Больше не игрушка - Светлана Ершова

– Так ты идёшь, или ещё посидишь?

Выбравшись наружу, супруг хмуро заметил:

– Я совершенно не понимаю твоей логики. Нормальная женщина после слов о свадьбе по физиономии должна была съездить, а не целоваться лезть.

– А поцелуй тебе прилетел по другой причине. За то, что даже убийство бы мне простил, спрятав от правосудия. Конечно, это не понадобится, но за готовность помочь я всё равно тебе благодарна. Может, и свадьбу прощу, а то, пока я бы разбиралась в себе, упустила бы самого лучшего мужчину на свете. А так ты мой и, что самое главное, сам выбрал такую участь, теперь не жалуйся, – заявила я, широко улыбнувшись.

– Я и не собирался. А если уж сильно прижмёт – тихонько поплачу в подушку, и никто не узнает, как тяжело мне с тобой живётся, – с довольной ухмылкой ответил муж, подхватывая игру и, приобняв за талию, увлёк меня к подъезду.

– Прошу, только не рыдай при мне, я этого не вынесу.

– Будет настолько меня жаль? – заинтересованно выгнул он бровь.

– Не-а – скончаюсь со смеху!

– Ну вот, а говорила, что не стерва! – вздохнул супруг с притворной грустью, лукаво на меня покосившись.

– Если только совсем чуть-чуть, – призналась, теснее прижимаясь к его боку.

Поднявшись на третий этаж, я достала ключи от квартиры, которые Алекс тут же у меня забрал, сам открыл дверь и первым вошёл в прихожую. Марина появилась, словно караулила нас за углом.

– Алекс... Ирина... Так вот где ты ночевала! И каково чувствовать себя дрянью, уведшей мужика у подруги? – сначала растерявшись, она быстро перешла на злобное шипение.

– Ты мне не подруга. И мужик мой! – невозмутимо пожала я плечами.

– Где Костя? – встрял Воеводин, не дав нам устроить женские разборки.

– На кухне! – фыркнула соседка и хотела было скрыться в своей комнате, но...

Ухватив повыше локтя, Алекс потащил её в кухню, совершенно не обращая внимания на то, что девушка сопротивляется, выплёвывая ругательства. Бесцеремонно толкнув её на стул, муж посмотрел на вскочившего на ноги Костю, отчего он тут же сдулся и сел, глядя на Воеводина с затаённым страхом.

– Итак, родственнички, у меня к вам несколько вопросов. Советую отвечать на них как на исповеди. Попытки солгать или увернуться будут караться сломанными пальцами... Костика, – проинформировал Алекс, упираясь руками в столешницу.

– А почему только моими? – возмутился блондин.

Настоящий джентльмен! В любой ситуации пропускает даму вперёд! Честно говоря, я даже брезгливо поморщилась, а Марина ошеломлённо захлопала ресницами, не сводя глаз со своего любовника. Муж ухмыльнулся, покачав головой, но эту ситуацию комментировать не стал.

– Кто вы такие и что искали в комнате Ирины?

– С чего ты взял, что мы...

Хрясь... И не договорив, Костик взвыл, прижимая к груди травмированную конечность.

– Я предупреждал. Попробуем ещё раз? Кто вы такие и что здесь ищете? – спокойно произнёс супруг, лишь бросив на меня настороженный взгляд, проверяя, как я отнеслась к его методам воздействия.

А я... да нормально, он же действительно предупреждал!

– Сложно объяснить кем мы являемся. Нас нанимают для мелких незаконных поручений. Что-нибудь добыть, разузнать. В основном шпионаж и шантаж, – затараторила Марина, с ужасом косясь на стонущего подельника. – В этот раз заказ отличался, но бабок предложили немерено, грех отказываться.

– В чём отличие и что вы должны были сделать?

– Молчи, дура! – рявкнул Костик.

Я и сообразить-то не успела, как это произошло, но по кухне вновь разнёсся хруст, тут же сопровождённый завываниями и матом.

– Стой, не трогай его, я всё скажу! – взмолилась соседка, и тут я поняла, что солидарна с блондином: она дура!

Он же её ни во что не ставит, а она готова на всё, лишь бы его защитить. Да уж, любовь поистине слепа, а судя по Марине, ещё и со слухом у этой напасти проблемы. Хотя мой, вон, пальцы людям ломает, а я даже не морщусь при этом, будто ничего сверхъестественного не происходит. Будто так и должно быть. Неужели я его люблю? Посмотрев на невозмутимого супруга, я залюбовалась чётким профилем, хмуро сведёнными бровями и недовольно поджатыми губами... Что ж, очень похоже на правду! Вместо того чтобы убегать в ужасе, стою, восхищаюсь. Ну не идиотка ли?