Вопреки - Александра Юрьевна Паньшина

– Твой любимый мартини? – подойдя к бару, Дима взял бутылку и обернулся к Кире.

– Нет, виски, пожалуйста, – холодным тоном произнесла Кира.

Мужчина поставил на место бутылку мартини. Бросив несколько кубиков льда в бокал, плеснул виски.

– Буду краток, – Дима подошел к девушке, отдал бокал и сел напротив.

– Буду признательна, – наигранно улыбнувшись Диме, Кира сделала глоток виски.

Дима с минуту серьезно на нее смотрел. Кира тоже сверлила его взглядом, не нарушая тишину, хотя терпение было на исходе. Хорошо, что он не слышал, что ее сердце билось с такой силой, что готово было вот-вот из груди выскочить. Она очень сильно переживала. Внешне, конечно же, она не подавала совершенно никаких признаков волнения.

– Помнишь наш разговор у меня в офисе после взрыва?

– Да. Такое не забывается так быстро, – Кира напряглась.

– Так вот, тогда мы не договорили. Как я понял, ты не знала, что твой американец остался жив. Промах со стороны моих людей. Но все, что не делается, к лучшему, я считаю.

– Дима! К чему ты клонишь? Я предупредила, что у меня мало времени. И такси ждет внизу.

– Я оплачу, не переживай!

– Сама в состоянии, – огрызнулась Кира.

– А будешь перебивать, так вообще не уедешь! – слегка повысил голос Дима.

– К батарее привяжешь? – съязвила Кира.

– Нужно будет – прикую, – медленно и холодно ответил Дима, но последнее слово словно прошипел.

Кира съежилась. Он умеет нагнать страх. Достаточно посмотреть в его сверкающие глаза. А его дьявольски-ангельская внешность вызывала противоречивые мнения. Он мог подчинить себе кого угодно!

– Продолжай, – буркнула Кира.

– Так вот! Как я уже сказал, это был промах моих людей. Но если за дело возьмусь Я, то все будет сделано так, как нужно. Я буду стрелять в голову на расстоянии вытянутой руки, улыбаясь при этом и смотря ему в глаза.

– Если что?.. – на всякий случай уточнила Кира.

– Если ты улетишь с ним через неделю, – с резкостью в тоне обрубил Дима.

А вместе с этой фразой обрубил все надежды и планы на лучшую жизнь.

Снова.

Киру словно током прошибло по телу от его слов и тона, и о том, что он знает о каждом ее шаге.

– Откуда ты знаешь об этом? – не менее резко спросила Кира и тут же прикусила язык.

Она случайно подтвердила эту информацию.

Нужно было до последнего все отрицать!

– Ты снова забыла? Я знаю ВСЕ, что меня интересует. А ты меня интересуешь больше, чем что-либо и кто-либо.

– Это все? – с надеждой в голосе спросила она.

– Все, – кивнул Дмитрий.

– Мы улетим! Я предупрежу его! Ты ничего не сможешь сделать! – у Киры начиналась паника.

Она переставала соображать здраво, но что-то срочно нужно было придумать. Он не может вот так вот легко и просто играть ее судьбой, словно она какая-то марионетка.

– Глупая. И очень наивная малышка, – нарочно растягивал слова Дима. – Неужели ты думаешь, что, пригласив тебя сюда и рассказав тебе об этом, я не продумал все до мелочей? Даже если вы улетите, я найду его. Хотя, он даже до аэропорта не доедет. И поверь, живым он не останется. Стрелять буду в упор, – пожелал лучшим снова напомнить об этом Дмитрий.

– Твои условия, – Кира со стуком поставила бокал с виски на стеклянный журнальный столик.

Она через силу пыталась выглядеть спокойной. Ее выдержке можно было позавидовать. Даже когда внутри нее полыхал пожар негодования, ненависти к Дмитрию и презрения, она продолжала внешне выглядеть очень спокойно. От этого, выражение ее лица казалось холодным, безэмоциональным и очень красивым.

Дима не мог оторвать от нее взгляда. Он наслаждался.

Ее яростью и ее красотой.

– Ты заканчиваешь отношения с Адрианом, а через неделю мы женимся. Ах, да! – тут же невозмутимо добавил Дима. – Забыл добавить. При всем при этом ты будешь купаться в роскоши.

– Взамен я должна отказаться от своей любви? – нахмурилась Кира.

– ЭТИМ ты покупаешь жизнь своего любимого, – с улыбкой поправил ее Дима.

И вот тут ее нервы сдали. Ее словно током ударило. Она вскочила с дивана и ушла в ванную.

Из глаз брызнули гневные слезы. Не хотелось, чтобы Дима увидел их. Кира прижалась лбом к зеркалу, пытаясь успокоиться. Но ее душа отчаянно сопротивлялась и не желала успокаиваться. Воздуха словно не хватало. Кира с силой сжала пальцы в кулак так, что ногти больно впились в ладони. Закусила губу, пытаясь загасить душевную боль физической. Затем с шумом выдохнула. Еще немного и у нее начнется настоящая истерика, чего нельзя позволять сейчас.

Кира глубоко задышала. Посчитала до десяти. Не помогло. Она крепко зажмурилась, пытаясь отогнать видения мертвого Адриана. Холодного. Неподвижного. Небесно-голубые глаза погасли навсегда. Руки никогда больше не обнимут ее, губы не поцелуют. Она никогда не услышит больше его голоса. Она вспомнила как тяжело и больно ей было, когда она сутки думала, что он мертв. Но в этот раз все будет по-настоящему. В одном она была уверена точно – Дима сдержит свое обещание. Еще и ее заставит смотреть на это!

Слезы подступили снова. И она с трудом загнала их обратно. Еще раз глубоко подышала. И пришла в себя наконец достаточно, чтобы вернутся к Диме.

Любить – значить не делать то, что хочешь, а то, что нужно…

Кира не хочет смерти Адриана. И другого развития события не было, где бы он оставался живым. Она не знала на что еще способен Дима, но и рисковать жизнью Адриана она не хотела.

Кира медленно вошла в комнату, где Дмитрий вальяжно развалился в кресле, пил виски и курил, терпеливо ожидая ее возвращения.

Кира подошла к барной стойке, налила текилы, залпом выпила ее и, повернувшись к Диме тихо, но отчетливо произнесла:

– Я выйду за тебя замуж.

Она не понимала, что говорит серьезно, пока эти слова не сорвались с ее губ. Да, побег был детской фантазией. Нужно было не говорить об этом никому, а сразу действовать. И кто знает, возможно ничего бы этого сейчас не случилось.

Или бы этот поступок привел к необратимым последствиям? Кто знает? Да и что уже теперь?

Но если бы она смогла предотвратить надвигавшееся несчастье, она бы не сдержала обещание, данное только что Диме.

– Ты серьезно? – вопросительно подняв бровь, усмехнулся Дима.

– Да, если ты обещаешь, что не причинишь ему вреда.

– Обещаю, – поморщившись ответил мужчина.

– Где гарантия? – Кира не верила ему.

– Мне на