Бьянка со льдом 1: Ночь с последствиями - Мэри Блум

— А твоих подруг мы искать не будем?

— Они сами меня найдут, — отчеканила Бьянка и, приземлившись на мягкий диванчик, угрюмо уставилась в зал.

Он сел напротив, и объектов для созерцания у него было гораздо меньше: или темная стена, или сидящая перед ни хмурая Бьянка. Сначала он выбрал стену, но быстро об этом пожалел: кроме дрожащих отблесков всеобщего веселья, проходившего в стороне от их столика, смотреть там было совершенно не на что.

За его спиной раздавались энергичная музыка, смех и звон бокалов — а за их столиком царило напряженное, удушающее молчание. Он не смотрел на нее, а она — на него, и даже сидеть рядом было крайне некомфортно, как на первом свидании, когда точно знаешь, что оно будет последним. С каждым мгновением ему все мучительнее хотелось исчезнуть.

— Может, тебе что-нибудь принести? — наконец не выдержал он и, оторвав взгляд от стены, перевел его на Бьянку. — Коктейль какой-нибудь…

— Я не пью, — отрезала она, продолжая смотреть куда угодно, только не на него.

Смешок вырвался сам, азатем Матео поудобнее устроился на диванчике и уже с любопытством начал ее рассматривать. Для непьющей девушки она оказывалась пьяной слишком часто. Да и вообще: если бы она не пила, его бы тут не было.

— И почему же, если ты не пьешь, я тебя почти невменяемую домой приводил? Причем дважды.

— Бывают разные дни, — отстраненно бросила Бьянка, доставая из сумочки смартфон, — и некоторые из них хочется забыть.

То же самое можно сказать и про наш секс, подумал Матео, невольно утонув взглядом в слишком откровенном вырезе ее жакета. Пытаясь отгородиться от его внимания, она уткнулась в загоревшийся экран. Но эффект получился обратным: все, что было едва заметно в окружавшей их столик полутьме, осветилось ярким голубоватым сиянием и стало намного привлекательнее. Сообразив, что все еще смотрит на нее, Матео отвернулся. Нет уж, этой девушки с него определенно хватит.

— Имей в виду, — сухо сказала она, не отрывая глаз от смартфона, — твоя единственная задача — произвести впечатление. И ты должен быть просто потрясающим, чтобы я могла бросить ради тебя своего жениха, которого мои подруги хорошо знают. Понял?

В голове Матео пронесся целый вихрь возможных вопросов. Как тебя вообще жених терпел? И зачем ты бросила жениха, согласившегося тебя терпеть? Или это он тебя бросил, потому что устал терпеть? Но он выбрал самый безопасный:

— А что у тебя с женихом случилось?

— Я его бросила, потому что безумно влюбилась в тебя! — саркастически отозвалась Бьянка. — Вот ирония!.. Как я могу убедить в этом своих подруг, если даже сама не верю, что такое в принципе возможно?

Матео насмешливо приподнял бровь и вновь повернулся к Бьянке, упрямо старающейся его не видеть.

— Что, такая чокнутая, как ты, не может безумно влюбиться в такого классного парня, как я?

— Давай ты не будешь мне указывать, в кого мне безумно влюбляться, — проворчала Бьянка, продолжая смотреть на экран, который давно уже погас. — Просто произвести впечатление и потом исчезнуть — это все, что от тебя нужно.

— Скорей бы уже добраться до исчезнуть…

Недалеко от их столика послышались женский смех и оживленные смутно знакомые голоса. А потом кто-то громко назвал ее имя, и Бьянка помрачнела настолько, что он предпочел снова отвернуться к стене.

— Про художника они уже знают, но если скажешь, что ты еще бармен или натурщик — я тебя убью! — предупредила она, нервно вертя смартфон в руках. — Вообще ничего не говори!

— И как же мне тогда производить впечатление?

— Сиди молча как в своей школе, только постарайся на этот раз не возбуждаться!

Матео скривился, став почти таким же угрюмым, как и она. Сколько еще она будет это вспоминать?

— А дальше они и сами найдут чем впечатлиться, — ворчливо добавила Бьянка. — Одна дура, другая шлюха…

Матео с любопытством повернул голову. Переговариваясь и с не меньшим любопытством поглядывая на их столик, к ним приближались три девушки — те же самые, что и тогда в кафе.

— А третья? — спросил он.

— А третья просто опасна! — отрезала Бьянка, заталкивая смартфон в сумочку. — И при ней лишнего не говори!

— И кто из них кто?

Вместо ответа Бьянка стремительно вытянула руку и сжала его пальцы, будто они все время так и сидели. Еще в глаза мне посмотри, с иронией подумал Матео, различив отчетливый стук каблуков за спиной. Однако оживленная беседа, которую вели между собой ее подруги, наоборот, оборвалась, и через мгновение девушки остановились у их столика.

— Бьянка, а мы тебя сначала не узнали! — воскликнула одна из них. — Так здорово выглядишь!

— Спасибо, Ив, — на губах Бьянки появилась слабая улыбка, первая за весь вечер. — И вы тоже…

Это была правда. Выглядели ее подруги просто великолепно. Матео даже не сомневался, что их обнаженные ноги, короткие обтягивающие платья и безупречные локоны приковали к себе немало взглядов в этом зале. Невольно сравнивая, он покосился на Бьянку, взлохмаченную им же, в жакете без блузки и с почти стертой помадой. Контраст был резким. Вот только он мог поклясться, что если бы он ее не знал, то выбрал бы ее. Если бы не знал, конечно, мысленно оговорился он.

Около их столика было три диванчика, каждый рассчитанный на двоих. Матео и Бьянка сидели на противоположных, и между ними располагался еще один. Именно туда сели две ее подруги. Третья же, как ни странно, предпочла составить компанию ему.

— А я и не знала, что так теперь модно, — усмехнулась Виола, показывая на разворошенные волосы Бьянки.

И без того едва заметная улыбка окончательно сбежала с лица Бьянки. Ее рука непроизвольно потянулась к губам, но застыла на середине пути, однако ее смазанную помаду никто комментировать не стал. А чего тут комментировать? И так всем понятно, что он хорошо постарался. Не сдержавшись, Матео хмыкнул и тут же об этом пожалел: все ее подруги разом повернули головы к нему.

— Значит, ты художник, — губы Виолы растянулись в ироничной улыбке, почти усмешке. — Знаешь, а Бьянка ведь тоже творческая личность! Она когда-то увлекалась музыкой. Но, похоже, теперь переключилась на другой вид искусства…

Пальцы Бьянки, которые все еще цеплялись за его ладонь, заметно похолодели и начали подрагивать. Тема явно была ей неприятна. Чувствуя, что еще немного и ее напряжение передастся ему, Матео сам перехватил ее руку и крепко сжал. Дрожь мгновенно прекратилась.

— А