Неидеальная пара - Меган Куин

– Конечно. – Киваю мужчине, а затем предлагаю Дженезис руку. Она принимает ее, и мы вместе входим в бальный зал.

В зале шумно, здесь собрались представители высших слоев общества Беверли-Хиллз, одетые во все самое лучшее. От костюмов Tom Ford до малоизвестных дизайнерских платьев – шик и блеск вечера почти затмевают повод, по которому мы собрались. Что вполне типично для большинства мероприятий в этой части города. Вы платите за участие, а затем весь вечер обсуждаете дела, распространяете сплетни и заключаете сделки с помощью незаметного рукопожатия.

Но только не на этом мероприятии. Это одна из причин, почему мы с братьями пришли сюда. Сразу после ужина организаторы напоминают гостям, зачем мы все здесь собрались, показывая очень актуальное и трогательное видео. Сюжет о том, куда идут наши деньги, кому мы помогаем и почему важно заниматься этим. Они не только помогают немного уменьшить сумму на банковском счету, но и дают возможность ощутить удовлетворение от того, что мы сделали нужное дело.

Узнав у администратора номер нашего столика, мы проходим через украшенный золотом бальный зал, люстры свисают над длинными прямоугольными столами. Каждый декорирован лаконичными композициями из пышных белых лилий, которые сочетаются с убранством комнаты и золотистыми завитками на кремовых скатертях. Изысканный камерный ужин дает присутствующим возможность легко общаться за столом.

– Напомни, какой у нас номер столика? – спрашивает Дженезис.

– Второй, – отвечаю я. – Наверняка где-то на переднем плане, обычно так и бывает. – Нас останавливают желающие поздороваться. Я представляю Дженезис, она протягивает свою визитку, и когда мы наконец добираемся до нашего столика, мне хочется хоть на секунду перестать улыбаться и получить возможность сделать глубокий вдох.

Но тут я замечаю, что единственное свободное место находится прямо напротив Келси и ее кавалера. Гребаная удача!

Сканирую взглядом стол и когда вижу, как ухмыляется мне Брейкер, гадаю, не он ли приложил руку к рассадке.

– Похоже, нам сюда. – Провожаю Дженезис к столу и отодвигаю для нее стул.

На короткую секунду наши с Келси взгляды встречаются, но она быстро опускает глаза и поправляет лежащее перед ней столовое серебро. Судя по всему, момент, который мы разделили у черного входа, прошел. Наверное, так будет лучше, раз она со своим… Погодите, это ее спутник?

Долговязый мужчина в очках и с растрепанными волосами примостился рядом с ней, он ерзает и каждые несколько секунд поправляет очки. Незнакомец здесь явно не к месту, и ему неловко, а плохо сидящий костюм практически скрывает его шею.

Это Эдвин? Парень, с которым встречается Келси?

Полагаю, я знаю о Келси достаточно, чтобы понять: этот парень – да, я сужу, лишь основываясь на его внешнем виде, – полный неудачник.

– Дженезис? – удивленно произносит Эдвин, когда видит мою пару.

Пока я сажусь, Дженезис поворачивается в сторону стола и громко ахает:

– Эдвин, боже мой. Вот это да, как у тебя дела?

Мы с Келси обмениваемся непонимающими взглядами.

– Вы знакомы? – спрашиваю я Дженезис, которая сейчас перегибается через стол, чтобы взять Эдвина за руку. В ответ он крепко сжимает ее.

– У меня все хорошо, – отвечает Эдвин. Оба игнорируют меня. – Ты выглядишь… вау, ты выглядишь сногсшибательно.

Я замечаю, как Келси реагирует на комплимент. Удивленно приподнятая бровь и написанное на лице непонимание. Что это значит? Конечно, она в курсе, что сама выгладит великолепно.

– Спасибо, ты сменил прическу? Всегда считала, что тебе чрезвычайно идут длинные волосы.

Прочищаю горло и повторяю вопрос уже громче:

– Вы знакомы?

– О, прости, да. – Дженезис отпускает руку Эдвина и поворачивается ко мне. – Мы с Эдвином вместе учились в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе. Все четыре года были в одной группе и много раз допоздна занимались вместе.

– Помнишь ту ночь в библиотеке, когда мы тайком пронесли в рюкзаках мороженое?

Дженезис смеется.

– Учитывая, какие мы умные, поступок был очень глупым. Мы испачкали все свои книги.

– Откуда нам было знать, что профессор Харкин задержит нас на целых полчаса?

Дженезис хихикает.

– До сих пор помню выражение твоего лица, когда ты вытащил из рюкзака тетрадь и увидел, что она вся залита клубничным мороженым.

– Слава богу, ты вела подробные записи каждой лекции, и я смог переписать все у тебя.

– Эдвин, для тебя все что угодно. – Она подмигивает, и я чувствую, как начинаю злиться. – Что ты делаешь здесь, в Лос-Анджелесе? Я думала, ты в Сан-Хосе.

– Я жил там, но три месяца назад переехал сюда, чтобы быть ближе к семье.

– Надо было позвонить мне.

Эдвин краснеет, на самом деле очень сильно краснеет.

– Не был уверен, что ты обрадуешься моему звонку.

– Шутишь? Конечно, я бы обрадовалась. – А затем оба замолкают и просто смотрят друг на друга.

Между ними буквально летают искры. Воздух пропитан некой интимной историей. И я отлично понимаю, это не очень хорошо как для меня, так и для Келси.

* * *

– О боже, я совсем забыла об этом, – говорит Дженезис, нарезая свой салат на кусочки поменьше. – Бейсбольная команда понятия не имела, что ты можешь отбить мяч, не говоря уже об их лучшем питчере.

Теперь я вижу другую версию Эдвина, он ожил и стал похож на нормального человека.

– Иногда даже ботаник способен немного позаниматься спортом.

– И сразить дам наповал, – подмигнув, соглашается Дженезис.

Келси отодвигает салат в сторону, а я вытираю рот салфеткой, не зная, как вставить хотя бы слово.

Думаю лишь о том, что спортсмены обычно не используют фразу «немного позаниматься спортом».

* * *

– Вау, Эдвин, впечатляет. – На лице Дженезис широкая улыбка.

– Я произвел на тебя впечатление? – говорит Эдвин, указывая на себя вилкой. – Это ведь ты вице-президент «Мекка Тек».

Дженезис отмахивается от него.

– Но это ты привнес отличные изменения в медицину.

– Что ты сделал? – спрашивает Келси, пытаясь вставить слово. Но как и все предыдущие попытки, эта терпит провал.

– Я вспоминал тебя в тот вечер, когда получил награду, – признается Эдвин. – Подумывал позвонить.

– И зря не позвонил. Я бы сразу же ответила.

Значит сразу же, да?

Хм, а на мои сообщения она отвечает спустя пару часов.

Не уверен, почему я обнародовал эту уничижительную информацию, но теперь вы в курсе. Судя по всему, я не так важен, как Эдвин.

* * *

Откусываю очень большой кусок своего десерта, пока Дженезис смеется так громко, что мне хочется засунуть ее недоеденный кусок хлеба себе в ухо, чтобы заглушить шум.

– Штаны в духовке, боже мой! – Дженезис вытирает лицо рукой, пытаясь