Эффект кобры - Мария Лован

Девушка заулыбалась, я вместе с ней.

— Валери, это, конечно, все было здорово. Но это уже было, — она пожала плечами. — Мы же не можем жить прошлым, — она подошла ко мне и опустила ладонь на мое запястье. — День рождения в эту пятницу у меня на квартире. Компания большой не будет. Если хочешь, можешь взять с собой проверщика диванных ножек. Я не против вас. Больше никаких сцен из-за дележки мужиков, уступаю.

«Спасибо за дозволение, ваше величество», — хотелось мне сказать, но сдержалась. Стоит ли напоминать, что зачинщиком всего того бедлама, что происходил в моей жизни, всегда была ты?

— Может, позавтракаем вместе в Маке? Я оплачу. Наберем целый поднос гамбургеров.

— Нет, мне сейчас некогда, — я отпрянула на шаг назад. — У меня много дел, нужно с работой разобраться.

— Этот парень действительно тебе что-то предложил? И стоящая работа?

— Надеюсь. Ты извини, но мне нужно готовиться к собеседованию.

— Рассказать не хочешь?

— Мне еще нужно принять душ, — соскочила я с темы.

— Выставляешь меня?

— Нет. Просто какой смысл тебе тут сидеть и ждать меня в одиночестве?

— Ладно, — ее глаза сверкнули. — Тогда я, пожалуй, пойду, раз ты так занята, — она недовольно цокнула языком.

Мейс ушла по-английски, лишь одарив меня взглядом. Я, как глупенькая девчонка, помахала ей рукой. В сцене глупее, чем эта, мне еще в жизни не доводилось участвовать. Меня разрывало от тяги все рассказывать ей как прежде с сохранением своего «я». Не знаю почему, но казалось, что в присутствии ее я теряюсь и медленно превращаюсь в того, кто поклоняется. Разве это дружба? И была ли она когда-нибудь?

Что происходило после безумного дня нашего знакомства? Мы были рядом друг с другом, я выручала ее на свиданиях, а ее мама кормила меня. Первая работа в пиццерии, это ведь Мейси дала мне их адрес! Но это миссис Бейкер передала через нее. Мейси хоть раз не искала выгоду в помощи мне? Не припомню… Так может, у меня никогда и не было подруги? Я нарисовала себе красивую картинку, оправдывала ее, хотела, чтобы кто-то стал мне по-настоящему родным. Глупость! Скорее всего, во мне пылает эмоция, которая заставляет мой мозг нестись в неправильном направлении. Мейс — моя подруга, и не стоит даже думать иначе! Хватит думать о разрушении, когда все еще стоит на крепком фундаменте! Кай был прав, сказав, что я думаю не о том, как будет здорово, а о том, как будет больно потом. И я такая во всем касательно любой темы.

12 глава

Двери квартиры открылись. Локон, который я нервно накручивала на палец, выпал и скатился по груди. Наконец я дождалась этого момента, того самого, что томил мое сознание весь день. Я отпрянула от стены в коридоре. Торопливо шагнула к Каю навстречу. Он между тем сонно закрывал свою дверь.

— Еще не передумала? — спросил он меня.

— Нет! — я попыталась ответить твердо, чтобы он осознавал то, как для меня это серьезно.

Мы вышли на улицу. Прохожие мельтешили перед глазами, я пыталась сосредоточиться, чтобы ни в кого не врезаться, но постоянно уходила в свои размышления. Конечно, до добра такое рассредоточение не доводит, и я воткнулась в грудь какого-то здоровяка. Незнакомец недовольно взглянул на меня, я все съежилась, но Кай вовремя притянул меня к себе и повел под руку дальше.

— У тебя глаза на затылке?

— Я задумалась.

— А ты умеешь? Просто судя по твоим гениальным идеям, это не твой конек.

— Ха-ха, очень смешно. У детей из детского сада позаимствовал эту актуальную шутку? И вообще, отпусти, — дернулась я. — Дальше я пойду сама!

— Ну раз ты так хочешь, то пожалуйста, — он выпустил мою руку и остановился. — А то я думал, поедем на машине, но раз ты хочешь пешком…

Кай подошел к тачке черного цвета, что стояла припаркованной вдоль дороги. Две белые полосы тянулись по капоту и отблескивали от света вечерних фонарей.

— У тебя есть тачка?

— Ну, да, — он открыл дверь. — Залезай уже.

Я приняла приглашение и села рядом с водителем. Внутри машина была потрепанной, казалось, что она сменила уже множество хозяев, но все же она по-прежнему выглядела стильно.

— Что это за модель?

— «Мустанг» шестьдесят седьмого, практически в первозданном виде. Не считая задних сидений, которые, к сожалению, пришлось сменить.

— Она, должно быть, дорогая?

— Не особо. Она уже рассыпалась, когда я ее приобрел у одного старика. Снаружи выглядит прекрасно, но с салоном пришлось нервы потрепать. Зато теперь имеем то, что имеем.

— Секундочку! — перебила я его сладкие речи о его любимице, ведь иначе и не назовешь. — Ты зарабатываешь деньги, причем неплохие, у тебя есть машина и она классная. Взгляни только на этот черный салон. Но ты какого-то рожна живешь в отвратительном районе и спишь на полу. Почему?

— Кажется, я уже отвечал на подобный вопрос, — усмехнулся он и нажал газ.

Поняв то, что общаться он со мной не настроен, я отвернулась к окну и уставилась на быстро сменяющиеся здания. Но откинуть размышления сразу не удалось. Когда я не думала о предстоящем разговоре с Линкольном, то забивала голову раздумьями о Кае, вернее о его странном и нелогичном поведении. Не сходилось все. За те деньги, что он получает практически каждый день, можно снять неплохую квартиру, купить мебель и жить, не имея тесного общения с грызунами и быстро разводящимися усатыми насекомыми. Единственное, что может оправдать желание жить на «свалке», это если он скрывается от кого-то. Выглядит он и вправду пугающе, и иногда при резком взгляде в его сторону я еще испытываю первоначальные ощущения. Он не отталкивает, но настораживает — так точно! Все эти беспорядочные татуировки, строгий взгляд, так называемая короткостриженная «прическа-опасность». Самопроизвольно начинаешь задумываться, а стоило ли вообще однажды с ним заговаривать?

Позволив себе уйти в странствия по «головной боли», я пропустила момент парковки автомобиля на автостоянке возле незнакомой забегаловки.

— Вы тренируетесь в подвале этого заведения?

— Нет. Я недавно проснулся и мне нужно поесть, сказал бы позавтракать, но в семь вечера это уже не актуально.

— Ты издеваешься? Чем ты еще меня собираешься задержать? Захочешь в туалет за минуту до приезда?

— Не в твоем положении качать права, я могу и вовсе отвести тебя домой, — он ухмыльнулся и вылез из машины. — Ты чего-нибудь хочешь?