Не злите добрую колдунью! - Марина Ефиминюк

Несчастный слуга плюхнулся обратно на жесткую лавку, а лошади испуганно застригли ушами.

– Так что делать, госпожа чародейка? – жалобно спросил он, несколько побледнев лицом.

– Езжайте в город, там неплохой гостевой дом. Если утром хозяин не появится, то возвращайтесь, – скомандовала я слуге и кивнула парню: – Идем, ученик, познакомлю тебя… с еще одним экзаменатором.

Студент последовал за мной семенящими шагами, видимо, из последних сил стараясь не наступить на пятки.

– Учитель, можно спросить? – не выдержал он на середине дорожке. – Вы сказали, что я сам вернусь в город…

– И что тебя смущает? – не поняла я, бросив над плечом взгляд, но сумела увидеть, только полосатый пиджак.

– Как же я вернусь без кареты? – наивно уточнил он.

– На самом надежном транспорте. «Ноги» называется. Никогда ими не пользовался?

– Приходилось, конечно, – пробормотал он.

– Чудесно! Освежишь навыки.

Я открыла входную дверь, продемонстрировав нехитрое убранство кухни и коварного ведьмака. Он сидел на стуле, скрестив руки на груди, и с хитрой физиономией ожидал нашего появления. Левая бровь поднялась в вопросе, дескать, кого ведешь, фея?

– Совершенно неожиданно нашла нам светлого чародея! – объявила с порога и повернула голову к парню: – Познакомься, это…

– Нильс! – быстро представился он и, сделав шаг вперед, макушкой задел висящий уличный фонарь. Раздался странный звук, словно по пустой кастрюле ударилась медная поварешка. Фонарь зашатался. Нильс поспешно остановил маятниковое раскачивание и густо покраснел.

– Нильс, – согласилась я.

– Баек, – добавил он. – К вашим услугам.

– К нашим услугам Нильс Баек, – продолжила я представление с уверенностью, словно сватала ведьмаку юную светлую девицу, а не парня комплекции кузнеца. – Он без году дипломированный светлый чародей и способен вызывать молнии.

Тот нервно огладил сюртук и почему-то вошел в дом бочком, словно боялся не вместиться в дверной проем. Фентон, следивший за неуклюжим проникновением, не скрывал глумливой ухмылки.

– Примите мое почтение, господин чародей, – добавил Нильс.

– Не напрягайся, он темный, – деловито объявила я, закрывая за парнем дверь.

– Вы мирно соседствуете с темным? И даже ходите друг к другу в гости? – изумленно воскликнул он. – Это так современно! Всегда считал, что светлые и темные обязаны жить в мире и согласии.

Мы уставились на парня как на пришельца из другого мира, неожиданно зачитавшего указ о пиетете между чародеями.

– Ты действительно так думаешь? – переспросил Фентон.

– Нет, – покаялся Нильс.

– Хорошо, теперь ты нравишься мне чуть больше, – хмыкнула я и обратилась к ведьмаку: – Сегодня ночью Нильс продемонстрирует нам, как умеет вызывать молнии.

Фентон поднялся со стула и выпрямился во весь рост, отчего просторная кухня, куда ни разу не вмещали плечистого ведьмака и два шкафа, один из которых передвигался, а в другом жил призрак, вдруг показалась тесной.

– Я искренне надеюсь, светлый, что ты умеешь управлять природной магией и покажешь сегодня класс.

– Это да… – Он обтер руки о пиджак и озабоченно покрутил головой: – А учебник здесь есть? Теорию освежить.

Глава 5

Плохая хорошая идея

Понятное дело, учебных фолиантов в моем доме отродясь не имелось, а предлагать родовую книгу в качестве учебника – кощунство… Но я, конечно, предложила. Белый гримуар отказался разговаривать с недоучкой: огрел возмущенным разрядом, заставив его рукав дымиться, и поглотил надписи даже на титульном листе.

– Что же мне делать? – растерялся Нильс, сбивая искры с подпаленной рубашки.

Не тревожа Петунью больше из здравого нежелания плодить слухи, что старшая Истван живет с нечистью, я выдвинула из шкафа ящик с письменными принадлежностями. Вытащила чистую бумагу, чернильницу и перья.

– Хорошо, Нильс. – Пристроила это все перед учеником. – Раз память предков себя тревожить отказалась, придется напрячь тебе собственную. Пиши, что помнишь.

Фентон бросил на меня странный взгляд, а следом обратился к парню:

– Нильс, ты входишь в ковен Истванов?

Очевидно, он начал подозревать, что нам достался не совсем чародей. В смысле, чародей, но только будущий.

– Это была бы огромная честь, но они берут лучших, а меня никуда пока не позвали, – доверчиво пояснил тот, поерзав на стуле. – Сейчас подтяну с учителем магию, обязательно куда-нибудь примут. Главное, не в северные ковены. Не люблю холод.

– Учитель? – Ведьмак посмотрел на меня, и лицо у него сделалось неприятное. Видимо, от окончательного прозрения.

И нечего тут строить рожи! Я тоже была не в восторге, что придется довериться недоучке, но что-то не вижу у калитки очереди из чародеев любого цвета, готовых вызвать для нас качественную грозу.

– Госпожа Агата лучшая, и попасть к ней большая честь! – Нильс решил, что лести много не бывает, и еще чуть-чуть польстил. Пришлось его остановить сдержанным покашливанием.

– Ага… Можно тебя на пару слов? – Фентон дернул подбородком, предлагая мне выйти в огород, и немедленно удалился из кухни.

Грохот хлипкой двери, не привыкшей к варварскому обращению, как бы тонко подчеркнул, насколько дражайший носитель моей родовой магии не одобряет гениального плана использовать недомага.

– Нильс, ты начинай пока ковыряться в памяти, я сейчас вернусь, – скомандовала я и вышла следом за Фентоном, стоящим под дверью.

Погода, к сожалению, за последние полчаса совершенно не изменилась. По-прежнему грозила неспешным дождем, который оказался истинно неспешен и даже идти пока не собирался. Под кустами уже сгущались тени. Да и вообще суматошный день медленно клонился к вечеру, а покой на горизонте никак не брезжил.

Ведьмак почесал бровь, словно у него тоже начался нервный тик верхнего века, и тихо проговорил:

– Исправь меня, если я что-то упущу. У нас есть ты, я и школяр, которого изгнали из академии за неуспеваемость.

– Ничего подобного! Меня еще не выгнали, – вдруг прозвучал негодующий голос Нильса, заставивший нас невольно поднять головы к приоткрытому кухонному окну. – Я ушел в академ по собственному желанию!

– Видишь? – поддакнула я. – Зачем наговаривать на человека? Он почти маг.

Фентон кашлянул, словно пытался подавить поток ругательств. Честное слово, я уже начинала за него беспокоиться: целый час прошел, а ведьмак не сказал ни одного бранного словечка.

– Знаете, госпожа Истван… – вымолвил он. – Теперь и я готов признать, что мы обречены.

– Не хорони хороший план раньше ночи, – возмутилась я. – Дай ему шанс! Возможно, Нильс нас удивит…

Внезапно в доме тонко, почти по-женски взвизгнули:

– Учитель, у вас одержимая табуретка!

Мы с ведьмаком недоуменно переглянулись. Раздался такой страшный грохот, что я поморщилась и представила художественную дыру в полу посреди кухни, как в холле соседского дома. По всей видимости, у Нильса перевернулся стул.

– Посудный шкаф тоже одержим! Учитель, на дом напала нечисть! Мебель ожила! –