Леди-обольстительница - Мередит Дьюран

— Никакими!

— Никакими, то есть бесцветными? Это осложняет задачу. Среди аристократов мало альбиносов.

— Я решила не выходить замуж, — торжественно объявила Гвен, пристально следя за реакцией Алекса. Однако ее не последовало. — Я не собираюсь вступать в брак! Меня привлекают более интересные занятия.

— Например? — с невозмутимым видом спросил Алекс.

— Например, садоводство.

Алекс вздохнул.

— О, Гвен… — промолвил он таким тоном, каким наставник сетует на неразумное поведение нерадивой ученицы.

— Что вам не нравится? Я всегда мечтала заняться изучением ботаники, собирать гербарии редких растений, как это делал Линней, разбить висячие сады. Я буду путешествовать по всему миру, как вы, изучая флору!

— Как я? — Алекс рассмеялся. — А вы знаете, что в большинстве портов, которые я посетил, нет кутюрье? И что цветы не всегда красивы? Некоторые из них ядовиты или даже являются хищными.

— Меня мало интересуют цветы, Алекс. Я мечтаю проектировать и разбивать пейзажные парки, а не клумбы. У меня талант дизайнера. Вы видели, во что я превратила усадьбу Хитон-Дейл?

Однако Алекса не убедили ее слова. Он смотрел на нее недоверчиво.

— Одним словом, — заключила Гвен, — я покончила со светским образом жизни.

— Значит, мы не будем составлять портрет потенциального жениха? — терпеливо спросил Алекс.

— Не будем! Вам не придется никого искать.

— Прекрасно. У меня отлегло от сердца. Знаете, роль сводника отнюдь не радует меня. — Алекс снова окинул Гвен взглядом с головы до ног. — День был насыщенным, трудным. Думаю, вам следует отдохнуть, поэтому я, пожалуй, покину вас. Продолжим этот разговор в следующий раз.

Гвен почувствовала, что ей так и не удалось убедить Алекса в серьезности своих намерений, и пала духом.

И, как бы в подтверждение ее подозрений, Алекс галантно поклонился:

— Всего доброго!

О Боже, он вел себя в ее присутствии как джентльмен! Алекс был намерен найти ей жениха из высшего общества.

— Алекс, я не шучу! Все, что я вам сказала, — это серьезно! — крикнула она ему вслед.

Он обернулся, уже взявшись за дверную ручку:

— Замечательно. Я вам не судья. А теперь позвольте мне откланяться…

— Можно я поеду с вами в Париж? — неожиданно спросила Гвен.

Алекс изобразил на лице ужас:

— В Париж? Со мной? Вы это серьезно?

— Абсолютно. Вы покажете мне достопримечательности.

Алекс разразился смехом, свидетельствовавшим о том, что он не воспринимал слова Гвен всерьез.

— Вы полагаете, что я устрою вам экскурсию по Лувру? А потом мы выпьем чаю в Тюильри и засушим цветочки, на память в своих альбомах с фотографиями?

Гвен обиженно поджала губы:

— Поездка в Тюильри — это не оригинально, меня не интересуют музеи. Мне просто хочется устроить взбучку Пеннингтону. А потом, когда дело будет сделано, я с удовольствием прогуляюсь по городу, побываю в опере, посмотрю выставки, взгляну на новую башню. Говорят, она качается на ветру. Вот жуть! Знаете, я многого в жизни не видела и хотела бы посмотреть то, что обычно не показывают приличным девушкам.

Алекс убрал ладонь с дверной ручки.

— Вы невежда, Эйфелева башня — чудо инженерной мысли. Что же касается остального, то я не понимаю, о чем вы говорите. Вас тянет на рыбный базар или в работные дома?

— В злачные места! В варьете, в «Мулен Руж», где женщины танцуют канкан всю ночь.

Алекс фыркнул:

— Советую вам поехать в Италию, Гвен. Вот уж где весело! Песто, Рим, Медичи. Разве перед этим кто-нибудь устоит? Вы сможете купить там изящный перстень с ядом — на случай встречи с виконтом.

— Но он сейчас не в Италии, а в Париже, — возразила Гвен. — Я же уже сказала, что мне необходимо вернуть кольцо брата.

— Повторяю, я сам привезу вам его, — промолвил Алекс, начиная терять терпение. — Не забивайте всякой ерундой свою хорошенькую головку.

— У меня голова, а не головка. Где вы нахватались всех этих пошлых выражений, Алекс? Вам следовало бы поменьше общаться с американцами.

Алекс тряхнул головой:

— Ладно, Гвен, давайте закончим на этом и продолжим разговор в другой раз. Вам нужно отдохнуть.

Гвен вывели из себя не его слова, а улыбка, умиротворяющая, какая-то ненатуральная.

Он не поверил ей! Но Гвен знала, как доказать серьезность своих намерений. Суфражистки и актрисы уже испробовали этот метод и убедились в его эффективности.

— Подождите!

Алекс, уже готовый покинуть комнату, вздохнул и снова обернулся:

— Боже, что еще?

Гвен сделала глубокий вдох и сосредоточилась на своей задаче. Она обязательно выполнит то, что задумала!

— Вы обещали мне сделать одно одолжение!

— Я не возьму вас с собой в Париж, — отрезал Алекс. — Я вам не компаньонка.

— Речь идет не о Париже.

Сунув руки в карманы и нетерпеливо постукивая мыском ботинка по полу, Алекс выжидательно взглянул на Гвен:

— Тогда валяйте!

Гвен была довольно высокой девушкой, но, взглянув на губы Алекса, она решила действовать наверняка.

— Присядьте, пожалуйста.

Алекс закатил глаза к потолку, но все же опустился на ближайший стул.

— Я весь внимание.

Гвен проигнорировала сарказм, звучавший в его голосе. Приподняв юбки, она направилась к Алексу. Его брови полезли на лоб от удивления.

Гвен улыбнулась.

— Сидите смирно, — велела она.

Когда ее юбка коснулась его коленей, Алекс прищурился и, судя по всему, хотел что-то сказать. Однако Гвен быстро положила ладони на его предплечья и припала к его губам.

Она почувствовала, как его мышцы напряглись, тело как будто окаменело. Губы Алекса были теплыми и неподвижными. От него исходил сладковатый запах мыла. Наверное, Алекс недавно принял ванну.

Представив, как его нагое тело погружается в горячую воду, Гвен почувствовала, как ее окатило жаркой волной. Ее руки скользнули ему на плечи, а губы сильнее впились в его рот. Надо непременно добавить в список дерзких дел созерцание нагого мужского тела.

Прервав поцелуй, Гвен почувствовала на своих губах его горячее дыхание.

— У вас истерика, Гвен, — услышала она голос Алекса.

Вспыхнув, Гвен отшатнулась от него. Алекс сидел не шевелясь, с непроницаемым выражением лица. Его синие глаза были устремлены на Гвен. Ее поразила красота его длинных густых ресниц, и ей захотелось дотронуться до них, но так, чтобы это не вызвало смеха у Алекса.