В постели со зверем - Ева Левина

Торжество было в разгаре, когда вдруг наступила тишина и я раздался голос ведущего:

— Мы приглашаем пройти в центр зала лучшую подругу невесты Софию!

Я, ничего не понимая, посмотрела на улыбающуюся Дашку и поднялась со своего места. Под взглядами ста пятидесяти гостей направилась в центр зала и услышав как заиграла медленная грустная мелодия нерешительно остановилась.

— Снова Дашкины проделки, — подумала я и показала ей кулак, чем спровоцировала волну хохота в зале.

Она хихикнуоа в ответ, а я, ничего не понимая, стояла под взглядами присутствующих и слушала пламенную речь ведущего:

— Иногда судьба сурово разводит любяшие сердца и готовит им большие испытания. Многие души не выдерживают проверки временем и расставанием и забывают друг о друге… Но если вы встретили истиную любовь, то ни люди, ни время, ни испытания не смогут разлучить вас. Ваши сердца, как магнит будут тянуться друг к другу…

Нет, речь, конечно была красивой, но причем здесь я?!

Вдруг все стало ясно. Из толпы вышел Сергей и направился ко мне.

Откуда он здесь? От удивления я чуть не упала в обморок и почувствовала себя… не счастливой, нет. Мой пульс учащенно забился, а ладони предательски вспотели, возник какой-то непонятный дискомфорт, как будто жжение в области затылка, замтавивший переминаться с ноги на ногу. Сергей тем временем как в замедленной сьемке подошел, опустился на одно колено и перед моими глазами предстала красная коробочка с кольцом.

Черт подери! Я так и знала!

— София, я много думал! Я пытался жить без тебя, но не смог, потому что я тебя люблю. Я хочу, чтобы мы забыли обиды и попробовали снова! Ты выйдешь за меня?

Я замерла, не веря своим глазам и ушам! Это сон? Он простил меня! Он всё ещё любит! Эти слова были встречены бурными овациями гостей, которые стали кричать поздравления. Благодаря им я пришла в себя и смерила грозным взглядом Дашку, которая, как я уже догадалась, всё это подстроила.

Тут вдруг снова почувствовалось жжение и дискомфорт, замтавившее поежиться и обернуться.

Конечно, это Он. Мой личный кошмар и причина расставания с женихом.

Давид Зафиров собственной персоной стоял в дверях и спокойно наблюдал за мной.

Да, как он смеет смерять меня своим равнодушным взглядом?

Мудак!

Я, непонятно почему взбешенная, решила убрать это отсутствуюшее выражение с лица Зверя, поэтому громко на весь зал сказала "Да" и позволила заключить себя в объятья.

На долю секунды я захотела увидеть в его глазах огонь, но этого не случилось, потому что выражение его лица оставалось холодным и спокойным, а еще через несколько секунд он скрылся за дверью.

— Ты же не обижаешься на мой сюрприз? Просто вас как-то нужно было мирить, — оправдывалась Дашка.

— Всё хорошо, подруга, спасибо, — улыбнулась я и поспешила выйти на воздух.

Сергей весь оставшийся вечер не отходил от меня и, несмотря на мою неловкость и зажатость, был очень деликатен.

Постепенно успокоившись, я поймала себя на мысли, что всё, что между нами случилось должно быть забыто ради общего будущего и нашей любви.

Высшие силы давали нам второй шанс, а значит нельзя так просто отказываться от счастья!

Была ли я все еще влюблена в Сергея посое месяца разлуки? Нет, но внутри как дорогающие угольки, все еще теплились чувства, которые хотелось или снова разжечь или до конца потушить.

Домой я попала только в два часа ночи, Сергей давно уехал, а мы с другими моими однокурсницами оставались до победного, потому что Дашка запретила нам расходиться пока не закончится веселье.

Квартира встретила тишиной и какой-то странной напряженностью, которая незримо витала в воздухе.

Запах Его парфюма.

Не может быть!

Это паранойя!

Испуг сменился злостью, и я, расхрабрившись, вошла в свою комнату, резко включив свет.

Крик застыл на губах, а тело сострясла дрожь как при сильном испуге в кресле у окна сидел главный герой моих ночных кошмаров.

— Тихо, — пригрозил Зафиров и приложил указательный палец к губам.

— Что вы здесь делаете? — голос предавал и звучал так высоко, как у испуганного Чудовищем ребенка.

— Собираюсь устроить тебе воспитательную беседу, маленькая лгунья.

Глава 15

Я стояла как вкопанная, не в силах вымолвить даже слово. Сердце бешено стучало, а руки стали холодными, как лёд. Опять. Чудовище снова появилось.

У меня в квартире находился Зафиров и чувствовал себя более чем уверенно! За что мне это наказание в виде ублюдка, превратившего мою жизнь в ад?

Хотелось разреветься или пуститься наутек, но только не оставаться с насильником в одной комнате.

Тем временем Давид поднял на меня свои темные глаза и совершенно спокойно произнес:

— Забудь о возможности примирения со своим женихом. Ослушаешься — накажу.

От удивления и шока у меня подкосились колени и обессиленное тело опустилось на пол. Вся моя скромная комната как будто незримо изменилась и перестала быть надежным убежищем, когда в нее проник тот, от кого я привыкла здесь прятаться. Любимые шторы и полка с книгами теперь зловеще смотрели, бросая страшные тени на и без того устрашающее лицо Зверя.

Он медленно встал и подойдя вплотную посмотрел на меня сверху вниз. От ощущения гадкого дежавю и безысходности мне стало настолько тошно, что в пору было упасть в обморок, но вместо этого я заговорила:

— Почему?

— Потому только Я буду тебя трахать, — от его будничного и спокойного баритона мне стало плохо.

Страшный человек! Он рассуждал о моей жизни как о чем-то малозначимом и неважном, делая этим больно практически на физическом уровне. Действительно, что для такого как Зафиров, мои слезы?

— А вдруг у меня уже кто-то был за этот месяц? — почему-то хотелось соврать что-нибудь, что могло бы заставить его передумать, как в прошлые два раза.

— Ты неисправимая лгунья. Кроме меня у тебя никого не было и теперь точно не будет, — по его уверенному голосу я поняла, что он точно знает, о чём говорит.

Возможно за мной следили?

— Если я не соглашусь?

— А я не спрашивал твоего согласия.

Я смотрела на него снизу вверх и чувствовала себя куклой, которой поиграли, а потом поставили на полку и вспомнили о ней через месяц. Может всему виной мой сегодняшний макияж, прическа и откровенное платье? Он увидел меня и снова захотел?

Чёрт, ну не могла же я