала по телефону.

Мы оба замерли, глядя на нее. А когда стоящая за нами машина громко посигналила, Руслан, придя в себя, тронулся с места.

― Ты ее знаешь? ― нахмурилась я.

Он как будто не услышал мой вопрос. Отрешенным взглядом смотрел на дорогу, сжимал и разжимал пальцы на руле, едва не проехал на красный.

― Русь, если ты не хочешь, чтобы мы кого-нибудь сбили, то…

― Да, извини! ― он резко выпрямился. ― Что ты спрашивала?

― Кто та девушка в белой шубе? Ты так смотрел на нее…

― Мы встречались. ― Руслан откинулся на спинку кожаного сиденья, прерывисто вздохнул и добавил: ― Но это в прошлом…

Мне стало интересно, как долго они были вместе и из-за чего расстались?

Но по виду Руслана было ясно, что сейчас он точно не готов отвечать на подобные вопросы.

Я прижалась лбом к стеклу и всю дорогу до универа ехала молча.

Окружающий мир как будто исчез. Исчезли дома, остановки, магазины, люди, машины. Остался лишь образ той девушки. Я не понимала, что вдруг начало со мной происходить? Почему она меня так разозлила? Хотя нет, не она сама, а то, каким взглядом смотрел на нее Руслан.

«Он сказал, она в прошлом? Нефига не в прошлом! ― возмутилась про себя я, вспомнив его взгляд. ― На людей, которые остались в прошлом так не смотрят!»

Первой парой была информатика. И сегодня я стала гвоздем программы: не ответила ни на один вопрос по