Огнеслава - Марина Гамаюн

— Я понял. Всё исполним, как велите, — почтительно склонил голову ученик.

— Впервые, со времен Огневицы у нас появилась реальная возможность покончить со змеем Зеяжска, — вздохнул старец. — Явный мир не место для таких чудовищ. Надеюсь, в этот раз Боги на нашей стороне.

— Надо было сразу схватить Огнеславу, пока она еще ничего не знала. Когда она жила у родителей, мы могли легко выкрасть ее, теперь же к ней приставлены тени. До сих пор не могу понять, почему вы были против похищения её в детстве, — сокрушенно заметил ученик.

— До определенного момента нельзя менять естественный ход вещей. Мы допустили эту ошибку с Огневицей. Возможно, поэтому, она провалила задание. Её судьба была иной, но я вмешался, желая спасти жизнь дочери. Это изменило реальность. Она должна была быть похищена змеем, а после умереть в Зеяжске. Знаешь, почему она умудрилась прожить так долго? — спросил старец, теребя белоснежную бороду.

— Она была могущественной ведьмой, по-моему сильнее её тогда ворожеи на свете не было, — объяснил ученик.

— Отговорка для зеленых юнцов! Да, дочь моя была сильна. Но не настолько, насколько ты думаешь. Правда в том, что череда событий изменилась, и змей из похитителя превратился в её защитника, — покачал головой старик. — Ей дали задание, она не попала туда волею судьбы, а пришла сама. С задачей Огневица почти справилась. По рукописям, что она выкрала, устроив пожар в библиотеке, изготовлена зачарованная сталь. Мы получили множество книг с тайными знаниями. Но потом она предала нас.

— Предала? Вы слишком строги. Она выкрала артефакт, лишив безумного князя власти над змеями. Разве это не великий подвиг?

— Артефакт! — ухмыльнулся белобородый. — Всего-то сто лет прошло, а никто из вас уже и не понимает, что представляет собой этот артефакт.

— Ну почему же? «Он похож на венец, но при этом и не венец вовсе. Он может выглядеть, как корона, обруч, узор или же змея», — процитировал ученик одну из летописей Братства.

— Во времена Огневицы, князь носил его, как венец. Венец змеиного царя! Змей не просто чувствует его, венец — часть самого змея. Думаешь, возможно просто снять его с головы властителя и унести за пазухой, — засмеялся старец. — Только в одном случае, она могла забрать венец. Догадался в каком?

— Нет, отче, — замотал головой мужчина.

— Змей сам отдал его.

— Но… как?

— Я не знаю. Женская хитрость или коварство. Не знаю. Важно другое. Эта тварь послушалась Огневицу. Было что-то, что заставило змея поступить именно так. Теперь же, наконец, родилась Огнеслава. Именно она — «та, что дарует жизнь и смерть». На наше счастье, никто об этом не знает, даже князья Зеяжска. Змей ждал её появления веками. Он должен был увидеть её, почувствовать, что почти получил и вот тогда…

— Тогда она станет его слабым местом, — закончил ученик.

— Верно. Именно поэтому, мы таились, ожидая, когда предначертанное начнет исполняться. Я надеялся, старуха окажется убедительной, и княжна убьет Горана при первой встрече, тогда наши братья не погибли бы в том лесу. Никто бы не погиб. Она спасла бы множество жизней. Но, видимо, не судьба… Огнеслава не Огневица, к сожалению. Дочь моя росла, как воин, была тверда, что камень и то сдалась, а княжна с пеленок в любви и заботе, не будет с неё толку для великого дела.

— Полагаться на женщин опасно, они слишком мягкосердечны, — поддержал ученик.

— Медлить нельзя. Если Горан вернет себе венец, мы не сможем его одолеть. Жертвы, что приносили наши братья, во имя светлой цели, станут напрасными, — произнес старец. — День свадьбы — наилучшее время для нападения, город погружен в праздник, множество гостей, толпа и шум. Это один из тех редких моментов, когда вся княжеская семья находится на виду в одном месте, а змей слаб, как никогда. Не важно, каким планом вы воспользуетесь, каждый из них хорош по-своему. О, великие Боги, пусть как можно меньше жизней унесет задуманное.

— Мы изготовили достаточно клинков из зачарованной стали, чтобы вооружить всех братьев. В этот раз ни тени, ни сам змей не смогут помешать нам, — произнес ученик и, помедлив, воскликнул — Победа будет за нами, убьем чудовище!

— Оставь это для братьев, меня воодушевлять не надо, — устало вздохнул старик — Когда с Гораном будет покончено, вы должны будете убить и княжну.

— Отче, она ваша родная кровь. Уверены, что это нужно? — голос ученика дрогнул.

— Не должно остаться ни единой возможности вернуть змея к жизни.

Яркая вспышка света и видение померкло. Вдох, выдох. Каменные плиты пола впились в кожу. Тело ломит. Легкая боль в переносице и снова вспышка.

Солнце поднимается по небосводу. Знакомый женский голос надрывно кричит, переходя в плач: «Улетай! Улетай! Нееет…» Могучее тело змея несется с небес к земле. Горы. Это происходит в горах. Змей спускается в ущелье. В воздухе буквально пахнет опасностью. Западня! Синие вспышки мерцают в глубоких тенях. Неожиданный свист. Гарпун сверкнул синевой, прорезая воздух. Он впился в тело, следующий пронзил крыло. Чудовище взвыло, и грохочущее эхо рокотом прокатилось по горам. Еще гарпун, и еще. Стальной змей Зеяжска повержен, распластан по колючим камням. Подбегающие люди, вонзают в него крючья, обездвиживают цепями. Кровь сочится из ран, закипая от соприкосновения с голубоватой сталью.

Вновь вспышка. Вдох, выдох, снова вдох. Тело почти не ощущается. Кажется уже всё, но следующее видение налетает, словно вихрь, и захватывает сознание.

Огнеслава? Да, это Огнеслава. Она стоит на краю обрыва. Платье её изодрано, лицо перепачкано кровью. Кто-то толкает её в спину, и девица срывается в пропасть. Она разобьется! Она непременно разобьется, упав с такой высоты!

Мгла. Черная пустота поглотила всё. Никаких больше вспышек или видений. Только пульсирующая боль в висках и постепенно приходящее ощущение собственного тела. Горан открыл глаза. Он лежал на каменных плитах внутреннего двора. Видимо долго был без сознания, так как кто-то из теней накрыл его покрывалом. Сегодня было особенно ветрено и дождливо. К ночи погода совсем испортилась. Пламя в расставленных по двору чашах рвалось и плясало в порывах ветра. Такое яркое видение! Змей предупреждал его о грядущей опасности… или… о смерти… Будущее изменилось, произошло что-то, что поменяло ход событий. Он никогда не узнает причину, да и не о ней теперь нужно думать.

— Эй! Кто-нибудь! — охрипшим голосом позвал он, приподнимаясь.

Не успел подняться на ноги, прикрывая свою наготу покрывалом, как возле него уже