Спасение - Кристен Эшли

— Боже, Джет, сними комнату.

Я подпрыгнула и отстранилась; объятия Эдди ослабли (хотя не сильно, он не отпустил меня). Мы с Эдди обернулись и увидели АрДжи, одного из моих соседей, выезжающего из парадной двери на инвалидной коляске.

Лицо словно опалило огнем.

Тело тоже.

— Привет, АрДжи, — поздоровалась я, все еще пытаясь прийти в себя после поцелуя. Это было тяжело, учитывая, что Эдди не отпускал меня.

— Чего это за чувак? — спросил АрДжи, глядя на Эдди.

Эдди, все еще обнимая меня, оглянулся через плечо.

— Этого чувака зовут Эдди. Эдди — АрДжи, АрДжи — Эдди, — представила я, чувствуя себя полной идиоткой. Я вытащила руку из-под футболки Эдди, но теперь сжимала ткань сбоку, опасаясь, что ноги подогнутся, если я не буду держаться изо всех сил.

Эдди кивнул АрДжи, давая понять, что АрДжи нас прервал.

При любых других обстоятельствах я могла бы счесть это забавным. Мы с Эдди обнимались у входа в многоквартирный дом средь бела дня, и Эдди уставился на АрДжи, будто тот нарушил наше право на частную жизнь.

Однако в тот момент мне это не показалось смешным.

В отличие от АрДжи, чье лицо расплылось в широкой улыбке.

— Боже, Джет, ты всегда умела развлечь.

Великолепно.

Мне никогда не убедить Эдди, что я нормальная, рядовая, среднестатистическая девушка.

АрДжи положил руки в перчатках на колеса и покатился вперед.

— Пока, чуваки, — сказал он, поняв намек, и исчез.

Я снова посмотрела на Эдди, и он покачал головой.

— Я не целовался возле подъезда с… черт, я никогда не целовался возле подъезда.

Я улыбнулась, потому что он был забавным, и в ту минуту, когда я это сделала, выражение его глаз изменилось, и это заставило мои внутренности растаять.

— Иисусе, Джет, тебе следует делать это почаще, — сказал Эдди.

— Что?

— Улыбаться.

Это стерло улыбку с моего лица.

Ослабшие объятия Эдди стали крепче.

— Не-а, отступать некуда. Я завоевал позиции и не собираюсь терять их через две минуты.

— Мне нужно подняться наверх.

— Я позволю тебе подняться наверх, когда ты согласишься поужинать со мной сегодня вечером, — возразил Эдди.

Ой!

У меня не было возможности обдумать поцелуй Эдди, и я, определенно, не была готова к свиданию.

К счастью, у меня нашлось оправдание.

— Я не могу, сегодня у меня смена у Смити.

Эдди это не остановило.

— Завтра.

Черт, завтра у меня был выходной в «Смити».

Прежде чем я успела придумать благовидное оправдание, Эдди ухмыльнулся. Он знал, что я у него в руках.

— В шесть часов. Заеду за тобой сюда.

Он не дал мне возможности что-либо сказать, наклонился и коснулся губами моих губ. Я чувствовала его тело, прижатое ко мне, его руки, обнимавшие меня, его запах, и он только что прикоснулся губами к моим губам. Поэтому я потеряла способность мыслить.

Оторвавшись от моих губ, он спросил:

— Как ты доберешься сегодня до работы?

Я моргнула, избавляясь от Дурмана Эдди.

— Смити узнал об истории с ножом. Сказал, что обеспечит мне сопровождение, и, пока моя машина не на ходу, договорится с одним из вышибал, чтобы он возил меня на работу.

Эдди провел пальцами по моим волосам у виска, и, должна признать, это было приятно.

— Может, он не такой засранец, каким я его считал, — сказал Эдди.

— Он заботится о своих девочках, — возразила я.

— По крайней мере, один человек пытается присмотреть за тобой, хотя, если судить по-вчерашнему, у него не очень хорошо получается.

— Прошлая ночь была случайностью, — попыталась успокоить его я.

— Прошлая ночь — это каждый вечер в стрип-клубе. Если ходить в такой одежде рядом с пьяными парнями, может случиться всякое дерьмо.

Я уставилась на него.

— Хочешь меня разозлить? — спросила я.

Его взгляд потеплел, но стал серьезным.

— Chiquita, я приму все, что смогу получить от тебя.

Я не знала, как на это ответить, поэтому вообще ничего не сказала и просто продолжила смотреть на него.

Эдди отпустил меня и протянул мне визитку.

— Мне нужно возвращаться на работу. Если тебе или твоей маме что-нибудь понадобится, позвони мне.

Я взяла визитку. Хотя я, вроде как, хотела повторить то, что произошло, когда я ее не взяла, но мне нужно было возвращаться к маме. Потом нужно было узнать, как там папа. Затем сделать миллион других вещей.

— Спасибо, Эдди, — просто сказала я.

Он улыбнулся, сверкнув ямочками, провел костяшками пальцев по моей челюсти, а затем ушел, и я, не оглядываясь, умчалась наверх.

* * * * *

Когда я вошла в гостиную, мама сидела в своем кресле у окна, а Ада стояла рядом с ней.

— Это Эдди? — спросила мама, не отворачиваясь от окна.

Я подошла к окну и увидела, что Эдди стоит и разговаривает с Мистером Засаленный Комбинезон.

— Да.

— Мексиканец или чернокожий? — спросила Ада, тоже не отрывая глаз от окна.

— Мексиканец, — ответила я, наблюдая за Эдди. Он надел зеркальные солнцезащитные очки и упер руки в бока, пока говорил. Выглядело очень круто и очень горячо.

— Он симпатичный, — сказала мама.

Только мама назвала бы Эдди «симпатичный». Он был, каким угодно, но только не симпатичным.

Эдди начал уходить и посмотрел на окна дома. Я отпрыгнула от окна так быстро, как только могла, не желая, чтобы он застал меня за тем, как я его разглядываю. У меня было достаточно поводов для беспокойства из-за надвигающегося свидания, чтобы он еще и думал, что я какая-то влюбленная официантка, с тоской смотрящая на него из окна.

Мама и Ада все еще играли в любопытных соседок.

— Отойдите от окна, — велела я им.

— У него шикарный грузовик, — сказала Ада.

В этом она не ошиблась.

Ни одна из них не отошла от окна, и я могла поклясться, что видела, как Ада помахала Эдди.

Со стоном я направилась в ванную, потому что умирала от желания пописать. Взглянув на себя в зеркало, я тихонько вскрикнула. На лице все еще оставалась половина макияжа, и это была не лучшая половина. Одним словом: ужас. И Эдди целовал меня в таком виде.

Насколько это странно?

По крайней мере, моя сексуальная прическа сохранилась.

Умывшись, я прошла в свою спальню и надела джинсы и футболку. Свернула рубашку Эдди и засунула ее под подушку, на память. Я бы вернула ее, если бы он