Неразлучные - Кэрол Хиггинс Кларк

— А что у них не в порядке?

Риган от души расхохоталась:

— Ничего!

Проезжая по Бродвею, они миновали ультрасовременный киноцентр с несколькими залами, где показывали все новинки киноиндустрии, лотки, с которых торговали горячими ароматными «бейгелами» — знаменитыми бродвейскими бубликами, бесчисленные ресторанчики, центры мобильной связи, маникюрные салоны. На другой стороне улицы Риган заприметила знаменитый гастроном «Забарс», славящийся богатым выбором деликатесов — копченой семгой, маслинами и огромным ассортиментом сыров.

— Слушай, давай заскочим. Буквально на минутку. Там всегда так вкусно пахнет…

— Труба зовет! — назидательно заметила Кит.

Еще пара кварталов к северу, и машина повернула направо. Водитель притормозил и принялся петлять по переулкам, пока наконец не нашел искомый адрес. Небольшой квартал состоял из аккуратных фешенебельных особнячков, облицованных коричневым песчаником, но старенькое кирпичное здание, напротив которого остановилось такси и на которое они теперь с удивлением взирали, явно выбивалось из общего стиля. Риган заплатила по счетчику, и они вышли. Поднявшись по ступенькам, они открыли наружную дверь, и Риган нажала на кнопку переговорного устройства квартиры 4В с табличкой, на которой было указано: «Бердслей».

Они подождали немного, а затем снова позвонили.

— Кто там? — отозвался сонный, едва слышный голос.

— Виктория Бердслей?

— Да.

— Меня зовут Риган Рейли. Я здесь по поручению Альфреда и Чарис, которым вы заказали свое свадебное платье…

— А… Ну да-а, ка-ак же… А-альфред и Ча-арис, — протянула Виктория.

Риган бросила на Кит лукавый взгляд.

— Можно мне подняться на минутку? У меня вам от них письмо.

— Что-то случилось? У них все в порядке?

— С ними — да. А вот с платьями возникли кое-какие проблемы. Я бы все вам объяснила, если бы вы…

— Я живу в квартире четыре В.

Запищал зуммер, и входная дверь открылась.

Подруги поднимались на четвертый этаж, сопровождаемые доносившимися из-за дверей квартир, мимо которых они проходили, обычными бытовыми звуками: раскатами рок-музыки, детским плачем, ревом телевизора. Они прошли и мимо квартиры, в которой какая-то оперная певица или, по крайней мере, особа, возомнившая себя таковой, занималась вокальными упражнениями. Делала она это с большим вкусом:

— Ля-ля-ля. Ля-ля-ля. ЛЯ-ЛЯ-ЛЯ-ЛЯ-ЛЯЛЯ-ЛЯ.

— Ишь, заливается, — пробормотала Кит, взбираясь по лестнице.

Риган хмыкнула и выразительно округлила глаза.

— Четыре В должна быть прямо здесь, налево.

Они остановились перед исцарапанной дверью с несколькими замками.

— Мартышкин труд, — прошептала Риган, нажимая на кнопку звонка.

Сразу же послышались щелчки и лязганье отворяемых замков. Дверь приоткрылась буквально на два пальца, и в щелочке показалась пара блестящих карих глаз.

— Привет, — сказала Риган. — Я Риган Рейли. А это моя подруга Кит.

— Одну минуточку, — дверь захлопнулась, и загремела цепочка, которая должна была помешать Риган и Кит с ходу вломиться в жилище. Затем дверь снова открылась. Перед ними предстала босоногая молодая женщина, облаченная в пестрый восточный халат. Она приветливо замахала им рукой, приглашая их войти с таким видом, будто они зашли к ней на вечеринку.

— Извините, если мы вас потревожили. Мы вас случайно не разбудили? — поинтересовалась Риган.

— Да, я тут немного вздремнула, — бодро подтвердила Виктория. — Но теперь я уже проснулась. И сейчас варю кофе.

Риган и Кит ступили в крошечную сумрачную квартирку. Встроенная кухня, небольшая гостиная со старыми деревянными полами. Риган сразу поняла, что Виктория явно не из числа тех, кто станет лезть из кожи вон, чтобы хоть как-то украсить свое жилище. Одна стена практически от пола до потолка была занята полками, забитыми до отказа книгами, компакт-дисками, видеокассетами и всевозможными безделушками. На противоположной стене висели две разновеликие репродукции в рамках. Посреди комнаты стояли бежевый диванчик, усеянный разномастными декоративными подушками, стул с набивным сиденьем и кофейный столик, придавленный мощью громоздившегося на нем небольшого телевизора, как попало наваленных книг, видеокассет и бесчисленных декоративных свечей. К стойке мини-кухни были вплотную придвинуты два стула. Дверь в комнату, которая, как догадалась Риган, служила хозяйке спальней, была закрыта. Было ясно, что сумрак, царивший в квартире, объясняется размерами одного-единственного маленького окошка, выходившего на кирпичную стену дома напротив. На языке агентов по торговле недвижимостью эта квартира именовалась бы «персональной».

— Пожалуйста, проходите и присаживайтесь, — сказала Виктория, поспешно сдергивая одеяло с диванчика.

Ей наверняка слегка за тридцать, подумала Риган. У нее были великолепные вьющиеся каштановые волосы, огромные карие глаза и безупречно гладкая кожа. Щеки покрывал легкий румянец. Риган была уверена, что в одном из свадебных платьев Альфреда она бы просто блистала.

Когда они уселись на диван, Риган заметила, что книга, венчавшая собой стопку на кофейном столике, посвящена созидающей визуализации. «КАК МАТЕРИАЛИЗОВАТЬ ЖЕЛАЕМОЕ», — гласил заголовок на обложке. Одна из видеокассет призывала к достижению душевного покоя и изысканию внутренних резервов. Неплохо, подумала Риган. Если ей так дорог душевный покой, будем надеяться, что она не последует примеру Бриан и Трейси и не закатит истерику.

Риган представилась, а затем объяснила Виктории сложившуюся ситуацию.

— Как это печально, — откликнулась та. И вдруг весело рассмеялась, покачивая головой. — Нет, это просто ужасно!

Эти пленки, должно быть, неплохо на нее действуют, отметила про себя Риган.

— Знаю, вы наверняка подумали, что я чокнулась, — выдавила из себя Виктория, покатываясь со смеху, — но я просто представила себе, какую истерику закатил Альфред, когда… — И она прикрыла рот рукой.

Риган почувствовала, что тоже не может удержаться от смеха:

— Да, надо признать, это слегка выбило его из колеи.

Виктория указала на одну из своих пленок, посвященных достижению внутреннего покоя:

— Я хотела одолжить ему одну их них, но он сказал, что его это не интересует. Сказал, что предпочитает душевное смятение и кипение страстей.

— Это для него как воздух, — согласилась Риган. — Но мне кажется, то, что произошло сегодня, уже чересчур. Даже для Альфреда. Он сказал мне, что вы выходите замуж через три недели.

— А?

— Когда у вас свадьба?

— Ну да, точно. Через три недели.

— Альфред и Чарис собираются работать дни и ночи напролет, чтобы заменить украденные платья.