Квотербек, пошел к черту! - Вин Кэтчер

— Вариантов масса, вернешься в универ, где ты числишься в студентах, и где тебе зачетом ставят хорошие баллы за твои заслуги перед штатом. Будешь снова играть в «Брюинз-болл». Подтянешь их на прежний уровень, а через год снова вернешься в игру. Если не к «рейнджерам», то в другую, и я поспособствую этому. Да и многие команды заберут тебя с руками и ногами, когда узнают, что ты вне НФЛ.

Я отворачиваюсь к раковине, опираясь о ее край, и опускаю голову, стараясь ровно дышать и не сорваться.

— Я не хочу никакую другую команду, — спокойно говорю я, хотя дзен я так и не нашел.

— Ченнинг, давай проживем этот год, а там будет видно. К тому же, команда сама захочет твоего возвращения, так что у тебя есть все семьдесят процентов на возвращение «домой».

— Звучит не очень воодушевляюще, — огрызаюсь я, поворачиваясь к Стэнли.

— Знаю, но это пока лучший прогноз. И это лучше, чем заработать судимость, Ченнинг.

— Знаю, — киваю я.

— В общем, завтра наш самолет улетает в час дня. Постарайся не опаздывать, — говорит тренер. — Было б лучше, если бы ты сейчас поехал со мной в свой номер отеля, но подозреваю, из-за той девчонки ты этого не сделаешь. — Тренер встает и выходит из кухни, но тут же возвращается. — Ченнинг, из-за одной глупой девчонки, решившей поиграть во взрослые игры, ты уже сломал свою карьеру, — произносит Стэнли, явно намекая на Гейл. — Постарайся не разрушить имеющееся на данном этапе из-за другой, которая этого совершенно не стоит. Хочешь трахнуть ее, трахни и забудь. Не тащи ее в свою жизнь. Эта девчонка явно ходячая катастрофа. От нее будут одни сплошные неприятности, а у тебя их уже с лихвой.

— Я понял, завтра вылет в час, я приду. Не собираюсь задерживаться в Канаде.

— Надеюсь, мы друг друга поняли. Твой телефон, зарядка и деньги на тумбочке.

Подхожу к входной двери, открывая ее:

— Прошу, — произношу я. — Если увидишь Харли, скажи ей пусть она возвращается.

Стэнли проходит мимо меня и сверлит недовольным взглядом. Ничего не сказав, тренер выходит, а я закрываю за ним дверь. Прислоняюсь спиной к двери и провожу рукой по волосам. Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Глава 13. Харлин Квин Олдридж

Входная дверь открывается, и на свет фонаря выходит хмурый приятель Ченнинга.

— Можете вернуться в квартиру, — недовольно бросает он мне, будто я какая-то девушка по вызову, а не застрявшая не по своей вине и воле квартирантка.

— Премного благодарна за вашу учтивость, — усмехаюсь я, поднимаясь со скамейки. — Приятной ночи.

Я уже направляюсь к двери, как мне в спину прилетают слова мужчины.

— Вам с ним не по пути, милая леди.

— Кто вам сказал, что я милая, так еще и леди? — язвлю я, приподнимая одну бровь.

— Мне кажется, вы не глупая девушка и сделаете правильные выводы, и примите верное решение.

— Я и правильные выводы, особенно, верные решения — всегда идут параллельно друг другу. Так что простите, вы не по адресу. Спокойной ночи, мистер, не знаю, как вас там, — договариваю и иду к двери, не желая больше задерживаться ни секунды в обществе мудака.

Интересно, кем он приходится Ченнингу? Надеюсь, не отцом или отчимом. Хотя, какая мне-то разница? Я ж не собираюсь продолжать дальнейшее общение с тем ковбоем. Не в моих это интересах и правилах. К тому же, Ченнинг из тех, кто покрутит девчонку на члене, а потом выкинет ее, когда та надоест. А мне, как разочаровавшейся в мужчинах, это не нужно. Если только я не хочу закрепить собственное мнение, что все мужики козлы, а спортсмены — тупые качки дегенераты.

Поднимаюсь на этаж и захожу в квартиру. Первое, что бросается в глаза, — капельки крови на полу, ведущие в кухню. Быстро шагаю и захожу в помещение, застав Ченнинга возле раковины с куском мяса на руке.

— Что случилось? — с нотками беспокойства в голосе произношу я.

— Все нормально, — отвечает Ченнинг.

Подхожу ближе и забираю кусок мяса, пытаясь взглянуть на руку мужчины. Еще вчера я заметила ссадины, но не придала этому значения. Но уже во второй раз…

— Тот гондон, — говорю я, — и извини, если он твой отец, но он гондон, — повторяю я былое оскорбление, а Ченнинг ухмыляется, — не выглядел побитым. Надеюсь, пока меня тут не было, ты никого не убил и не спрятал труп в шкафу или морозилке.

— Нет, случайно встретился со стеной.

— Судя по твоей руке, это стена случайно напала на тебя, а ты отбивался, — отшучиваюсь и улыбаюсь. — Думала, это я не в состоянии сдержать свой гнев, а оказывается, бывают люди и хуже меня, — снова улыбаюсь, но уже с некой грустью. — У меня есть обеззараживающий раствор и пластыри в багажном отделении мотоцикла. Вряд ли в этом клоповнике имеется аптечка. Я принесу. — Это то, что я спокойно могу продавать на каждом светофоре, поскольку этого у меня дофига.

Я только намереваюсь уйти, как рука Ченнинга перехватывает меня, привлекая к себе. Его рот обрушивается на мой, завладевая в страстном поцелуе. Я стону от такого напора. Наши языки сталкиваются, ведут какую-то особую войну за лидерство.

Ченнинг подхватывает меня и усаживает на кухонный стол, продолжая впиваться в мои губы. О боги, этот ковбой и впрямь ковбой.

— Я хочу тебя, — произносит он сквозь тяжелое дыхание, когда отрывается от моих губ, но не убирает обе руки с моего затылка. — Харли, скажи, что ты тоже этого хочешь.

Я хотела, безумно хотела его сейчас. Возможно завтра, послезавтра. Все дни, которые он мне предложит провести с ним, пока наши пути не разойдутся.

— Хочу, — выдыхаю я и больше ничего не успеваю сказать, как мои уста снова накрывают неистовым поцелуем, сминая губы.

— Я не планировал… — тяжело дышит он, — что у меня будет соседка. У меня нет с собой презервативов. Ты дашь мне десять минут, чтоб я сбегал в аптеку?

— Ты чист? — спрашиваю я, поскольку сама была на таблетках.

Хоть я и принимала противозачаточные, но всегда старалась держать при себе презервативы и того же требовала от парней. Меня не сколько пугала нежелательная беременность, сколько букет, которым меня могли наградить. Так что как написала Рокси «Я сейчас тебе приму таблетку, американские презервативы». Однако в этот раз я не припасла ни одного, поскольку не собиралась в секс-тур.

— Я чист, клянусь, — произносит Ченнинг с улыбкой. — Это прозвучит смешно и странно, но у меня даже есть с