Перекресток судьбы - Кара Уилсон

Она успокоилась и нехотя отступила от него.

– Спасибо, что приехал, – хрипло проговорила она.

Они вошли в дом. Какая-то сила заставила Эмили подняться в детскую комнату. Пустая, она выглядела сиротливо.

Здесь по-прежнему витал сладкий детский запах, который говорил о недавнем присутствии малышки. Надолго ли останется здесь этот дух? – подумала Эмили. Нет, не хватит у нее храбрости когда-нибудь взять другого ребенка, заботиться о нем, любить всем сердцем, а потом отдать.

Она стояла посреди комнаты, вновь чувствуя подступающие к глазам жгучие слезы. Она глубоко вздохнула и заставила себя успокоиться.

– Я могла бы быть хорошей матерью, – хрипло пробормотала она. – Я знаю это.

Фабиан улыбнулся.

– Да, ты права, Клара заставила меня осознать это, – сказал он. – У тебя талант. Самый главный талант, какой может быть у женщины.

Эмили пыталась сохранить самообладание.

– Прости, что я оказалась такой сентиментальной дурой, но со мной все будет в порядке. Скоро начнутся занятия в школе, и у меня не останется времени для грусти.

Фабиан обхватил руками ее лицо и поцеловал. Это был нежный, любящий поцелуй, от которого по всему ее телу разлилось тепло.

Он взял Эмили под руку.

– А теперь мы едем кататься по побережью. Потом поужинаем.

Проехавшись по прибрежному шоссе, они нашли маленький уютный ресторанчик и прекрасно поужинали, наблюдая, как садится солнце.

После этого мужчина и женщина долго бродили по заброшенному пляжу, взявшись за руки. Ее босые ноги ощущали все еще теплый от солнца песок. Эмили чувствовала себя полностью умиротворенной, слушая плеск волн и наблюдая, как на темном небе зажигаются звезды. Они сели, прислонившись спинами к нагретым за день камням утеса.

Фабиан обнял Эмили, и она положила голову ему на плечо – это было так естественно.

Вдохнув солоноватый воздух, она тихо проговорила:

– Как хорошо здесь ночью.

– Да. Мне нравится ночной пляж. Я всегда скучаю по нему, когда уезжаю отсюда.

Тишина. Они вдвоем в темноте. Негромкие всплески океанских волн. Эмили закрыла глаза, чувствуя, как тревожное тепло охватывает ее. Ведь рядом такой дорогой для нее человек.

Она так сильно хотела его. Так сильно.

Фабиан слегка отодвинулся и поднял ее лицо. Его губы сначала были нежными, потом с возрастающей страстью его язык коснулся ее языка. Эмили словно обожгло. Дыхание участилось, и она беспомощно прислонилась к нему. Его рука ласкала ее грудь.

– Я хочу тебя, – хрипло пробормотал Фабиан. – О господи, я так сильно хочу вновь ощущать тебя, прикасаться к тебе. А ты?

– Я тоже, – прошептала Эмили.

– Пойдем ко мне.

– Давай… просто останемся здесь. – Было трудно говорить, трудно дышать.

Эмили почувствовала, как он улыбается.

– Животному, которое проснулось во мне, ничего, кроме этого, не нужно, – мягко сказал он. – Но это будет безответственно.

Мысли и слова кружились в голове Эмили.

Фабиан нежно поцеловал ее, взял за руку, вскочил на ноги и потянул за собой. Эмили уткнулась лицом в его теплую шею, прижалась к нему, ощущая твердую плоть, которая заставляла ее изнемогать от желания.

Она слышала плеск волн – первобытный ритм, старый, как бег времени. Чувствовала, как рука Фабиана крепко сжала ее руку.

– Пойдем, – сказал он.

Эмили понятия не имела, как они добрались до дома Фабиана, и не воспринимала ничего, кроме близости дорогого и так нужного ей сейчас человека. Словно она находилась в другом измерении, где чувства были единственной реальностью.

В спальне Фабиан мгновенно снял с нее всю одежду, целуя и лаская Эмили, отчего она затрепетала. Было просто божественно ощущать его руки и губы, требовательно ласкающие самые чувствительные места.

Фабиан скинул с себя одежду, и они утонули в блаженном тепле широкой постели. Дыхание их было тяжелым и прерывистым от извечного зова плоти. Эмили целовала тело любимого мужчины – каждый дюйм его упругой смуглой кожи, стонала от невыносимого желания, сжигавшего ее, и уже не сдерживала себя.

Она и раньше представляла в своих мечтах, как снова займется любовью с Фабианом, как это будет чудесно. Но ничто не могло сравниться с реальностью наступившего момента. Море чувств переполняло ее. Эмили никогда не знала такого голода и такого сладкого блаженства. В краткие мгновения проблесков сознания она понимала свое безумство.

Но вот в какое-то мгновение Эмили очнулась. Я словно сумасшедшая, подумала она, не узнавая себя. Волна страха и смущения нахлынула на нее.

– Что случилось? – Фабиан поднял голову.

Эмили видела его глаза в сумрачном свете луны. Она перевела дыхание.

– Я… ничего. Я просто боюсь себя.

Он нежно улыбнулся.

– Но ты же не боишься меня? Я люблю дикую откровенную страсть. – Фабиан прикоснулся губами к ее соску, дразня его и лаская. – Но должен признать, что не помню тебя такой. Твоя раскованность очень возбуждает.

– Ты смущаешь меня.

– Что во всем этом может смутить взрослую женщину? – нежно прозвучал его голос. – Это волшебство. Блаженство – смотреть на твое обнаженное тело, твои плавные движения, видеть желание в тебе, прикасаться к тебе и пробовать на вкус, да просто чувствовать тебя рядом с собой. – Фабиан едва слышно простонал, коснувшись ее губ. – Я схожу с ума от страсти.

Эмили понимала это. Его слова вновь взяли верх над разумом. Глаза и губы Фабиана разослали сотни блаженных импульсов по ее телу, и она вновь потеряла ощущение реальности.

Эмили пылко отвечала на его поцелуи, блуждая руками по телу Фабиана. Она полностью подчинилась невыносимому, страстному желанию. Ее тело выгнулось, олицетворяя собой саму женственность и чувственность, ведь губы и руки Фабиана вытворяли нечто безумное с ней.

Эмили погрузилась в сладкую истому. Они целовались горячо и страстно, слившись в объятиях. Два любящих сердца вновь обрели друг друга.

Тело Эмили реагировало на первородные инстинкты и двигалось в танце страсти. Она выгибалась навстречу Фабиану, желая его все больше и больше. Ей хотелось навсегда запомнить вкус его тела, звук учащенного дыхания, ощущение его плоти глубоко внутри себя.

Фабиан со стоном прошептал ее имя, теряя контроль над собой. И Эмили охватило блаженство.

Их тела двигались в унисон, слившись в единое целое, пока безумие не достигло наивысшей точки, подарив их телам и душам наивысшее наслаждение.

Изнуренные, они лежали в постели в тесных объятиях. Эмили была во власти этого волшебства. Ее переполняли чувства любви и нежности, радости и благодарности. Что-то словно расцвело в ней, излучая манящий яркий свет.